Лезвие бритвы - Энн Бишоп

имело такого принуждения продолжать просто ради продолжения.

Внезапно Мег поняла, почему Ворона так коротко подстригла ей волосы. Как и Мег, когда она писала письмо, она была захвачена новым опытом и не хотела, чтобы он заканчивался.

— Ты хочешь немного красивой канцелярии? — спросил Лорн. — У меня есть несколько вариантов.

Сколько времени будет потеряно, заполняя страницу за страницей?

— Слишком много.

Мег потянулась к двери. Следует возвратиться в офис, к знакомому.

— Подожди здесь.

Лорн поспешил к стеллажу возле стойки. Он быстро выбрал несколько предметов, затем вернулся, протягивая их ей.

— Открытки. Фотография на обложке, — он перевернул одну. — И пустая с другой стороны. Ты ставишь штамп в этом углу, а адрес человека здесь, — он указал на два места. — Вторая половина это место, где ты пишешь сообщение. Замкнутое пространство.

Замкнутое пространство. Эти слова должны были вызвать в воображении образ чего-то, что она должна была ненавидеть. Вместо этого она почувствовала облегчение.

Мег взяла открытки.

— Я должна тебе денег.

— Просто возьми открытки сейчас, — Лорн открыл ей дверь — жест, который, как она поняла, означал, что она должна уйти. — Мы рассчитаемся позже. Кроме того, похоже, что у тебя доставка, — добавил он, когда они оба услышали звук открывающейся и закрывающейся боковой двери фургона.

Мег поспешила обратно в офис и успела подойти к двери как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джейк взял клювом ручку и протянул её курьеру. Мужчина кивнул Мег, взял у Джейка ручку и сделал пометку на листе бумаги, прикрепленном к её планшету.

Курьер, доставляющий посылки. Знакомый. Джейк играет в игру с ручкой. Знакомый.

Она смотрела на открытки в своих руках, очарованная фотографиями Талулах Фолс. Вся эта вода переливается через край мира, создавая туман и радугу.

Что-то новое. Ограниченный опыт.

Мег бросилась к столу в сортировочной и разложила пять открыток картинками вверх. Три из них были из Талулах Фолс. Одна была с оленем, наполовину окутанным туманом, поднимавшимся с земли. И последняя… Большие красные камни, поднимающиеся из земли, с плоскими вершинами.

Плато.

Её охватило возбуждение. Плато. Место отдыха. Стабильное место, где вещи могут оставаться неизменными в течение некоторого времени, давая уму шанс наверстать упущенное.

Может быть, именно поэтому, сделав так много и впитав так много, она сейчас борется? Живя в Дворе, она впитывала за день больше образов и информации, чем могла бы увидеть за неделю в резервации. И даже в резервации, хотя никто не сказал бы девочкам, почему это было сделано таким образом, будет одна неделя новых изображений, а затем на следующей неделе они будут смотреть на вещи, которые они видели раньше.

Плато. Место отдыха. Потянувшись за журналом, который просматривала раньше, вместо того чтобы прочитать новый выпуск, она отчасти сделала это инстинктивно. Но она недостаточно часто поступала так, потому что не задумывалась о том, как важно остановиться, прежде чем наступит перегрузка. Отныне она будет устраивать себе больше мест для отдыха.

И если она нуждалась в этих местах отдыха, то и другие девушки тоже, особенно те, кто не выбрал жизнь во внешнем мире.

Мег сняла трубку телефона в сортировочной и позвонила Мэри Ли.

— Мэри? Я придумала ещё кое-что, что нам нужно добавить в Руководство.

ГЛАВА 12

День Огня, Майус 11

Стив Ферриман поехал на ферму Гарднеров. У Простых Людей в домах не было телефонов, и уж точно у них не было цифровых камер. Или любой другой фотокамеры, если уж на то пошло.

Подойдут ли изображения в качестве ориентира для кровавого пророка? Ему нужно кое-что спросить.

После вчерашнего разговора с Саймоном Вулфгардом он взял свой личный фотоаппарат в гостиницу, где жили пятеро молодых кассандра сангуэ, и сфотографировал каждую из спален, после того, как он и несколько других мужчин помогли Маргарет и Ларе, владельцам гостиницы, очистить комнаты от всего, что не считалось существенным или частью самой комнаты. Он даже сфотографировал комнаты, которые девушки обычно не видели, например прачечную. Затем он сфотографировал внешнюю часть здания и прилегающую территорию, парковку, траву, сады, всё, что смог придумать. Пока он это делал, Роджер Чернеда, вооружённый новой цифровой камерой для места преступления, фотографировал деревенские магазины и общественные здания, включая медицинский центр, внутри и снаружи.

Никто в Причале Паромщика не понимал, почему для девочек так важно смотреть на картинки, а не на реальные вещи, но ничего не поделаешь. И понимание того, что для этих девочек никакие перемены не были мелочью, помогло взрослым понять как помочь девочкам.

— Увидеть жизнь из вторых рук, чтобы она не помешала какому-то проклятому пророчеству, — пробормотал он.

Конечно, любой, кто не видел, как Мег Корбин не только живёт, но и развивается в цунами чувственных сигналов, которые приходили к Людскому Связному Двора Лейксайда, по понятным причинам мог заключить, что этим девочкам нужна ограниченная, почти стерильная среда, чтобы оставаться в здравом уме.

Но они не нуждались в стерильности. Им просто нужна была помощь, чтобы приспособиться к миру, полному ощущений. И они нуждались в этой помощи, потому что их учили видеть мир образами.

Боги, он надеялся, что это поможет.

Гостиница «завтрак и постель» была временным решением для размещения кассандра сангуэ. У него были люди, которые работали усердно и быстро, как только могли, чтобы спроектировать и построить дом для этих девочек, который дал бы им шанс развиваться.

И дело было не только в том, чтобы спасти пятерых девочек, которые были здесь. Кассандра сангуэ изначально происходили из его собственного народа, Интуитов — людей, которые обладали таким тонким чувством окружающего мира, что знали, когда что-то вокруг них может обернуться хорошо или плохо. Некоторые из них чувствовали перемену погоды ещё до того, как появлялись хоть какие-то признаки. У других Интуитов было чутьё на животных, они знали, когда купить животное, на которое никто не обращал внимания, а когда отказаться от сделки. Подвергаясь дискриминации и преследованиям со стороны людей, которые не хотели иметь дело с людьми, обладающими столь острым внутренним чувством, Интуиты бежали в дикую страну и заключали свои собственные сделки с Иными.

Теперь некоторые Интуиты работали консультантами для терра индигене, слушая, как люди делают предложение приобрести больше земли, больше минералов, больше воды, больше всего того, что они хотели в тот день. Некоторые предложения были честными и разумными и принесли бы пользу, по крайней мере, некоторым терра индигене, а также людям. Но другие предложения не предлагали ничего такого, чего хотели бы терра индигене.

Даже с таким острым внутренним мерилом, его люди совершили несколько серьёзных