Космофлот. Игрушка ренегата - Ева Финова

успел. В этот самый миг с высоты искусственного неба купольного города, закатанного в асфальт, на улицы обрушился самый настоящий потоп. Тонны воды потекли по улицам, смывая всё на своём пути. Процедура дезинфекции и самоочистки была запрограммирована создателями «Шата-119» и представляла собой замкнутый водный цикл, проходящий сквозь многоступенчатую систему фильтрации и обеззараживания. Многие из жителей других планет с городами открытого типа злорадно посмеивались, называя подобные места проживания не иначе как «Стерильная Зона» со своими правилами и распорядком дня, нарушение которых было опасно для жизни. Однако и плюсы в подобных местах проживания тоже имелись — почти нулевая преступность, хорошее здравоохранение, благополучная научная среда.

Пользуясь оглушающим шумом воды, стекающей по пристройке-мастерской, Тито продолжил разговор с приятелем, двигая одними губами.

«Тебя возвращают из-за Гилема. Думают, ты запросишь ему амнистию. А за ней следят на случай его возвращения».

В целом, Арди ожидал нечто такое, потому что подобный исход не раз приходил ему в голову, когда он анализировал случившееся с блестящим курсантом, куратором которого он некогда был.

«Но почему только сейчас? — интересовало Хейра больше всего. — Неужели так важно его устранить, чтобы рисковать собственным насиженным креслом?»

Приятель пожал плечами и покачал головой. Ответ на этот вопрос был ему неизвестен, и он боялся ввести в заблуждение друга, чья жизнь была небезразлична.

Не сказав больше ни слова, оба склонились к лючку гигантского охранного дрона, Арди протянул Тито прорезиненные длинные перчатки, чтобы тот не извозился в масле. И всё оставшееся время оба провели с пользой, разбирая сервопривод, приводящий в движение вращательный механизм, который удерживал рукоять одного из орудий робота-защитника.

К треугольной платформе на колёсах крепилось шарообразное туловище, напичканное камерами и датчиками, и выполняющее функции управления. Как таковой головы робот не имел. Зато рук-манипуляторов из него торчало целых шесть. Две вооружены пушками, одна режущим механизмом, способным вскрывать металлические двери, словно крышки консервных банок, другая обладала сменными насадками, а нижние — осуществляли хватательную функцию с помощью механических пальцев.

Выждав ещё пять минут, чтобы не попасть в зловонные испарения после мытья улиц, Тито распрощался с коллегой и молча ушёл с чувством выполненного долга и одновременно горечи. Он ещё не знал, чем окончится подобное противостояние, но со своей стороны успел предупредить и сделал всё, чтобы помочь гордому Арди Хейру, который никогда бы первым не обратился к нему за одолжением.

Так он думал, возвращаясь домой по улице, проходил по мосту, мимо сточной канавы, по которой сейчас стекла дождевая вода. Асфальтовое покрытие было чуть влажным. Тень промелькнула у него за спиной, когда чьи-то сильные руки резко толкнули Тито, сбрасывая вниз в смертельную пучину.

Несколько секунд спустя раздался громкий плюх.

Глава 19. Процедура

Диана Род

Время. Сложная для понимания штука.

Раньше его мне всегда не хватало, раньше я чувствовала, будто нигде не успеваю. Словно гналась за недостижимым идеалом. Больше, выше, быстрее, сильнее. Когда я училась в академии космофлота, то отличные оценки стали для меня настоящей маниакальной зависимостью. За всем этим я совсем не видела жизни вокруг.

Жажда успеха застит глаза не хуже плотной повязки.

Сейчас, оглядываясь назад, в прошлое, я с ужасом осознала, что катастрофически ошибалась. Я сама виновата в том, что нахожусь здесь в таком состоянии. Посмотрела в зеркало и со вздохом взяла расчёску. Короткие вихры торчком, впалые щёки. Синяки, хорошо, стали чуть менее заметными. Передумала расчёсываться, включила воду и слегка пригладила разбушевавшуюся шевелюру. Пусть лучше так.

— Время.

Услышала я тихий оклик Гилема. Ещё раз открыла воду и прополоскала рот. Даже не представляю, каково ему будет целовать такую страшилу, как я. Хмыкнула, подхватила пластиковую коробочку с моими вещами. Благо хоть ногти сумела привести в порядок. И то радость. Остальное пока что — увы.

Открыла дверь.

Нахальная ухмылка ренегата быстро привела в чувство. Во мне проснулась злюка, и заметно полегчало.

— А говорила — без проблем. Храбрилась там, как герой космофлота.

— Откуда тебе знать, может, и герой?

Гилем нахмурился. Весёлость вмиг улетучилась, а на лице отразилась злость.

— Не заставляй меня жалеть о принятом решении, не шути со мной в таком тоне.

Ох, а мы, оказывается, обидчивые?

— Уж простите, созерцание этого одуванчика на голове настроения не прибавляет.

Махнула рукой вверх, указывая на волосы.

Натис заметно смягчился и потянулся рукой, погладил меня по голове.

— Потерпи, скоро будешь мучиться, выбирая причёску.

— Поскорее бы!

Пользуясь небольшой разрядкой в разговоре, я прошла вперёд и приспособила пластиковую коробку в мой встроенный в стену шкафчик рядом с кроватью. Гилем не отставал и следовал за мной по пятам.

— Долго бегать от меня будешь?

— Что, прости?

Только и успела удивиться, ощущая его горячие руки на моей талии. Одним ловким движением он крутнул меня на месте и поймал в свои объятья, едва я повернулась корпусом. Поцелуй случился секунду спустя. Мягкий, приятный и немного злой. Будто он то и дело хотел меня укусить. Недовольно мыкнула, пытаясь отстраниться. Но его рука удержала за шею.

Губы. Его тёплые губы творили нечто невероятное, а язык вторгался в мой рот с такой напористостью, будто зубы пересчитывал. Но, несмотря на это, мне нравилось. Очень… настолько, что характерная теплота внизу живота недвусмысленно намекала о возбуждении.

Не помню, на каком моменте я сдалась и приобняла его, но уже в следующее мгновение Гилем отстранился и резко отвернулся, не сказав ни слова.

Я стояла поражённая, смущённая, злая, разочарованная и испытывая ещё много разных эмоций. Наблюдала за тем, как ренегат начал отжиматься на перекладине.

Зря.

Прикусила губу, чтобы не выдохнуть недовольно. Так, надо срочно успокоиться. Надо… Точно, зайду в кабинку туалета и запрусь, приведу эмоции в порядок, пока не ляпнула какую-нибудь несусветную глупость. Ага, кто бы меня отпустил!

Едва сделала шаг в том направлении, Гилем тотчас окликнул:

— Куда собралась?

— Рот прополоскать, — сказала я без задней мысли. А он аж вскипел негодованием:

— Издеваешься?

Спрыгнул вниз и воззрился на меня недовольно.

— Извини, я не подумала.

Опустила взгляд. Щеки обожгло смущением. Натису будто это и надо было.

— Слушай, я еле держусь от того, чтобы уложить тебя на лопатки и сделать то, чего мы оба хотим. Хоть ты и делаешь вид, будто сопротивляешься. Но я помню про недавнее и терплю. А ты будь умничкой