Невеста по контракту, или Как довести жениха до ручки - Алисия Эванс

спален и, видимо, всего остального на нас не рассчитано. – Все слуги закреплены за конкретными участниками. Простите, но нас не предупредили, что будет тринадцатая пара, мы готовились принять лишь двадцать четыре участника.

Кархэ летел, крылья терлись, нас никто не ждал, а мы пожаловали.

- Разве это проблема? Уже завтра здесь останется лишь шесть человек, - изогнул бровь Ментос. Мне стало не по себе. А куда вдруг исчезнут остальные двадцать человек?

- Да, но на сегодняшнюю ночь я могу разместить вас лишь в покоях на чердаке. Простите, но здесь всего двенадцать спален, больше просто нет! Все остальные помещения предназначены для прислуги!

- Неужели? – изогнул бровь даргхан. – А как же императорские покои в восточной секции? – проявил он неожиданную осведомленность.

От упоминания монаршей опочивальни у дворецкого округлились глаза. Он смотрит на Ментоса как на сумасшедшего, который покусился на святое. В его глазах буквально читается вопрос: «Да как вам такое в голову могло прийти?!»

- Уважаемый, - наконец, обрел он дар речи. – Смею напомнить вам, что эти покои принадлежат лишь императору и его супруге! Никто другой не смеет в них селиться!

- Но у нас нет иного выхода, - пожал плечами Ментос. – Я – даргхан, наследник рода Морген, - при этих словах дворецкий принял такой вид, словно даргхан признался в серийных убийствах зубной щеткой.

- Мо-морген? – заикаясь, переспросил он.

- Именно, - кивнул мой жених, будто не замечая выразительной реакции своего собеседника. Мамочки, да он побледнел!

- И-и в-вы уча-частвуете в Да-дарг-Ра-а-ат? – заикаясь на каждом слове, уточнил перепуганный дворецкий.

- Как видите, - кивнул Ментос и все-таки улыбнулся. – Мы займем императорские покои. Ужин подайте как можно скорее. Надеюсь, с приборами проблем не возникнет? Или у вас их тоже ровно двадцать четыре? – едко поинтересовался он.

- А-а-а… Нет… Но… - рассеянно замямлил дворецкий, окончательно растеряв весь свой торжественно-возвышенный вид. Он стал похож на расстроенного студента, который понимает, что не сдаст экзамен.

Мне стало жаль бедного мужчину. Он находится на такой ответственной должности, которой наверняка добивался кровь и потом, а тут появился высокородный мажор, и вся его карьера рушится. Я представляю, что будет дальше: дворецкий доложит императору о заселении даргхана в императорские покои, выслушает гневную отповедь и получит от монарха санкцию на выселение наглого постояльца. Но как может простой дворецкий выселить человека, по силе почти равному императору? В итоге, чем бы ни закончилась эта история, бедолагу уволят.

- Зачем ты так с ним? – шепнула я Ментосу, который направился к лестнице.

- О чем ты? – не понял меня даргхан.

- Его ведь сделают крайним из-за твоих выходок! – обвинила я своего жениха.

- Не понимаю, чем ты недовольна? Предлагаешь спать на чердаке? – поинтересовался Ментос.

- Ты нарываешься на скандал! – пыталась донести до него я. - Тебе мало того, что мы устроили во дворце?!

- Элиза, поверь, относиться к нам лучше точно никто не будет, а хуже уже некуда, - произнес Ментос глубокомысленную фразу. – Так что расслабься.

Я говорила не об отношении к нам, а о возможном увольнении непричастного человека. У Ментоса конфликт с императором, а страдают непричастные люди.

Даргхан так уверенно шагает по широким коридорам дворца (а по-другому назвать это роскошное здание язык не поворачивается), будто знает здесь каждый угол. И о наличии тринадцатых покоев он прекрасно осведомлен.

Глава 11-3

- Ты ведь уже бывал здесь, правда? – прямо спросила я, с благоговением осматриваясь по сторонам. Мама родная, какая роскошь повсюду! Везде, куда ни глянь – торжество арт-деко. Неприлично богато и величественно.

- В юности, - хмыкнул в ответ Ментос. – Раньше все даргханы могли посещать резиденции и дворец и жить в них. Не просто могли – были обязаны! – поднял палец он.

То было раньше, а сейчас даргхану приходится выпрашивать себе номер и слугу. Захоти император, и мы с Ментосом вообще будем ночевать на чердаке, в компании мышей.

- А вот и они! – свернув в один из коридоров, он остановился перед высокими двустворчатыми дверьми. – Добро пожаловать! – толкнув их, он распахнул для нас двоих двери в новую жизнь.

- Пресвятой ванкомицин, - вырвалось у меня от увиденного. После моей крошечной студии, после скромной спальни Элизы, после скрипучего домика Ментоса императорская спальня выглядит неприлично роскошно. Здесь даже неловко жить и спать. Кажется, будто мы попали в музей, в котором каждая деталь интерьера – безумно ценный экспонат.

- Располагайся, - Ментос уверенной походкой вошел внутрь и распахнул шторы.

Высоченные потолки, отделанные позолоченной лепниной, заставили меня чувствовать себя крошечной букашкой. Как же здесь красиво, боже!

- Элиза, входи! – со снисходительной улыбкой попросил даргхан. Только тогда я осознала, что все еще стою у порога и никак не могу решиться его переступить. Пришлось заставить себя поднять ноги и войти в царскую опочивальню.

Меня обескуражили собственные эмоции. Я и представить себе не могла, что окажусь в столь богатой обстановке, в таком величественном, по-настоящему императорском интерьере. У меня буквально вышибло воздух из легких, земля ушла из-под ног от увиденной красоты. Ладно, быть может, все случившееся за последние два дня стоило того, чтобы оказаться здесь и испытать столь глубокие эмоции.

- Есть хочешь? – поинтересовался Ментос, когда за мной с глухим звуком закрылись тяжелые двери, отсекая от всего мира.

Я боюсь представить, какую пищу подадут в такие покои. Черную икру? Фаршированного верблюда? Или дядюшку Рота на блюде с яблоком в зубах?

- Хочу, - шепнула я. Культурный шок – это, конечно, очень важно, но ужин по расписанию. У меня с утра маковой росинки во рту не было, а адреналина в кровь выделилось столько, что его уже можно было бы жертвовать на донорство тем, кому жизнь медом кажется. А ведь адреналин сжигает сахар в крови лучше, чем любой спорт, поэтому я готова съесть слона. Ну, или какого-нибудь даргхана, если представится возможность.

- Потерпи минут двадцать, сейчас подадут, - с сочувствием произнес Ментос. Я очень удивилась неподдельной заботе в его голосе. Что это с ним такое?

- А не вышвырнут ли нас отсюда через те самые двадцать минут? – осторожно поинтересовалась я. С трудом верится, что такую шикарную императорскую собственность можно захватить вот так просто.

- Не посмеют, - заявил Ментос уверенно и