Право первой ночи, или Королям не отказывают - Лена Хейди

сказал, что, когда она садилась в карету, на ней лица не было.

Не думал, что она так расстроится из-за этой ссылки. Это же было то, чего она добивалась — я её, можно сказать, не тронул. Поцелуй не в счёт. Отослал из дворца.

Да и отправил её не куда-нибудь, а в родное имение, которое числилось за ней в качестве приданого.

Впрочем, у меня ещё будет возможность и время утешить её через Алекса. Такую кототерапию ей устрою — всё плохое настроение разом схлынет.

А пока что нужно было срочно решить, что ответить Каргеру.

Сказать ему правду, что между мной и маркизой пока ничего не было, а кровь на ковре — из моей порезанной ладони?

Или пусть и дальше пребывает в счастливом неведении? Может, хоть пакостить меньше будет?

В итоге склонился ко второму варианту.

Не стал переубеждать этого упыря, но и правду напрямую не сказал.

Произнёс уклончиво:

— В этом дворце слишком болтливые слуги. Не знал, что мой отец их так разбаловал.

— Вы ещё многого не знаете, ваше величество. Но уверен, вы наведёте тут порядок твёрдой рукой. Я буду молиться за вас всеми фибрами своей души в новом замке в Онтарингии, — заверил Каргер.

— Вы очень любезны, герцог, — сдержанно отозвался я.

— Понимаю, вы очень устали в этот насыщенный день. Так что не смею больше отвлекать вас от отдыха. Единственное, что хочу сказать напоследок — министры Дайтон и Карт уже на вашей стороне. Скажем так, я провёл с ними беседу и убедил поддержать вашу персону на Совете министров. А также на коронации, само собой. Так что процесс пошёл, — потёр он руки с довольным видом, поклонился и вышел за дверь с коротким: — С вашего позволения.

Ничего себе, какой шустрый.

Успел и сплетни от слуг собрать, и за отбытием Энни понаблюдать, и двух министров припугнуть. Или уговорить, не знаю.

В одном он был прав: я дико устал за этот безумный день. Вдобавок никогда в жизни разом ещё не генерировал столько магической энергии, как сегодня в тронном зале. Я заставил подданных подчиняться, но теперь находился на грани магического истощения. Если бы меня не подпитывал Алекс, я бы вообще слёг.

Опустился в кресло, чтобы дать себе небольшую передышку минут на десять, а потом снова «в бой».

Рука сама потянулась к рукаву, чтобы сдвинуть ткань на запястье и полюбоваться меткой истинной пары.

Такой чёткий, брутальный и в то же время изысканный орнамент.

И буквы на нём красивые, изящные. «А» и «Д».

Стоп. Не понял!

Почему именно эти буквы?

Вторая — это всегда фамилия. Видимо, здесь девичья фамилия моей пары.

А насчёт буквы «А» я был сильно озадачен. Почему не «Э»?

Может, при рождении девушке дали другое имя?

Или Энни — это её второе имя, и она представляется всем именно так, потому что оно ей больше нравится?

Поскорей бы люди Стефана прислали мне полное досье на мою загадочную бунтарку.

С этой девушкой вообще всё было непросто и странно. Начиная с её смелого поведения в тронном зале, когда она осмелилась кинуть вызов правителю. И заканчивая загадочными фокусами с метками истинности.

Надо срочно изучить информацию в библиотеке — в каких случаях и при каких обстоятельствах у девушки появлялось сразу два истинных.

Только исследовать эту тему надо очень аккуратно, чтобы не вызвать подозрений.

Глава 40

Опала

Энни

Я вообще не понимала, что происходит.

Зря я, наверное, бастарду пощёчину залепила. Не сдержалась.

В своё время я на манекене ставила этот удар — после того, как ко мне с поцелуями полез однокурсник. С тех пор моя тяжёлая ладонь отрезвляет шалунов на раз.

Недокороль не стал исключением.

След от моей руки проступил на его лице яркими пятнами.

Наверное, я что-то повредила ему в мозгах, поскольку он посмотрел на меня совершенно безумным взглядом — диким, горячим и одновременно ошарашенным.

И рванул на выход.

Молча!

А я — думай что хочешь.

Помчался отдавать приказ о моей казни?

Даже не удивлюсь.

Сначала я ему ладонь кинжалом порезала, потом нанесла тяжёлый урон его гордости и лицу.

У меня подкосились колени и я рухнула на ближайшее кресло, прогоняя накатывающее наваждение — воспоминания о его поцелуе.

Вот ведь гад — такую мощную магию соблазнения насылает, лишь бы я не сопротивлялась, а послушно прыгнула с ним в кровать. На одну ночь.

А потом с лёгкой душой вернул бы муженьку, как использованную вещь.

И главное — с такими честными глазами заявлял, что никак на меня не воздействует! Артист! Весь королевский театр нервно дышит в сторонке.

На всякий случай осмотрела своё запястье. Как оказалось, там ничего не изменилось, никаких татуировок не проступило. Так что о том, что между нами образовалась какая-то особая связь, речи не шло.

Но как же хорошо целуется, зараза… Кровь до сих пор не просто струилась по венам, а бежала, пронизанная волшебными пузырьками чистейшей эйфории. А дыхание было рваным от испытанного удовольствия.

Даже поймала себя на предательской мысли, что хочется это сладкое безумие повторить…

Так, стоп, Данилова. Именно таким образом люди и становятся наркоманами. А нездоровая зависимость от недокороля совершенно не входила в мои планы.

Я уже успела десять раз представить себя на эшафоте и пару раз в сырой темнице, как в комнату вошёл Тони.

С блондина можно было писать картину «Грозовой перевал». Брови сведены к переносице, губы поджаты, а в глазах такая мрачная туча, что я даже нервно заёрзала на кресле.

— Что, всё плохо? — тихо спросила я.

— Ты. Ударила. Короля, — медленно, с расстановкой произнёс мой пока ещё супруг.

— Рефлексы, — пожала я плечами.

— Ты понимаешь, что тебе за это будет? Какая статья предусмотрена за такое злодеяние в Королевском криминальном кодексе? — глухо произнёс Тони.

— Так просвети! Казнят с особой жестокостью? — устало спросила я. — Может, ты сам прервёшь мои страдания раз и навсегда? — протянула я ему кинжал рукояткой вперёд в чисто символическом жесте.

Но Тони внезапно отшатнулся от меня, как от привидения, с неподдельным ужасом в глазах:

— Не прикасайся ко мне!

Странно. Вроде ударила только недокороля, а крыша поехала ещё и у супруга.

— Тони, ты в порядке? — обеспокоенно посмотрела я на супруга. — Ты внимательно погляди: я кинжал за лезвие держу, рукояткой вперёд. Я тебя