Звёзды с корицей и перцем (СИ) - Калинина Кира Владимировна

— Рикард, — Эльга дотронулась до его рукава, собираясь сказать, что не представляла, насколько велики и сложны Врата, что прикасаться к ним страшно и лучше она посмотрит со стороны. Карьера главного конструктора висела на волоске. Срыва испытаний ему не простят.

Но ди Ронн, очевидно, не зря уповал на свой авторитет.

Трайтор вдруг вскочил и суетливо подхватил Эльгу под локоть.

— Прошу вас, эра! Попробуйте, если очень хочется. В конце концов, что значат пятнадцать минут? — он почти силой усадил её за свой прагма-пульт и повернулся к ди Ронну. — Под вашу ответственность, эр главный конструктор! Если что-то пойдёт не так…

Ди Ронн поморщился:

— Ничего не может пойти не так, и вы это прекрасно знаете, Трайтор.

Он встал рядом с Эльгой, левой рукой опёрся о спинку её стула, правой о край пульта.

— Не бойся, это безопасно. Иначе я бы на выстрел не подпустил тебя к панели отклика.

Эльга улыбнулась. Когда ди Ронн обещал пустить её к панели отклика, он ещё не знал, что обычное рабочее испытание превратится в публичную демонстрацию технологического превосходства Сторры. И всё же не пошёл на попятный, не сказал: «Прости, Мориса, в другой раз».

— Я не смогу помочь, — терпеливо объяснял он. — Не смогу показать, что делать. Оператор входит в когерентное состояние самостоятельно...

— Или не входит, — уточнил Трайтор нейтральным тоном, получив в награду от начальства тяжёлый взгляд.

— Если поймёшь, что не получается, остановись, не выбивайся из сил.

— Если не получится, Врата просто оттолкнут меня, разве нет? — мило улыбнулась Эльга.

Отшвырнут.

— Главное, не торопись. Ты управляешь маленьким прагматом, — он позволил себе накрыть ладонью её руку с перстнем — сегодня это был строгий ободок белого золота с крупной жемчужиной, которая прелестно сочеталась с нитью бус на шее. — Но здесь ты столкнёшься с нагрузкой на несколько порядков больше. Это может сбить с толку…

— Я знакома с процессом, — ей не терпелось приступить.

Техническая панель отклика была широкой и грубоватой на ощупь — скорее вельвет, чем бархат. Эльга демонстративно закрыла глаза, выравнивая дыхание. У неопытного страль-оператора при работе с серьёзным прагматом подготовительный этап может занять все пятнадцать минут. Ди Ронн даже не запретил ей вмешиваться в структуру. Уверен, что она и близко не подойдёт. Посмотрим…

Мягкая прагма, способная улавливать слабый биоэлектрический ток, идущий от человеческой руки, мгновенно накопила нужный заряд и кольнула пальцы ответным импульсом, позволяя Эльге раскрыть себя страль-полю Врат — дикой стихии, хаосу.

Эта стихия не ждала, когда её расшевелят и подчинят, она сходу стремилась выгнать пришельца вон. Эльге казалось, что она стоит у кромки океана, и на неё несётся гигантский штормовой вал. Их разделала лишь стеклянная стена, которая держалась силой воли Эльги и крепостью её рук.

С Грозоотводом пришлось ещё труднее — там стихия хлестала со всех сторон, как хлещет буря, от неё нельзя было отгородиться. А сейчас следовало просто верно распределить усилия между противодействием и давлением…

Пылинки из страль-поля Эльги просачивались сквозь стекло, чтобы навязать свою частоту ближайшим страль-элементам Врат, а те несли её дальше — сопротивляясь, уворачиваясь, норовя ударить в ответ, скинуть руки Эльги с панели отклика... Пока всё поле не настроилось на единый ритм колебаний.

Сегодня у неё будут болеть плечи, но это пустяки.

Резонанс пришёл почти мгновенно — ослепительный, как праздничный салют.

Структура Гигантских мультифункциональных врат открылась Эльге во всей своей ошеломляющей сложности — целая кристаллическая вселенная. Узлы решётки сияли, как звёзды, за ними лежал путь в бесконечность, полную открытий и чудес. Там кружились планеты, вставали над горизонтом чужие солнца, мерцали облака галактических туманностей — отражая предназначение Врат, как запахи отражали предназначение Конфетерии. Каждый узел мог стать опорной точкой не только для проявления рабочих структур, заложенных при создании Врат, но и для надстройки новых.

