Рената Андреева - Возможны варианты

   Пришлось, конечно, отвечать на вопросы. Света поинтересовалась моей семьёй, а Лёша - работой. Я объяснил, что из семьи у меня только старший брат Макс, который живёт за границей, что работаю в частной фирме и иногда подрабатываю в такси. При этом меня насмешило удивление на лице Кристи - ей, очевидно, вообще в голову не приходило, что я могу где-то работать. Меня пробовали вовлечь в беседу, но я чувствовал себя неуверенно и старался больше отмалчиваться и не привлекать к себе внимания. Люди больше общались между собой. Вероятно, в комнате стало жарко для них: Настя расстегнула молнию на платье, Лёша снял рубашку и остался в спортивной майке, Наташа расстегнула пару верхних пуговок. Подражая им, я закатал рукава своей рубашки и тоже расстегнул несколько пуговиц. Наконец, все стали выходить из-за стола, и я решил, что мои мучения закончились. Стараясь не выделяться на общем фоне, отнёс на кухню часть посуды, завернул в туалет, избавил организм от того, что они считают пищей и сразу почувствовал себя лучше.

   Когда я вернулся в комнату, на столе оставались только цветы и фрукты. Играла приятная мелодия. Настя сидела в кресле около проигрывателя, постукивая по подлокотнику в такт. Я замялся в дверях.

   - Ник, иди садись, - лениво махнула рукой она, - Там и так не развернуться. Без тебя управятся.

   Я присел к столу и прислушался. На кухне обсуждали меня. Безусловно, я рассчитывал произвести лучшее впечатление. Брат с сестрой явно не были от меня в восторге. Лёша обозвал меня "смазливой мордашкой себе на уме", а Света, вторила ему:

   - Слишком уж скромненький, как девица на выданье. Он что, всегда такой? Тина, а ты не думаешь, что он для тебя мелковат?

   И опять подхватил Лёша:

   - Мне это тоже не понравилось. Парень должен уметь постоять за себя, а это задохлик какой-то.

   Кристи ответить ничего не успела. Резко вмешалась Наташа.

   - Будешь тут скромненьким, если вы уставились на него все, как солдаты на вошь. И не всем дано быть атлетами. Вот что, дорогие, хватит на парня наезжать!

   Лёша пошёл на попятный:

   - Я не наезжаю, - заявил он обиженно, - Может, этот Ник и неплохой парень, просто закомплексованный.

   Я почувствовал облегчение. Вот спасибо "сестрёнке"! Хотя я больше и не собирался встречаться с этими людьми, мне не хотелось произвести на них слишком плохое впечатление. Я не ожидал этого, но Кристинины друзья мне понравились. Здесь царила совершенно особая атмосфера, хотя я и не мог связно объяснить, в чём это выражалось. Я с горечью подумал, что у меня такого общения никогда не будет, потому что, скрывая свою сущность, я сам не способен на такую открытость и дружелюбие. Да и долго изображать человека в обществе, где все относятся друг к другу с повышенным вниманием, довольно сложно. Но, несмотря на все сложности, которые меня здесь встретили, и на острое ощущение своей инородности, я не жалел, что пришёл.

   Скоро все вернулись в комнату, нагруженные чайной посудой, и начали расставлять её на столе, Кристи вошла в комнату последней с тортом и чайными ложками в руках. С тихой тоской я понял, что пытка едой сейчас продолжится.

   - Что заскучал, Ник? Пошли танцевать! - раздался голос Наташи у меня над ухом, и она схватила меня за руку. От неожиданной жгучей боли я рванулся в сторону и невольно зашипел.

Глава 11

Кристина

   Ник меня удивил. Я почему-то была уверена, что он опять купит какой-нибудь помпезный и дорогой букет. Кто бы мог подумать, что он обратил внимание, на то, что мне нравятся флоксы. И его подарок меня очень тронул. Я ведь только спросила его, как можно защититься от вампира, он вроде бы и посмеялся, а всё-таки какую-то защиту постарался обеспечить. И с моей компанией он нормально общался. Расточал вполне приличные улыбки. Зубы, как у нормального человека, ну может, клыки чуть тоньше и острей, но в глаза это совсем не бросается. Я и не подозревала, что Ник клыки может полностью убирать. Чувствовалось, конечно, что он не в своей тарелке - весь такой тихий-тихий. А панику, с которой он на меня уставился, когда в первый раз стол увидел, вообще словами не передать! Но вроде бы самое страшное позади. Даже Света с Лёшкой, хотя по-прежнему были настроены в целом против Ника, ругали его уже совсем вяло, вроде как для проформы. Я успокоилась и перестала ждать неприятностей. Поэтому, когда Ник вдруг с каким-то кошачьим шипением отпрыгнул в сторону от Наташки, я даже не поняла сначала, что произошло. Может быть, музыка и заглушила бы странный звук, который он издал, но грохот отлетевшего стула уж точно привлёк всеобщее внимание. На руке Ника был выразительный ожог в форме контура сердечка с расходящимися в стороны от него полосками. Трудно было не узнать отпечаток Наташкиного браслета. Рядом алели более короткие и широкие чёрточки - ожоги от колец. Ник стоял, прижав к груди руку, совершенно человеческим жестом, как будто специально давая рассмотреть ожоги всем желающим. К сожалению, больше ничего человеческого сейчас в нём не было. Радужка глаз посветлела почти до белизны, нос наморщился, верхняя губа приподнялась и подрагивала, открывая выпущенные клыки. Его ноги были полусогнуты, корпус откинут назад, другая рука немного отведена в сторону. В принципе, конечно, человек может принять такую позу, но люди так не стоят. Настя, вскочившая с кресла, запнулась за шнур плеера. Он упал и замолк. В наступившей тишине я с грохотом швырнула ложки на стол и в сердцах сказала:

   - Чёрт возьми, Ник, и надо же было тебе так облажаться!

   Вампир сжал губы, выпрямился и перевёл взгляд на меня. Его лицо снова приняло человеческий вид, и он неуверенно шагнул в мою сторону. Света, оказавшаяся у него на пути, взвизгнула и шарахнулась к стене, ударившись об угол серванта. Лёшка, моментально среагировав, подскочил к вампиру и оттолкнул его от сестры. Я ощутила мгновенный тихий ужас. Ник от толчка отлетел в сторону и упал. Подняться он не пытался: сидел и растерянно глядел на нас. В первый миг я была просто поражена, затем с внезапным сильным облегчением поняла, что Ник воспринял моё "без вампирских штучек" буквально и честно выполняет обещание. Я, отпихнув Лёшку, подошла к нему, встав полубоком, чтобы видеть всех, и обвела их глазами. Сказать я ничего не успела.

   - Кто это такое? - напряжённо спросил Лёшка и вдруг заорал на меня, - Ты кого притащила?

   Я опешила. По-моему, я раньше вообще не слышала, чтобы Лёшка голос повышал.

   - Я же предупреждала, что Ник не такой, как мы, - объяснила я, стараясь говорить спокойно, - Не наезжайте на него. Он не опасен и никому не причинит вреда.