Кристина Золендз - Единственное спасение

— Почему? — он медленно двинулся вперед, не отрывая от меня взгляда. Его голубые глаза посылали по всему телу дрожь. Положив руки по обе стороны от меня, он ОПЯТЬ наклонился, заключив меня в ловушку. Как он это делает, я НЕ понимаю! Серьезно, я стояла в 3 метрах от бара и собиралась уходить, а сейчас мне хотелось лишь откинуться на проклятый бар, дать ему…

Я глубоко вздохнула, что оказалось плохой идеей, потому что земной запах Шейна ударил меня, как, даже не знаю, эм, что-то очень тяжелое. Когда Шейн так близко, даже думать невозможно.

— Почему Шейн? — фыркнула я. — Ты что, серьезно?

Его рука скользнула по моему боку, сердце пропустило несколько ударов, когда он завис над моими губами. Он поднял вторую руку и нежно провел подушечкой большого пальца по моей нижней губе.

— Ты не можешь так со мной поступать, Шейн, — продышала я. — Ты обвиняешь меня в желании ко всем, но существует только один человек, которого я хочу. Я не одна из твоих поклонниц, Шейн. И ни во что не играю. — Мой голос дрожал. Я закрыла глаза, когда он скользнул губами по щеке. — Ты хочешь ночь со мной, Шейн, я соглашусь, не раздумывая.

Тело Шейна напряглось, он замер. Отступив, он посмотрел на меня, руки упали по бокам.

— Значит ночь, да?

Мысленный удар выбил весь воздух. Почему он не мог сказать, что возможно что-то большее? Я хотела больше, чем провести с ним одну проклятую ночь!

Он откинул голову назад и рассмеялся.

— Ладно, давай уйдем отсюда. — Он оглянулся на Леа и Коннера. — Вы готовы?

Они кивнули и накинули пальто. Коннер с Шейном проверили, достаточно ли денег заплатили в баре, но глубокий взгляд все время был прикован ко мне.

Домой мы возвращались в тишине. Звуки океана, ласкающего берег, вместе с соленым воздухом доносились до нас.

В гостиной у Кэролайн стояло два дивана, на которых она оставила парням комплекты подушек и одеял. Когда мы зашли, она вышла из кухни, с объяснениями, что если под ее крышей у нас будет секс до брака, без кольца и назначенной даты, то она лично отправит нас прямиком в ад. Леа закатила глаза и, тяжело вздохнув, потопала наверх в свою старую спальню. Я посмотрела на Шейна, который, улыбаясь, сидел на диване, и пошла вслед за Леа.

Закрыв дверь спальни, я засмеялась и указала Леа:

— О, да ты отправишься в ад в ручной корзинке!

— Ага, и после всех съеденных на ужин макарон мы должны разойтись по дамам. Кажется, что мне снова 16.

Я выползла из одежды, надела светло-розовую майку и такие же мальчишеские шорты.

Переодевшись, Леа стянула покрывало, и мы обе забрались в кровать. Она повернулась ко мне, облокотившись на руку.

— Итак, колись. Что между вами с Шейном?

Плюхнувшись на подушку, я вздохнула.

— Понятия не имею. Мы отлично провели время, катаясь на мотоцикле. Говорили на пляже. Флиртовали. Он облапал меня на танцполе. Все, что он делал, было настолько эротично, что кружилась голова. — Я повернулась к ней, — Но мы не целовались, а еще он обвинил меня в желании к парню, которого я ударила в лицо.

Леа подорвалась.

— Что? Ты ударила кого-то в лицо?

— Хорошо, слушай. Но не сходи с ума. Дай объяснить. — Я села, скрестив ноги, и посмотрела на нее. — Не было никакого безумца или нарушителя, вломившегося в дом, о котором я сказала детективам.

Я видела, что ее грудь поднимается и опускается все быстрее, будто она задыхалась. Мне не хотелось все это ей рассказывать, но другого выхода я не видела.

— За всем этим дерьмом стоял Габриель и другие падшие ангелы. Но в основном, это Габриель.

— Габриель? Габриель, который помог мне спасти тебя, когда ты пыталась покончить с собой?

Я пожала плечами.

— Знаю, что в этом никакого смысла. Знаю только, что когда находилась в коме, Габриель был со мной, и я видела тебя и Шейна в больничной палате. Видела, как он звал Габриеля, будто они знакомы, и именно тогда Габриель и рассказал, что Шейн — ангел, которого я искала веками.

Глаза Леа наполнились слезами, но я продолжила, ощущая, как тяжесть падает с плеч.

— Затем Габриель сказал, что любит меня и предложил… кое-что. И все же я сбежала. А он опять поймал меня. Я не знаю, что он сделал со мной, знаю лишь, что проснулась связанной, а освободил меня Джейкоб. Шейн был там, он передал меня Михаилу, сказав, что делать, и что это того стоило, после чего ушел.

— Шейн спас тебя? Он был там?

— Ну, да. Но тогда в теле Шейна была душа Шамсиила. Это не важно. Я здесь. Он там. Габриель и остальные падшие ангелы здесь и, если я выберу Габриеля, то мы сможем захватить небеса или какое-то подобное безумие. А хочу, хоть раз побыть нормальным человеком, забыть обо всем безумном ангельском дерьме и быть с Шейном.

— Чертово ангельское дерьмо!

— Именно. И сегодня, когда мы вышли из туалета, и ты сбежала, Габриель появился передо мной, а после еще и переговорил с Шейном. Думаю, Шейн пошел за ним, но не смогла спросить. Именно после этого Шейн и обвинил меня в желании быть с другими.

— Я запуталась, даже не понимаю, что ты говоришь.

— Ты запуталась? Встань на мое место. Серьезно, у меня будто две разные жизни и я разрываюсь между ними.

— Две сказки, которые не должны пересекаться сюжетами?

— Да, — кивнула я.

— Выбери одну и живи ей. Предлагаю ту, в которой Шейн, потому что хоть Габриель и горячий ангел, но чертовски жуткий. Он всегда пугал меня до чертиков, будто дьявол во плоти.

Дьявол во плоти? Я встала и выскочила из постели.

— Ты куда? — спросила Леа, зевая.

— В ванную, — пробормотала я.

Она хихикнула из-под одеяла:

— Ну да, конечно, передай Шейну спокойной ночи. О, и да, Грейс…

Подойдя к двери, я обернулась к ней.

— Что?

— Мне кажется, ты должна рассказать Шейну. Расскажи ему все. Может, ты и не видишь, или просто не желаешь ему доверять, но он любит тебя.

— Да. Как и Мари.

Выйдя в коридор, я тихонько закрыла за собой дверь. В доме стояла гробовая тишина. На цыпочках я прошла мимо спальни Кэролайн и Энтони, мимо ванной. Я… эм… всегда предпочитала ванную внизу. Да, правда. Молча спустилась по лестнице и услышала тихое спящее дыхание с диванов. Проклятье. Ну что ж. Я и правда могла сходить в ванную и смыть макияж. Но я хотела спросить, как он разбил костяшки пальцев, и не замешан ли в этом Габриель. Быть не могло, чтобы архангел вроде Габриеля позволил Шейну уйти.

Беззвучно, я подошла к одному из диванов. Жар прошел по лицу и груди, когда я услышала тихий хриплый смешок. Шейн вскочил на диване, обхватил меня за талию руками и потянул через спинку. Я немного взвизгнула, и его ладонь накрыла мои губы.

В полумраке от прикрытого жалюзи окна, я попыталась сфокусировать взгляд на нем. Медленно, он опустил руку от губ к шее. Сексуальная улыбка растянулась на губах.