Замуж за врага. Его (не) любимая - 2 - Юлия Марлин

задумчивый взгляд. Похоже, из всех присутствующих старый вояка единственный догадывался, что на самом деле терзало командира все последние недели сурового северного лета.

— Святослав, — Верея тронула его за руку, — ты, верно, устал?

— Нет, милая, — Святослав улыбнулся. — Северный ветер не знает усталости.

* * *

— Ну, рассказывай.

После ужина Роман и Святослав удалились в Соборный Зал, чтобы поговорить наедине.

На этот раз Правитель встал у окна, изредка поглядывая, как трепетались разноцветные флажки в сумраке вечера столицы, а Святослав устроился на троне, постукивая по перилам костяшками пальцев.

Ничего неожиданного молодой командир не сказал. Все как всегда: ледяные демоны нападали по ночам, атаковали слаженно, будто повиновались незримым командам и всеми силами пытались сломить оборону гарнизона. Убитых не было, но ранения получал чуть ли не каждый второй.

— Демоны затаились. Чего-то ждут, — размышлял Святослав, проводя параллели между схожим поведением князей доминиона и Дома Железного Вепря. — Летом они и раньше не отличались прытью, но в последний месяц стали совсем вялыми.

— Копят силы? — Предположил Роман.

— Похоже на то. Готовятся к Решающей битве.

— Что думаешь?

— Я много времени провел в архивах Стифополя, но не нашел ни одного внятного объяснения, кто такие ледяные великаны, откуда пришли и почему грезят завладеть «Сокровищем под Горой». Хронисты пишут — их породили земли севера, выплюнув так же, как море выплевывает на берега ледяные торосы. Древний историограф Вален в Бестиарии Бестелесных Миров утверждал — они остатки армии Саанила. Еще более интересную версию я читал у брата Ордена Тех, кто Умножает. Он считал белоглазых демонов неупокоенными душами убийц и прочих разбойников, не нашедших путь в Небесный Чертог и сбившихся в одном месте, а именно — в Пустошах вечной мерзлоты. Были и другие предположения. Но никто так и не дал внятного пояснения: зачем им «Сокровище».

Роман сузил глаза.

— К чему ты пришел?

— Думаю, следует обратиться за помощью к колдунам и их трактатам. Мы всегда считали демонов порождением физического мира, но, что если искали не там?

— Что ж, почему бы и нет. Завтра прикажу конворду Владиславу разослать письма по Орденам и Братствам с просьбой о помощи.

Святослав согласно кивнул и задумался о своем.

— Боюсь, демоны только — полбеды, — хмуро заметил Роман.

Командир оживился:

— О чем ты?

— На днях из Арги вернулся Невидимка. Послушай его.

Шпион по прозвищу Кремень был тем самым человеком, с которым Святослав встречался в одной из забегаловок на окраине Ипати. Именно этот тайный агент сообщил о поездке Будиша и его братьев в невзрачный городок Бремень и обязался проследить за ними, а после доложить все подробности.

В залу вошел неприметный человек в темном поношенном плаще. Тысячи таких, как он попадались каждый день на глаза, и любого из них можно было принять за бедного странника.

Невидимка поклонился и начал историю с того, что следил за передвижениями князя Будиша и его братьев до пограничного Бремени. Они прибыли туда около месяца назад и встретились с князем из Дома Железного Вепря, главой торговой гильдии и еще одним незнакомцем, но о нем чуть позже. Слова Кремня подтвердили догадки мучавшие Святослава: Арга и Эдирн заключили альянс и потому эдирнские войска были отозваны с границ.

— Они готовятся к большой войне. Но это не всё, мой князь. Третий, с кем встречался Будиш и с братьями оказался… нежитью. Вампиром. Я прятался в дымоходе, слышал не все. Сначала вампир упомянул о некоем Хозяине, на которого работал, а после завел разговор о Избранной Крови, способной сломить заклятье богов и пройти тайной тропой к «Сокровищу под Горой». Он проверил братьев на избранность при помощи магического зеркала, но они не подошли. Тогда вампир потребовал привести их сестру.

Святослав шумно выдохнул и потер переносицу:

— Если бить — так насмерть. И не медлить.

— Можешь идти.

Роман отпустил тайного агента, и когда дверь захлопнулась, вынул из кармана стопку почтовых сообщений, наотмашь бросив на стол.

— Они требуют ее вернуть, Святослав. Прислали уже несколько гневных угроз. На первых порах я не мог понять, зачем София понадобилась Будишу, если он сам два месяца назад настойчиво упрашивал ее забрать. После сведений Невидимки все стало ясно.

— Хотят использовать. — Глаза Святослава налились холодной яростью, а в голосе звенел металл: — Мы не выдадим ее, Роман.

— Они требует выдачи. Готовы заменить заложницу на Николая или Игоря. Ты знаешь не хуже меня: согласно Заветам Сияния, возможность заменить заложника перемирия по требованию одной из сторон — идет первой строкой. Мы не вправе отказать. Нежить считает, София обладает Избранной Кровью. Так это или нет — неважно. Ты прав, отдавать ее сейчас — подписать себе смертный приговор. Но с другой стороны…

Пауза и продолжение:

— Мы не можем отказать родному Дому Софии. В последнем письме Будиш дал неделю на размышления. В противном случае — грозится заявиться сюда и самолично увезти «горячо любимую сестру, удерживаемую в стане чудовищ в неволе», — это он прочел одно из последнего послания. — Сам знаешь, есть только два способа не выдавать Софию доминиону. Первый, кхм, убить ее.

Святослав поднял голову и встретился с братом лютым взглядом. Романа прошиб холодный пот.

— Я только рассматриваю возможные варианты, — поспешно оправдался Роман, вскидывая руки.

— А второй?

— Заложница должна перейти под защиту нашего Дома. После этого мы признаем ее равной себе и впишем ее имя в Книгу Дома. Советник Алексис предложил наиболее подходящее решение. Помнишь его? Сын Филата из Тамиани.

Святослав вспомнил Алексиса и поморщился — он никогда не симпатизировал этому выскочке из восточной губернии, справедливо полагая, что тот, — заняв пост старшего советника по иностранным делам после кончины отца на этой должности — слишком любит совать свой нос в дела, его не касавшиеся.

А его неожиданное исчезновение из Стифополя на два года, якобы из-за болезни матери и недавнее возращении, вызвали у молодого командира массу вопросов. Но Роман ему доверяет (будто советник имеет над Правителем какую-то власть).

— Кто? — Выдохнул, прекрасно понимая, что предложил Алексис. — Ты уже решил, кто это будет?

— Алексис предложил свою кандидатуру. В первый миг мне показалось это разумным, и я дал согласие. Но потом, взвесив все за и против, все же отказал. Не уверен, что девушка заслужила замужество с таким как он. Остаешься только… ты.

Молодой командир вдруг плотно сжал губы, уронил голову на руку, уперся лбом в ладонь и долго молчал. Отчаяние дурманит сильнее надежды. Безвыходность отравляет страшнее яда.

— Она возненавидит нас, — глухо молвил Святослав. — Возненавидит меня.

— Она уже нас ненавидит, — парировал Роман.