Искусство избегать своего альфу - Лола Гласс

раковину и наблюдал, как я вхожу обратно.

— Я думала, ты хочешь принять душ вместе со мной. — мой голос был настолько игривым, насколько я могла это сделать.

— Сначала я хочу поговорить. Ты явно расстроена.

Я сделала глубокий вдох.

— Я впустила тебя не для того, чтобы разговаривать, Ронин. Я в порядке.

— Не лги мне, — предупредил он. — Это важно, Тор. Я хочу знать, почему ты злишься.

— Я не злюсь, — ответила я.

— Просто скажи мне.

— Твое альфа-дерьмо на меня не подействует, Ронин.

Я услышала, как он расстегивает молнию на джинсах, и через мгновение его грудь прижалась к моей спине.

Я не смогла остановить резкий вдох, когда его твердый член встретился с моим позвоночником, а его руки скользнули по моему животу и груди.

Моя спина выгнулась, пока его руки продолжили медленно двигаться.

— Мне неприятно осознавать, что я тебя расстроил. Пожалуйста, просто расскажи. Я хочу знать правду, даже если она дерьмовая.

Я закрыла глаза, прислонившись затылком к его плечу.

— Это был долгий день. Давай разберемся с этим завтра.

Он издал звук несогласия.

— Давай решим это сейчас, чтобы я мог заняться с тобой любовью в этом душе, а потом полакомиться тобой, пока ты будешь пировать…

В дверь нашего номера постучали, и кто-то приглушенно прокричал что-то похожее на «Обслуживание номеров!».

— Оставьте все в спальне, — прорычал в ответ Ронин.

Я услышала, как дверь открылась, а через минуту снова закрылась.

Он продолжал стоять на месте, пока не убедится, что человек покинул комнату, и только потом вернул свое внимание ко мне.

— Что я говорил?

— Ты собирался полакомиться мной, пока я буду пировать… — пробурчала я.

— Картофелем фри с сыром, — уточнил он. — И стейком. Я заказал стейк.

Нямм.

— Скажи мне, что не так, и мы сможем разобраться с этим и перейти к заключительной части ночи, — сказал он, возобновляя свои медленные, чувственные движения руками по моему телу.

— Не хочу.

— Тогда придется предположить самое худшее.

— Что же хуже всего?

— Ты безумно влюблена в вампира, которого встретила раньше, поэтому я должен выследить его и перерезать ему горло, — сказал он совершенно серьезно.

Я фыркнула.

— Да, точно.

— Это единственная логичная причина, по которой ты просто не хочешь мне рассказать.

Я покачала головой.

— Это не имеет значения.

— Для меня имеет.

— Ты просто не можешь оставить это, да?

— Не тогда, когда дело касается тебя. — Ронин провел ладонью по моему бедру и позволил пальцам все ощупать. От этого я стала мокрой, хотя душ, к счастью, скрыл это.

Я хмыкнула.

— Отлично, Ронин. Хочешь правду? Мне было больно, когда ты не поверил, что я хочу быть здесь с тобой. Когда сказал, что я с таким же успехом могла бы быть здесь с любым другим мужчиной из стаи.

Его тело замерло.

Руки тоже.

Шлюзы открылись, и слова полились рекой.

— До встречи с тобой это было абсолютной правдой, но с тех пор, как мы вместе, я храню верность. Отшиваю парней, когда они пытаются со мной флиртовать. Не знакомлюсь с людьми. Если бы кто-то предложил мне провести отпуск, я бы сказала, что у меня есть пара. Ты дал понять, что не веришь в это, не веришь мне, и из-за этого я чувствую себя дерьмом.

Он ответил не сразу.

Я не могла хранить молчание.

— Да, я не хотела иметь пару, когда мы только познакомились. Я и сейчас не готова посвятить себя тебе. Но я здесь, не так ли? Я пытаюсь. Пыталась. Может быть, не так, как ты мечтал, но достаточно, чтобы удовлетворить тебя и составить тебе компанию, не лишая меня свободы.

Я добавила:

— Понимаю, что ты был одинок дольше, чем я могу себе представить, ясно? Понимаю. Но я была в ловушке большую часть своей жизни. Меня использовали, причиняли боль, высасывали из меня все силы, как будто я вещь. Я просто хочу жить, Ронин. Хочу видеть различные места, отправляться в приключения и наслаждаться жизнью. Мне не нужна пара, потому что я хочу свободы, и мне жаль, что это разрушает твою жизнь. Но я не могу этого изменить. Не могу перечеркнуть свою сущность ради тебя. И не хочу этого.

— Я тоже не хочу этого, Тори. — его голос был низким. — И никогда не хотел, чтобы ты изменилась. Я хочу сделать тебя счастливой.

— И чтобы я стала твоей.

— Конечно. Это в моих жилах. Но тебе будет гораздо безопаснее и свободней, когда станешь моей. Мы сможем поехать куда угодно, сможем делать все, что угодно. Мне все равно, где я буду, лишь бы рядом с тобой.

— Я начинаю это понимать, но для этого недостаточно одной ночи.

— У тебя есть сколько угодно времени, Тор.

— Я так не думаю. Сегодня ты ясно дал понять, что того, что я могу предложить сейчас, тебе мало.

Он усмехнулся.

— Черта с два, это не так.

— Ты несчастлив, Ронин.

— Я не был счастлив после того, что случилось на пляже, но в целом я счастливее, когда ты рядом. Даже когда ты избегаешь меня. Прости, что заставил тебя ощутить себя ущемленной… больше такого не повторится.

— Не уверена.

— Позволь доказать тебе это. Остаток отпуска будет просто гребаным сном.

— Я устала, Ронин.

— Это тоже можно исправить. Ужин поможет. Позволь мне попробовать тебя на вкус.

Мое тело отозвалось жаром.

— Я еще не согласилась на это.

— Ключевое слово «еще».

Мои губы изогнулись в улыбке.

— Никто еще не ласкал меня так.

— Знаю. И не перестаю думать об этом с тех пор, как ты рассказала. Я бы поимел тебя своим языком на пляже, если бы этот ублюдок не прервал нас.

Я рассмеялась.

— Неудивительно, что ты так разозлился.

Он засмеялся, и его грудь загрохотала за моей спиной.

— Давай вымоем тебя, чтобы я мог тебя накормить и заняться тобой по-своему.

— Никаких протестов по этому поводу.

Ронин отстранился, а затем встал передо мной. Его руки поймали мое лицо, и он наклонил мою голову.

Наши губы встретились в нежном поцелуе.

Медленном.

Душераздирающе сладком.

Наши языки двигались вместе, и этот танец не был похож ни на что, что я когда-либо испытывала раньше.

Уязвимый.

Интимный.

Когда он отстранился, у меня закружилась голова от его нежного прикосновения.

— Вымой волосы, пока я наслаждаюсь твоим телом, — пробормотал Ронин, снова заходя мне за спину и позволяя своим рукам скользить по моему торсу.

— Да, Альфа, — поддразнила я, но без укора.

Он прикасался ко мне, пока я мылась, но не для того, чтобы возбудить, а просто чтобы почувствовать меня. Я