Однажды я стала женой проклятого герцога (СИ) - Вероника Десмонд

становятся призраком, лишь когда его что-то держит в мире живых. Например, незаконченное дело. Теоретически если разрешить его, то можно уйти в мир мертвых? Мир мертвых… он существует?

— Никто не знает, госпожа, — улыбнулся Бинни, уже закончив с сервировкой. — В мир мертвых легко попасть, но выбраться оттуда невозможно. И да, вы правы. Если разрешить незаконченное дело, то призрак освобождается от держащих его оков. Однако с домовыми несколько другая история.

— М, — промычала я, осмысливая ответ Бенджамина, — благодарю за ваш ответ.

Господин Бинни вдруг внимательно на меня посмотрел.

— Вы очень тактичны, госпожа. Любой бы на вашем месте спросил бы о моей смерти.

Я прокашлялась.

— Думаю, это не то, о чем бы вы жаждали поговорить.

Я знаю это наверняка.

Потому что я не хочу вспоминать свою.

— В каких вы отношениях с хозяином этого поместья? — вдруг спросил Бинни, внимательно заглядывая в мои глаза. Мой живот сжался.

— Думаю, это не то, о чем бы жаждала говорить я.

Бенджамин учтиво кивнул и извинился.

Переливы медленной мелодии доносились до нас с большой гостиной. Полагаю, пора возвращаться обратно.

— Домовые заключают контракт с магами, госпожа Ария, — вдруг подал голос племянник госпожи Луиз, когда я взяла в руки две тарелки с капустным пирогом. — Обычно эти контракты пожизненные. И даже если мы отпустим то, что ранее нас держало на земле, мы не сможем уйти в мир мертвых. Нас будет держать контракт.

Я нахмурилась.

— Но это жестоко.

— Вовсе нет, — улыбнулся Бенджамин. — Мы идем на это по своей воле. И контракт дает нам право видеть своих близких раз в год. Разве это жестокость?

Сделав паузу, я ответила со всей искренностью:

— Мне жаль.

— Спасибо, госпожа Ария, — тихо поблагодарил домовой, понимая о чем идет речь.

Мы замолчали на какое-то время, давая друг другу переварить услышанное. Через какое-то время я вновь взглянула на Бинни. Тот разглядывал дождь за окном и задумчиво теребил бабочку на шее.

— Нам нужен чай! — Его голос был хриплый. — Тетя рассказывала, что господин Аспид пьет сладкий черный чай. Госпожа Ария, вы знаете, где я могу найти чайные листья и сахар?

— М-м, наверное, в этом шкафу, — ответила я, открывая дверцу.

Достав все необходимое, я уже было хотела закрыть его, как увидела в дальнем углу торчащий уголок газеты. Однако открыть нижний шкаф не получилось.

— Не открывается, — растерянно пробормотала я.

— Давайте я попробую, — отозвался Бинни. Он приложил силу, и шкаф, наконец, открылся.

Внутри лежала стопка газет и письма. Последнее было от Энни.

— Это письмо от моей подруги, — радостно воскликнула я. — Мы давно не виделись.

— Открывайте скорее, — возбужденно воскликнул Бинни. Я кивнула.

Я сорвала печать, развернула листок и начала читать. Чем дальше я читала, тем счастливее становилась, а под конец радостно улыбнулась.

Дорогая госпожа Ария!

Спешу вам сообщить, что со мной все в порядке. По четвергам подают вкусные булочки с пряным молоком, я даже буду скучать по ним. Благодарю вас за книги, особенно мне запал в душу приключенческий детектив. Надеюсь и мы с вами как-нибудь отправимся путешествие.

На ваше имя изрядно приходят шоколадные конфеты, но как вы и приказали, я тут же выбрасываю их. Анита часто навещает меня, а я с пользой провожу выходные. Давно я так хорошенько не отдыхала! Поэтому прошу вас, не беспокойтесь обо мне. Поскорее завершите свои дела.

С уважением, ваша Энни.

Как-только я прочла письмо до конца, строчки исчезли. Я подняла глаза на Бинни.

— Вижу, письмо вас порадовало.

— Очень, — кажется, я ярко улыбалась. — Мне любопытно, как письмо приходит отправителю, если нет ни посыльного, ни адреса?

— Это заговоренная бумага, госпожа. Достаточно лишь знать одно имя. Не хотите почитать газету, пока я завариваю чай? — спросил меня Бенджамин, сыпля чайные листья в небольшой чайник.

— Да, пожалуй.

Последняя газета была датирована вчерашним днем. Я нахмурилась. Странно. Кажется, госпожа Луиз говорила, что прессы на этой неделе не было.

Иногда самые плохие новости приходят к нам тогда, когда мы меньше того ожидаем…

***

Ужин уже прошел, и в гостиной не осталось никого, кроме меня и моего волнения. Стояла глубокая тишина — если не считать треск дров в камине, который время от времени меня отвлекал. Я совершенно изнемогла, и, кроме того, в животе была странная сосущая пустота, но не от усталости, а из-за газеты, почерневшие останки которой, стремительно съеживались, догорая в камине.

О, как же мне было тяжело выдержать этот ужин и не показать ни единой эмоции! Ради счастливого лица госпожи Луиз я заставляла себя улыбаться и поглощать пищу, вкус которой я едва ощущала. И даже близкое присутствие мага отошло на второй план. А как только ужин подошел к концу, я наклонилась к мужчине и прошептала, заглянув в бледно-серые глаза.

— Мне нужно с вами поговорить.

— Раннее ты меня избегала и боялась остаться со мной наедине, — буднично сказал он под внимательные взгляды Бенджамена и Луиз.

— Много чести вас бояться.

— Верится с трудом.

Я кинула на него недовольный взгляд и искренне попросила:

— Пожалуйста. Мне очень нужно с вами поговорить.

Не знаю, что он заметил в моем взгляде, однако его лицо стало серьезным:

— В полночь. В моем кабинете.

На меня волной нахлынула тревога за Аниту. Пожалуй из всех знакомых она прожила куда больше горя, чем могла вытерпеть. И вот, когда все только-только наладилось, потерять единственного родственника… Бедная Анита. Как же мне хотелось ее обнять…

Стрелки часов двигались слишком медленно. Я прожигала их взглядом, но быстрее они, увы, не становились.

Когда наконец наступила полночь, я услышала шум наверху и мигом побежала в кабинет мага, напрочь позабыв о том, что произошло почти неделю назад. Меня волновало только мое скорое отбытие, Анита и то, как быстро разрешится вопрос с противоядием, которое я регулярно принимала каждую субботу.

А стоило увидеть внимательные светло-серые глаза, как весь монолог с аргументами, четко построенный у меня в голове забылся, будто я и не прогоняла его мысленно сотни раз.

Глава 27 — Почитай мне

Саундтрек: Give us a little love — Fallulah

“Только она одна из всех, кого я помню, смотрела мне прямо в глаза — так, словно я что-то значу.”

451 градус по Фаренгейту. Рэй Брэдбери.

Вот я вроде была взрослым человеком, а разговора боялась. Хотя он, сидит спокойный за своим столом среди кипы бумаг, а я почему-то нервничаю, когда замечаю закатанные рукава черной рубашки и убранные белые волосы в хвост. На протяжении всего вечера я едва