Джессика Симс - Ты обязательно полюбишь клыки

— Спасибо, что пришли, — произнес Джош. — Я ценю, что вы нашли время ответить на вопросы Мари.

— Мы навещали семью Руби, — просто сказал Вальжан. — Потом поедем в Рим. Я обещал Руби обзорную экскурсию на день рождения.

Лицо Руби озарилось улыбкой, и я пригляделась к ее зубам. Никаких признаков клыков. Ну конечно. Почему я решила, что новые вампиры отличаются от тех, которых я видела и с которыми ходила на свидание?

Клыки втягивались в десны, а во время кормления выдвигались на несколько дюймов, как у змей. В остальное время они были скрыты и выглядели просто как острые резцы.

— Рим — это здорово, — поддержала я разговор, не уверенная, что стоит сходу заваливать парочку расспросами. — Кто-то из вас бывал там раньше?

— Я был сразу после своего обращения, — сказал Вальжан, подведя разговор к интересующей меня теме. — Я…

— На что это похоже? — выпалила я, не желая сворачивать с заданной темы, поскольку отчаянно нуждалась в ответах. — Было больно?

Хотя вообще-то это не имело значения. Я не сомневалась, что обращение менее болезненно, чем смерть. Но сейчас, когда ответы оказались у меня перед носом, мне стало… любопытно.

— Не помню, — Вальжан виновато поморщился. — Я был пьян и в момент обращения потерял сознание.

— А я умирала от выстрела в спину, так что тоже не помогу в этом вопросе, — вставила Руби. — Помню только, как Майкл прижался губами к моей шее, и мир погрузился в туман.

— Майкл? — удивленно переспросила я.

К моему удивлению, Вальжан покраснел, а Руби бросила на него веселый, ласковый взгляд.

— Когда он превратился в вампира, то взял имя Вальжан. Майкл его настоящее имя. Теперь, став парой, мы стараемся пользоваться новыми именами, но постоянно о них забываем.

— Новые имена? — вежливо поинтересовалась я. — У вампиров так принято?

— Да. Так лучше, поскольку по существу связь с прежней жизнью обрывается. Большинство вампиров меняют имена каждые двадцать лет или около того, чтобы не вызывать подозрений у местных жителей, — Вальжан скривил рот. — У вампирского сообщества много правил.

— Так значит, Руби, ты умирала? Тебя обратили против воли?

— Я ее не спрашивал, — признал Вальжан. — Планировал поднять этот вопрос через несколько лет, проведенных вместе, но раньше, чем она достигнет средних лет, и у нее отвиснут…

Руби начала притворно душить Вальжана, и ее пальцы превратились в угрожающие когти. То есть, они выглядели бы угрожающими, если бы глаза девушки не блестели весельем.

— Не заставляй меня менять форму, — промурлыкала она.

Я покраснела. Фраза прозвучала не как угроза, а скорее, как прелюдия.

— Значит, у тебя не было возможности ее спросить? — повторила я, возвращая разговор в нужное русло. Джош утешительно погладил меня между лопаток, поддерживая своим присутствием.

— Не было времени, — объяснил Вальжан. — Я решил рискнуть и наделся, что Руби не слишком на меня разозлится.

— Не впадет в бешенство, — мягко и ничуть не рассерженно промурлыкала она.

Вальжан снова покраснел до корней волос, что явно доставило Руби удовольствие.

— Ты упомянул, что у вампиров много правил, — продолжила я. Эти двое были очень милы, но пока не сообщили мне ничего нового.

Они переглянулись, и Руби покачала головой.

— Мы не можем рассказывать о них не-вампиру. Иначе заработаем проблемы.

— Проблемы с кем?

Спустя мгновение Вальжан признался:

— С другими вампирами.

— Дай угадаю. Очередное вампирское правило?

— Бинго, — Руби снова усмехнулась, и я заметила, что ее клыки немного удлинились. — Это вроде правил "Бойцовского клуба"[24] и все в таком роде.

— Понятно. А как насчет семьи? — спросила я, подумав об отце. Я не могла его бросить. Ведь я была его единственным родным человеком во всем мире.

— Если члены твоей семьи состоят в Альянсе, то все путем, — сказала Руби. — С ними не нужно хранить тайну. Но все прочие должны оставаться в неведении.

Я тяжело сглотнула. Значит, мой отец потеряет дочь в любом случае.

— Ясно.

Словно почувствовав мою скорбь, Джош притянул меня к себе.

— Что еще Мари следует узнать перед свиданием с вампиром?

— Или обращением, — быстро добавила я, игнорируя хмурый взгляд Джоша.

— После обращения многое меняется, — начала Руби, сделав паузу, когда официант принес ей с Вальжаном по стакану воды. После его ухода она деликатно отодвинула стакан в сторону. — Не знаю, как у Вальжана, но мои аппетиты сильно трансформировались. Оборотням свойственно пристрастие к тяжелой мясной пище, однако сейчас мой желудок ее не переваривает. Вампирам не нужны еда и напитки, только кровь. И пить ее приходится часто.

— Насколько часто?

— Два-три раза в день, как человеческой пищей, — непринужденно сообщил Вальжан, поднял стакан с водой и сделал глоток, будто решив что-то доказать. — В конце концов, желудок перестраивается, и появляется возможность пить большинство напитков. Руби новичок, поэтому ее желудок пока отвергает все, кроме крови.

Вальжан предложил своей подруге воду, но Руби сморщила нос и приложила пальцы ко рту, будто ее затошнило.

— Что насчет солнечного света?

— Убивает, — отрезала Руби. — Вампиры спят большую часть дня, но если застрянут на солнце, им крышка.

Сведения звучали все более угнетающе. Я ощутила вспышку тревоги, но поспешно заглушила ее. Это был мой лучший вариант, и я не собиралась отступать.

— А есть ли у вампиров какие-то преимущества? Вы упомянули о минусах, но ведь плюсы тоже существуют?

Джош кинул на меня очередной подозрительный взгляд.

Вальжан с Руби переглянулись. Он обхватил ее руку, поднял ко рту и нежно поцеловал тыльную сторону ладони.

— Вампир получает возможность провести вечность с той, которую любит. Это стоит любых неприятностей, не правда ли?

Вот только я стремилась стать вампиром не из-за любви, а ради выживания. И не могла представить, чтобы какой-то из моих знакомых вампиров столь ласково целовал мне руку, как Вальжан Руби, или нежно прижимал меня к себе, как сейчас делал Джош.

Хочу ли я провести вечность с холодным мужчиной, которого не люблю? Я посмотрела на Джоша. Его обычно смеющиеся глаза были мрачными, рот сжимался в тонкую линию. Или я хочу провести немногое оставшееся у меня время с мужчиной, который мне очень нравится, но который не может стать моим?

Несколько недель назад мой ответ был бы однозначным: я хотела вечность.

Но теперь я сомневалась и могла думать только о незнакомце, целующем мою руку, как Вальжан целовал Руби… и о том, какую боль это причинит Джошу.