И это главное, что отличало сётстадские Врата от Больших и Малых. Базовая структура биенских Врат замкнута, и количество рабочих структур в ней ограничено. Собственно, таких структур всего две: одна обеспечивает вход, другая выход, и обе связывают лишь Смайю и Сторру. А Врата в Сётстаде позволят открывать дверь в любую часть космоса — при условии, что там есть принимающие Врата и их координаты известны.

Такая же разница была между Кондитерией в булочной эры Варинг и Конфетерией Эльги. Незамкнутая структура последней позволяла получать и успокоительное, и снотворное, и укрепляющее, и стимулирующее. Но возможности Конфетерии имели предел. А у Гигантских Врат Сётстада предела как будто не было. Эльге казалось, что они могут всё.

Глава 15

Она чувствовала себя всесильной чародейкой, способной дотянуться до самих дарителей, и любовалась страль-структурой Врат, попутно выстраивая в воображении её упрощённую фантомную копию. Ту самую, которую профессор Кизен и его студенты применили для первичной реанимации Врат десять лет назад.

От этого принципа она и отталкивалась в своей дипломной работе. Почему бы не создать фантомный дубликат структуры Больших Врат Биена? В случае повторного сбоя он сдержит распад прагмы. Надо лишь придумать, как привязать фантом к замкнутой структуре, которая не допускает надстроек…

Эльга не сразу поняла, что её насторожило. Страль-структура Гигантских Врат всё так же обещала все возможности на свете, так же ярко сверкали её узлы, но соединения между ними… Да, соединения из чётких прямых линий на глазах превращались в дрожащий красноватый пунктир. Два ближайших узла на секунду раздвоились, вернулись в прежнее состояние и раздвоились опять. И такое происходило по всей решётке.

Эльга вскочила с места, испытав секундную дезориентацию.

— Тише, не спеши. — На спину ей легла тёплая ладонь. — Нельзя так резко…

— Со мной всё в порядке! А вот с Вратами — нет, — она развернулась к ди Ронну лицом. — Мне кажется, связи в структуре нарушены. Может быть, это нормально для молодой прагмы или не хватает каких-то калибровок, но я читала о том, как вела себя структура во время того сбоя в Биене. Тут что-то очень похожее. Посмотри сам.

Она посторонилась, давая ему место. Однако первым, с другой стороны, на стул плюхнулся Бэф Трайтор:

— При всём уважении, эр ди Ронн, эра не знает, о чём говорит. Я, конечно, проверю, но думаю, вы, эра, видели не структуру, а начальное страль-поле, оно всегда подвижно, это норма. — И промямлил себе под нос: — Всё-таки не стоит пускать посторонних за пульт в такой момент…

Возможно, он был прав. Но для страль-оператора, даже накануне важного испытания, эр Трайтор вёл себя слишком неуравновешенно.

— Дайте-ка я гляну, — потребовал Ди Ронн.

В этот момент в зале мигнул свет и раздались тяжёлые лязгающие удары. Эльга увидела, как по всему периметру опускаются бронированные заслоны. Сразу стало темнее — перекрыты оказались не только двери внизу и смотровые окна наверху, но и половина настенных ламп.

— Какого…

Ди Ронн в два шага очутился у края стенда, где стоял аппарат внутренней связи, и сорвал трубку.

— Контроль? — он нетерпеливо постучал по рычагу. — Контроль!

Чертыхнулся и вдруг повысил голос:

— Трайтор!

Приподнявшись с места, энергетик что-то делал на приборной доске регистратора-самописца, который, по идее, должен был оставаться неприкосновенным до конца испытаний.

— Отойдите от приборов! — в руке ди Ронна появился мелоранский парализатор, маленький и ярко-жёлтый, как детская игрушка. Так было принято на Мелоре: весёлые тона — признак нелетального оружия.

Трайтор всплеснул руками:

— Что вы, эр главный конструктор! Я только проверить хотел…

— Бросьте пушку, ди Ронн, — из-за короба волнового ретранслятора показался худощавый человек в тёмном костюме.