Призрак дождя - Маргарита Дюжева

серебристому мерцанию, а иногда пульсировала так сильно, что становилось страшно.

И тучи…

Проклятые нескончаемые тучи, пожирающие небосвод. Глядя на них изо дня в день, я зверел. Они словно насмехались, дразнили, обещая дождь, но не давая ни капли. Порой серая мгла давила так сильно, что я был готов сорваться с Рейнер-Бэй и уехать домой. Казалось, что смысла нет, что сколько бы я тут не торчал, ничего не получится. Это место силы нашего рода, но похоже, оно иссякло.

Как-то вечером я застал мрачную Роззи на кухне. Она резала овощи и скидывала их в кастрюлю и при этом что-то бурчала, споря сама с собой. Увидев меня, женщина вздрогнула и выронила наполовину почищенную морковь.

— Ох, хозяин, — выдохнула, прижимая руки к груди, — ходите так тихо, будто призрак.

— Вроде пока живой, — криво усмехнулся я, — несмотря на то, что здесь скука смертная.

С мягким укором Роззи посмотрела на меня:

— Нельзя так говорить. Беду накликаете.

Она отставила овощи в сторону, взяла с крючка клетчатое полотенце и несмешно вытерла покрасневшие натруженные руки.

— Давай уже, говори, — я устало потер шею и опустился на один из стульев, — я же вижу, что тебя весь день распирает.

Роззи покраснела. Замялась, теребя в руках несчастное полотенце и смущенно сказала:

— Вы как отец ваш. Так же прозорливы. Насквозь видите, ничего от вас не скрыть.

Сравнение с отцом польстило. Лорд Шелдон Рейнер всю жизнь провел на службе у Императора и, зачастую решая проблемы государственной важности, был далеко не последним человеком в Ютории,

Пока еще был. Как только моя жемчужина погаснет, род Рейнеров потеряет не только возможность обращаться, но и преференции при дворе, где многие двери открыты лишь для драконов. Нам и так дали отсрочку в десять поколений из-за предсказания, подтвержденного придворным оракулом. Теперь время было на исходе.

— Говори, что хотела.

Роззи отвела взгляд в сторону и промямлила:

— Я тут подумала…может старик Бен не так уж и неправ.

— Насчет чего? — без особо интереса спросил я.

— Насчет Мины. Неделю почти у нас, а лучше не становится. Я уж и так, и эдак, и микстуры, и мази, и обтирания. Почти все запасы свои истратила, — махнула на полочку, где хранились изрядно поредевшие лечебные склянки. — Должно быть хоть какое-то улучшение, а его нет. Она спит целыми днями, а когда приходит в себя – пылает, как раскаленная кочерга. Почти не ест. Прозрачная стала, словно капля дождя.

— И чего ты хочешь? — процедил сквозь зубы, внезапно почувствовав, как в груди полыхнуло. На какой-то миг захотелось оскалиться и прорычать «моё», но порыв сошел на нет так же внезапно, как и появился.

Дурак я что ли? Ну какое моё? Три раза от силы с ней говорили, и на третий раз я довел ее до слез.

— Давайте отправим на Большую Землю, к нормальным лекарям? Они мигом ее на ноги поставят. А я не справляюсь. Чувствую, что пустым занимаюсь. Гублю ее только, отнимая драгоценное время.

Слова ее не были лишены смысли, но почему-то защемило под ребрами.

— Я ведь не целитель, и даже не сельская лекарка. Пользуюсь тем, что бабка показала и все. Одно дело простуду у мужиков своих лечить, и совсем другое дело – эта девчонка. Я не знаю, что с ней, хозяин. Просто не знаю и все. И если мы тут ее оставим, то она погибнет, потому что нет толку ни от моих микстур, ни от обтираний, — уныло развела руками Роззи, расписываясь в собственной беспомощности.

Я угрюмо молчал. Вроде и права она, но внутри все противилось.

Да, на Большой Земле помогут. Особенно если дам рекомендацию и попрошу особого участия. Тогда ее займутся лучшие целители Ютори, но…

Что это за «но», и откуда оно взялось, я не понял, только чувствовал, как надрывно сокращается в груди.

— Вдруг и правда хворь какая неведомая? — тихо спросила экономка, — Ладно мы с мужем старые, пожили свое. А вы? А Бен-младший? Как-то боязно мне…

О том, что могу подхватить от Мины какую-то болезнь я даже не думал. Эта мысль казалась настолько нелепой, что вызвала усмешку. Правда кривую и совсем не радостную.

— Давайте отдадим, ее? — с робкой надеждой предложила Роззи, — С первым кораблем отправим с Рейнер-Бэй? Пока еще не поздно, пока еще у Мины есть силы добраться до Большой Земли? Хозяин?

Я долго молчал, отбивая пальцами по столу ломаный ритм.

В чем вообще проблема? Почему я должен противиться тому, чтобы девчонка покинула остров? В конце концов, с ее появлением только добавилось проблем. И да, ей нужна помощь. Нормальная, а не баночки с вонючими настойками.

— Не вижу повода ее здесь задерживать, — как можно равнодушнее пожал плечами, — пусть отправляется на Большую Землю с первым кораблем. Я напишу сопроводительное письмо, чтобы ей занялись лучшие лекари.

С заметным облегчением Роззи выдохнула:

— Правильное решение, хозяин. А то ведь не простим себе, если с ней что-то случится. Ни я, ни вы.

В этом она была права. Меня тревожило состояние Мины, и я хотел, чтобы она поправилась. А странное желание оставить ее подле себя, удержать во чтобы то ни стало – оно глупо и беспочвенно.

Глава 9.4

Прошло еще несколько дней, но ситуация не изменилась. Мина по-прежнему большую часть времени проводила во сне и полыхала, как зажженная свеча. Оказавшись со своими настойками бессильной перед жаром, Роззи начала таскать из погреба лед и обтирать им горячую гостью. Помогало плохо. Вроде только температура уляжется, только воспаленный румянец исчезнет с бледных щек, на проходило всего пару часов и все возвращалось на круги своя.

— Только бы хуже не стало, — молилась экономка, — только бы дождалась корабля. И продержалась, пока ее везут к лекарям.

При попутном ветре от Рейнер-Бэй до Большой Земли три дня пути. Вроде мало, но каждый раз глядя на трепещущие ресницы Мины и на лоб, покрытый испариной, я думал, что это целая вечность.

Проклятая жара лишь усугубляла ситуацию, доводя до исступления. Я уже подумывал о том, чтобы сесть на корабль вместе с Миной и сбежать туда, где небо будет снова голубым, и воздух перестанет обжигать своими прикосновениями.

Это было низко и подло. Признак слабости. У меня были обязательства перед родом, перед отцом, братьями,