В паутине лжи - Аля Даль

— Интересный у вас вид, — отметил он, посмотрев на мужские брюки и теплый свитер, надетый поверх белоснежной рубашки. — В канцелярии трудитесь?

— Писарем, — кивнула я, склонив голову набок. Надо было изобразить беспомощную глупость, потому я решила задать странный вопрос: — Красиво тут. В этом доме и надо будет принимать гостей?

— Нет, — избавившись от верхней одежды, мужчина остался в коричневом пиджаке и брюках, которые сидели на нем, как платье на борове. Он и был похож на откормленного порося, раскрасневшегося в теплом помещении и отвратительно пахнущего луком вперемешку с потом. — Пройдемте сюда.

Он открыл белую дверь, располагающуюся слева от входа, и жестом пригласил войти. Голова предательски закружилась, в глазах на мгновение потемнело, я пошатнулась, но смогла удержаться, сделав вид, что просто переминаюсь с ноги на ногу. Ступив в новое помещение, я обернулась на звук поворота ключа в замке, а затем вновь посмотрела вглубь комнаты. Обычная обстановка, не слишком богатая, но и не бедная. Стены обклеяны хоть и старыми, но в хорошем состоянии обоями. Несколько дилетантских пейзажей располагались на пустующих местах. Пол устелян широким узорчатым ковром. Камин топят, не жалея дров на обогрев. Посреди комнаты — устланный чистой скатертью круглый стол, вокруг которого стояло три стула. Около окна я увидела светловолосого мужчину в бежевом костюме, стоящего ко мне спиной и, видимо, что-то высматривающего на улице.

— Садитесь, прошу вас, — тучный мужчина отодвинул для меня стул, и я с радостью приняла приглашение. Сидеть в моем состоянии намного проще, чем стоять. Скромно усевшись на стул, я сложила руки на коленях. Мужчина, стоявший у окна, одним движением зачем-то зашторил его и развернулся ко мне, поприветствовав обворожительной улыбкой.

— Рад приветствовать вас, милая девушка, — он подошел к столу и, отодвинув ближайший ко мне стул, уселся рядом, по-хозяйски откинувшись на спинку. На мгновение меня пленил терпкий аромат гвоздики, исходивший от него. Чтобы вновь прийти в чувства и испытать отвращение, я посмотрела на тучного, который копошился в серванте из красного дерева. — Премерзкая погодка, не правда ли?

Вновь переведя взгляд на блондина, я оценила, что тонким, благородным чертам его лица очень шла легкая небритость, а озорной взгляд голубых глаз вызывал во мне смешанные чувства. Хорош, чертяка.

— Ужасная, — согласилась я. — Но мы же собрались поговорить не о погоде?

— Верно, — ответил блондин. Тучный вернулся к нам с тремя бокалами и бутылкой дорогого вина. — Пару глотков для разогрева.

Журчание вина отзывалось в голове неприятной болью. Один аккуратно пододвинули ко мне, но я даже и не подумала бы притронуться. Отравят и поминай как звали.

— Могу я задать один маленький вопрос для начала? — спросила я, ощущая сильную дрожь от жара. Сколько ещё продержусь — неизвестно, поэтому надо было организовывать задержание сутенеров как можно быстрее, иначе просто не смогу довести до ближайшего охранного отделения или просто сдать их первому попавшемуся патрулю. Рухну посреди дороги, и что мужчины со мной сделают за попытку задержания? Лучше не думать об этом. К счастью, они все ещё не замечали моей слабости.

— Все, что угодно для милой дамы.

— Как обстоят дела со стражниками? Слышала, на публичные дома любят устраивать облавы.

— Все куплено, моя дорогая, никаких проблем! И прекратите вы, наконец, называть наше маленькое совместное предприятие публичным домом! — возмущался тучный. Залив в себя бокал вина одним глотком, он стал совсем похож на запеченного поросёнка, не хватало только яблока во рту. Несмотря на забавное сравнение, я напряглась и сжала руки в кулаки, чтобы никто из присутствующие раньше времени не смог обнаружить на моих ладонях подготовленное заклинание сковывания. С помощью него я смогу связать обоим руки, а затем, угрожая чем-нибудь посерьёзней, довести… куда-нибудь, где их смогут принять, как полагается.

— Тогда последний вопрос. Не противно ли вам, гниль поганая, беззащитными женщинами торговать?

Тучный скрипнул стулом под собой и тут же получил заклинанием, обрушившись на пол от силы ударной волны. Второй удар магией пришёлся по успевшему вскочить блондину, который тоже с громким стуком брякнулся на пол рядом. Бокалы лопнули, разлетевшись на осколки. Бутылка брякнулась на стол, кроваво-красное вино потекло по скатерти. Капли разбивались о пол с громким стуком в моей голове, на которую словно надели металлическую кастрюлю и били по ней поварешкой.

— Ты что творишь, дура?! — завизжал тучный, пытаясь освободить руки от оков на полу. Я зарядила удар молнией: мои пальцы зловеще заискрили, напугав мужчину.

— Замри, — приказала я, чувствуя, что слабость возвращается. Переведя взор на блондина, я увидела перед собой плавающую картинку. К горлу подступила тошнота, руки задрожали, от волн невыносимого жара захотелось укутаться в десять одеял сразу. Приготовив аналогичное заклинание в другой руке, я направила его на второго и, собравшись с силами, продолжила: — Сейчас вы встаёте и идете со мной. Одно движение, и от вас останется горстка жалкого пепла на земле.

Оба покорно встали с пола. Я буравила их испепеляющим взглядом, пока дрожащими руками боров пытался открыть замок.

— Может, договоримся, красавица? — чертовски обаятельная улыбка сработала бы, не будь блондинчик мерзким сутенером. Встав со стула, я намеренно сверкнула молниями, напугав обоих ещё сильнее.

— С сокамерниками будешь договариваться, — процедила я, чувствуя, как силы потихоньку покидают меня. Я и так плоха, а тут ещё и магия высасывала последнее. Но я должна разобраться с этой гнилью во что бы то ни стало. Это мой долг.

Позволив обоим одеться, я надевала пальто, держа обоих под неустанным контролем, но они почему-то вели себя очень смирно, что меня удивило. Не обидно им, что ли, что их задержала хрупкая женщина? Неужели задетая мужская гордость не подскажет совершить какую-нибудь самоубийственную глупость?

Без приключений мы вышли из дома, и я повела обоих по дороге вперёд. В ладонях трещали искры, сливаясь с песней ураганного ветра. Они шли быстро, их фигуры расплывались передо мной, но я упорно трясла головой, будто сметаю снег с непокрытой из-за спешки головы, на деле стараясь держаться. Из последних сил. Как назло по дороге ни одного патруля.

— Быстрее! — крикнула я, понимая, что нужно поторопиться. Дорога вела нас прямо к моей работе, и если никто и дальше не встретиться, то придётся доставить ребят прямо в обитель нашего уютного коллектива.

В ушах раздался писк, усилившийся с каждой минутой. В поле зрения появилось милое моему сердцу трёхэтажное здание канцелярии, но мы вышли с той стороны, откуда быстрее было бы дойти до главного управления. Счёт буквально шёл на секунды, поэтому я приказала идти к ближайшему зданию