Алекс Финн - Чудовище

— Мои розы! — я бросился на него, и в это же время он бросился к дыре в стене. Но мои ноги зверя были для него слишком быстрыми, слишком сильными. Я вцепился когтями в его бедро. Он завизжал.

— Отпусти меня! — кричал он. — У меня пистолет! Я выстрелю!

— Давай! — Я не знал, был ли я неуязвим для выстрелов. Но меня это не волновало — мой гнев, пульсируя, жидким огнём бился в моих венах, делая меня сильным. Я уже потерял все, что можно было потерять. Если бы я лишился ещё и моих роз, я бы, пожалуй, умер. Я сбросил его на пол, а потом кинулся на него, с силой прижав его руки к земле и вглядываясь в предмет в его руках.

— И вот этим ты собирался меня застрелить? — рыкнул я, взмахнув отобранным у него ломом. Я наставил лом на него. — Ба-бах!

— Пожалуйста, отпусти меня! — вопил он. — Пожалуйста, не ешь меня. Я сделаю всё, что угодно!

И только тогда я вспомнил, как я выглядел. Он думал, что я монстр. Он думал, что мука из его перемолотых костей пойдёт мне на хлеб. А может, я и монстр, может, и пойдёт. Я расхохотался и, кинувшись, схватил отбивающегося от меня человека. Придерживая его руки свободной лапой, я поволок его вверх по лестнице — один пролет, потом второй, направляясь на пятый этаж, к окну. Я выставил его голову наружу. В лунном свете, я мог разглядеть его лицо. Оно показалось мне знакомым. Возможно, я просто видел его на улице.

— Что ты собираешься делать? — ахнул мужчина.

Без понятия. Но я сказал: — Я собираюсь сбросить тебя, подонок.

— Пожалуйста! Пожалуйста, не надо! Я не хочу умирать!

— Как будто мне есть дело до того, что ты хочешь. — На самом деле я не собирался сбрасывать его. Из-за этого сюда приехала бы полиция со всеми их вопросами, а я не мог этого допустить. Я не мог даже позвонить в полицию, чтобы его арестовали. Но я хотел, чтобы он боялся, боялся за свою жизнь. Он повредил мои розы, единственное, что у меня осталось. Я хотел, чтобы он штаны намочил от страха.

— Я знаю, что тебе плевать! — Мужик дрожал, но не только от ужаса, я понял, что у него началась ломка. Наркоман. Я сунул руку в его карман, уже зная, что найду там наркотики. Я вытащил их вместе с его водительскими правами.

— Пожалуйста! — он по-прежнему умолял. — Позволь мне жить! Я отдам тебе все, что угодно!

— Что у тебя есть такого, что бы я захотел?

Он корчился и думал. — Наркота. Ты можешь оставить себе это всё! Я могу достать тебе ещё — всё, что хочешь! У меня много клиентов.

Ах. Мелкий предприниматель. — Я не употребляю наркотики, скотина. — Это была правда. Я слишком боялся того, что под кайфом могу сотворить нечто безумное, например, выйти на улицу. Я чуть дальше выставил его в окно. Он заорал: — Тогда деньги.

Я крепко держал его за шею. — И что мне делать с деньгами?

Он задыхался и кричал. — Пожалуйста… должно же быть что-то.

Хватка стала жёстче. — У тебя нет ничего, что мне нужно.

Он попытался лягнуть меня, чтобы вырваться. — А подружка не нужна? — из-за крика он задыхался сильнее.

— Что? — Я почти разжал хватку, но сильнее вонзил когти. Он завопил.

— Подружка? Девчонка нужна?

— Не пытайся меня наколоть. Предупреждаю …

Но он видел, что я заинтересовался. Он попытался вползти внутрь, и я не стал ему мешать. — У меня есть дочь.

— И что насчёт неё? — Я ещё немного ослабил свою хватку, и он опять оказался в комнате.

— Моя дочь. Ты можешь забрать ее. Только отпусти меня.

— Я могу что? — я уставился на него.

— Забрать ее. Я приведу её тебе.

Он врал. Врал, чтобы я отпустил его. Какой отец отдаст дочь? Отдаст чудовищу? Но всё же… — Я тебе не верю.

— Это правда. Дочь. Она красивая …

— Расскажи мне о ней. Скажи мне что-нибудь, чтобы я понял, что ты говоришь правду. Сколько ей лет? Как ее зовут?

Он засмеялся, так как знал, что зацепил меня. — Ей шестнадцать, кажется. Зовут Линди. Она любит… книги, чтение, глупости. Пожалуйста, просто забирай её и делай с ней, что захочешь. Возьми мою дочь, но отпусти меня.

Это становилось явью. Девушка! Шестнадцатилетняя! Он действительно приведёт ее сюда? Могла ли она оказаться той самой девушкой, которая мне нужна? Я вспомнил голос Кендры. «Иногда могут происходить неожиданные вещи».

— Наверняка ей будет лучше без тебя, — сказал я. Тогда я понял, что поверил. Кому угодно будет лучше без такого отца. Я помогу ей. По крайней мере, так я себе говорил.

— Ты прав. — Он плакал и смеялся. — Ей будет лучше. Так что забирай её.

Я решился. — Через неделю ты приведёшь сюда свою дочь. Она останется со мной.

Теперь он смеялся. — Конечно. Обязательно. Сейчас я пойду, а потом приведу ее.

Я знал, что он затеял. — Но не думай, что если этого не сделаешь — это сойдёт тебе с рук. — Я снова перевесил его через подоконник, дальше, чем прежде. Он закричал, думая, что я собираюсь столкнуть его, но я показал ему вниз на камеры около оранжереи. — У меня камеры по всему дому, запись докажет все, что ты сделал. У меня твои водительские права и твоя наркота. И у меня есть кое-что ещё. — У него были длинные и жирные волосы. Ухватившись за них, я подтащил его к старинному гардеробу, где хранил зеркало. — Я хочу увидеть его дочь. Линди.

Зеркальное отражение изменилось — вместо моей гротескной физиономии появилась кровать, на которой спала девушка. Изображение приблизилось. Я увидел длинную рыжую косу. Потом ее лицо. Линда. Линда Оуэнс из школы, та самая с розой, именно её я увидел в зеркале. Линда. Неужели она — та самая девушка?

Я сунул зеркало в лицо подонку. — Это она?

— Как ты…?

Теперь, обращаясь к зеркалу, я сказал: — Я хочу увидеть адрес, по которому она находится.

В зеркале появилась дверь квартиры, а потом табличка с номером дома и названием улицы.

— Ты не сможешь сбежать. Я показал ему зеркало. — Куда бы ты ни отправился, я буду точно знать, где ты. — Я посмотрел на его водительские права. — Дэниэл Оуэнс, если ты не вернешься, я найду тебя, и последствия будут ужасны.

Последствия будут ужасны? Тьфу, ну кто так говорит?

— Я мог бы пойти в полицию, — сказал он.

— Но не пойдёшь.

Я потащил его обратно вниз, к оранжерее. — Мы поняли друг друга?

Он кивнул головой. — Я приведу её. — Он протянул руку, и я понял, что он пытался получить назад свой пакетик с наркотой и водительское удостоверение. — Завтра.

— Через неделю, — сказал я. — Мне нужно время, чтобы подготовиться. И я пока придержу это у себя, чтобы убедиться, что ты вернешься.

Потом я отпустил его, и он метнулся в ночь, как вор, которым и был.

Проследив его уход, я спустился вниз. Я почти подпрыгивал. Линда.