Она и зверь. Том 2 - Maginot

– Вы ведь сами никогда лично не убивали, – произнес Хиссен с ноткой осуждения за ее легкомысленные слова. И он был прав. В этой жизни Астине, графской дочери, еще не приходилось проливать кровь – не находилось поводов. А повод для этого должен был быть крайне весомым.

– Хиссен, знаешь, у меня руки по локоть в крови, – тихо призналась Астина.

– У вас-то? Ну, я тогда зарубил тысяч десять! А вы, ваше высочество, сколько? – усмехнулся Хиссен.

– Ну, тысяч сто, пожалуй, – парировала она.

Оба переглянулись и рассмеялись, обменявшись нелепыми подначками.

Сколько глоток в прошлой жизни она перерезала собственноручно, Астина и сама не знала. А количество жертв в ее завоевательных войнах делало число даже в сотню тысяч смешным. Хорошо, что Хиссен никогда не узнает, какой груз лежит у нее на сердце, воспринимая слова Астины как шутку. Из невеселых мыслей эрцгерцогиню вывел гневный вопль:

– Да, твою же… То есть позвольте попросить вас воздержаться от размахивания конечностями в непосредственной близости от моего лица! – донесся раздраженный возглас Артура.

– Засунь свои… Приношу извинения, однако… как же мне осуществлять отработку ударов без движения рук? – огрызнулась Джесси.

– А не пойти бы тебе на… То есть будьте любезны удалиться на безопасное расстояние!

– Прошу прощения, но какого… То есть я и так нахожусь в десяти шагах от вас, на какое дополнительное расстояние вы предлагаете мне переместиться?

– Да чтоб тебя! Учитель!! Поглядите на эту… нахалку!!

Астина обернулась. Джесси и Артур, переругиваясь, стояли друг напротив друга. Казалось, они пытались сохранять вежливый тон, но получалось из рук вон плохо. Джесси обычно редко выходила из себя и не переходила на грубость, в отличие от Артура, который не привык держать себя в узде. Астина вопросительно повернулась к Хиссену.

Тот лишь устало вздохнул.

– У них… натянутые отношения, и я приказал им общаться друг с другом в рамках вежливости. А получилось… что получилось.

Это была его очередная отчаянная попытка примирить учеников. Они с первого взгляда невзлюбили друг друга, и каждая их встреча неизбежно оканчивалась руганью: Артур придирался, а Джесси огрызалась в ответ.

Наглость Артура не была для Хиссена открытием, но для Джесси, впервые столкнувшейся с таким отношением, стала настоящим испытанием. Ей как новенькой не хотелось навлекать на себя неприятности, и она старалась держать себя в руках, смиренно опуская голову. Но как долго можно терпеть, если каждую встречу Артур играет на ее нервах?

Если Джесси и решит бросить тренировки, то явно не из-за родительских уговоров или усталости, а из-за язвительных насмешек одного избалованного отпрыска. Именно этого Артур и добивался. Джесси, осознавая это, стискивала зубы и терпела. Ее утешало лишь то, что в любом конфликте между ней и Артуром Хиссен оставался справедливым.

– Молодцы, вы так стараетесь, – похвалила Астина, подходя к Джесси и Артуру.

Джесси, замешкавшись, опустила деревянный меч и низко поклонилась.

– Ваше высочество! – выдохнула она. Увлекшись перебранкой с Артуром, она лишь сейчас заметила Астину.

Та ободряюще улыбнулась.

– Как идут тренировки?

– Все хорошо, благодаря вашей заботе. – Джесси залилась румянцем.

На деле тренировки шли не так уж гладко: Артур постоянно пакостил и выводил ее из себя, но мыслей пожаловаться благодетельнице у Джесси даже не возникало. Астина и так дала ей шанс, с остальными трудностями она должна справиться сама.

Астина, довольная ее сдержанностью, одобрительно кивнула.

– Похоже, твой товарищ не слишком-то склонен к сотрудничеству.

– Нет, что вы. Все хорошо, – поспешно возразила Джесси.

Отправляя Джесси к Хиссену, Астина предвидела подобные стычки. Но если она не сможет справиться даже с таким задирой, как Артур, ей не справиться с вызовами посложнее.

– И все же я верю, что ты не сдашься, – твердо сказала Астина.

– Ваше высочество… – голос Джесси дрогнул.

– Все, что тебя не убивает, делает тебя сильнее, не так ли? Мой рыцарь должен встречать трудности с достоинством. Даже если эта трудность – противный мальчишка.

– Вы же понимаете, что я стою рядом и все слышу? – возмутился источник всех бед эрцгерцогства и Джесси в частности, всем своим видом источая недовольство.

Астина бросила взгляд на мрачного Артура и снова повернулась к Джесси.

– Характер у него, конечно, не сахар, но мечом он владеет неплохо. Думаю, он станет для тебя достойным соперником на тренировках. Соратник по клинку, с которым можно расти, помогая друг другу, – удача на всю жизнь.

– А как же я? – взвился Артур, чуть не подпрыгивая от возмущения. – Как я вырасту с ее темпом? Я же просто время теряю, повторяя эти скучные примитивные удары!

– Артур Эстебан, если тебе так трудно держать себя в руках, то, может, стоит напомнить, по чьей милости твой язык болтается на первоначальном анатомическом месте? – вкрадчиво проговорила Астина.

Лицо Артура посерело.

– Еще жалобы есть? – холодно уточнила эрцгерцогиня.

– Нет… ни одной, – энергично замотал головой Артур.

Астина на миг задумалась. Может, вся эта строптивость лишь попытка привлечь ее внимание? Он раз за разом бросался в бой, зная, что не может победить, вставал и бросался снова. Астина вздрогнула от неожиданной мысли: если ей кажется, что в этом есть что-то милое, то, похоже, она и впрямь стареет. Или, быть может, за это время она успела привязаться к мальчишке. Она посмотрела на Артура с Джесси.

– Что ж, господа, слушайтесь Хиссена и покажите мне, на что вы способны. Жду от вас больших достижений.

С этими словами, довольная собой, она развернулась, чтобы уйти. Артур, не сдержавшись, хмыкнул, за что Джесси метнула на него сердитый взгляд.

Астина запоздало поняла, что ненароком пафосно ответила в духе императрицы, но исправляться было уже поздно. Да, это выражение не совсем подходило знатной даме, но и крамольного в нем ничего не было.

«Если я продолжу говорить в подобной манере и после развода, то это обернется настоящей проблемой», – смущенно подумала Астина.

В доме графа Лете она никогда так не оговаривалась. Она вообще редко там говорила. Но теперь, находясь в шатком положении эрцгерцогини, Астина с трудом могла подавить эту склонность выражаться высокопарно.

Сколько времени прошло с тех пор, как она стала эрцгерцогиней? Кажется, она уже начала забывать дни, когда была лишь дочерью мелкого аристократа, и снова ощутила вкус власти. Астина пыталась напомнить себе о реальности предстоящего через год развода и старалась общаться с Оливером с подчеркнутой вежливостью, но, похоже, этого было недостаточно.

Она на мгновение задержала взгляд на Джесси, вновь с головой погрузившуюся в тренировку. Через год Астина сложит полномочия эрцгерцогини, а значит, не сможет больше опекать девушку. Поэтому ее