Барбара Эрскин - Призрак страсти

Медленно она перевела взгляд на окровавленную груду, ища глазами сына принца, того юноши, чье восторженное настроение перекликалось с ее собственным. Она увидела его почти сразу под телом другого мужчины. Он лежал, откинув голову, его рот так и остался открытым от того ужаса, который ему пришлось увидеть, на подбородке засохла струйка крови. В пальцах мальчика осталась зажатой льняная салфетка, которую ему подал паж в тот момент, когда Уильям начал свою речь. В нескольких шагах от его головы лежала рассеченная надвое с разрубленными струнами арфа.

Не ощущая холода булыжной мостовой, Матильда пересекла двор, миновала сторожку и перешла мост. Она вообще больше ничего не чувствовала. Никто не пытался ее остановить. Стражники у ворот расступились, пропуская ее, и снова сомкнулись за ее спиной.

Она медленно спускалась к поблескивавшей сквозь лес реке. Прическа ее окончательно растрепалась, и волосы окружали голову пышным облаком. Ветер обрушивал на нее ливень колючей крупы, унесенной с одиноких холмов. Но она ничего не замечала и не чувствовала, что ледяная крошка сечет лицо. Каким-то чудом ей удалось в темноте выбраться на дорогу. Она ни разу не оступилась, не наткнулась ни на дерево, ни на камень, и не попала в заросли. В просвете между мчащимися но небу тучами то исчезала, то появлялась бледная холодная лунa, отражаясь в реке. Матильда постояла на берегу, наблюдая за играющими на воде лунными бликами, потом отправилась дальше. Скоро замок исчез из виду, и она осталась одна среди шепчущихся о чем-то деревьев. У подножия деревьев в переплетении корней снег подтаял, превратив дорогу в грязное месиво, липнувшее к ее босым ногам и намокшему шлейфу платья.

Не сразу она осознала, что с ней кто-то говорит. Голос настойчиво и спокойно звал ее обратно, убеждал вернуться. Постепенно у нее выравнялся пульс, кровь перестала стучать в висках.

– Мне удалось к ней пробиться, – тихо сказал Карл Беннет, стоявшей рядом с ним безумно взволнованной женщине. Он подвинулся к краю стула и впился взглядом в Джо, которая лежала на диване у окна и то и дело беспокойно шевелилась. Тем временем дождь пошел снова. Быстрые струйки сбегали по стеклам и растекались крохотными темными озерками в пересохшей земле цветника.

– Джо? Матильда? Вы слышите меня?

Голос его снова звучал спокойно, с профессиональной убедительностью, и только капли пота, обильно покрывавшие лоб, свидетельствовали о напряжении минувшего часа.

Джо зашевелилась и повернула к нему лицо.

– Кто здесь? – спросила она. – Эта снежная крупа закрывает лунный свет. Я вижу все очень смутно. – Она открыла глаза и устремила невидящий взгляд на Беннета. – Ах, да ты, наверное, тот валлийский мальчик, что приносил мне еду. Но я не знала о том, что замышлялось. Поверь мне, я ничего, ничего об этом не знала… – С залитым слезами лицом она попыталась сесть, цепляясь за пиджак Беннета.

Отстраняясь, он мягко взял ее за плечи и вернул на подушки.

– Послушайте, моя милая, сейчас я собираюсь вас разбудить. Я буду считать до трех. На счет «три» вы проснетесь Джоанной Клиффорд. Все произошедшее сохранится у вас в памяти, но вы проснетесь успокоенной, напряжение пройдет, вам будет хорошо. Вы понимаете меня? – На какое-то мгновение ему показалось, что его слова не дошли до ее сознания. Но в следующий момент она разжала руки и перестала сопротивляться. Он напряженно ждал. Она растерянно молчала, затем еле заметно кивнула.

– Молодец, – тихо похвалил он. – Начинаю считать: один, два, три.

Он подождал еще мгновение для полной уверенности, потом откинулся на спинку стула и снял очки.

Джо лежала неподвижно, переводя взгляд с Беннета на его секретаршу. Некоторое время все молчали. Джо подняла руку и провела ею по волосам. Беннет тут же встал.

– Полагаю, нам не помешает выпить кофе, – дрогнувшим голосом произнес он. – Будьте любезны, Сара.

Он подошел к столу и выключил магнитофон. Клавиша резко щелкнула. Беннет перевел дыхание.

– Как вы себя чувствуете, Джо? – непринужденным тоном поинтересовался он, протирая очки. Удовлетворившись, наконец, результатом, он снова водрузил их на нос. И только после этого повернулся к ней.

– Не могу точно сказать. – Джо села в подушках. – Боже, как же я замерзла. Ног просто не чувствую. – Она наклонилась, растирая ноги. – И пальцы болят. Господи, не могу поверить! Скажите, что ничего этого не было! – Она закрыла лицо руками.

Беннет покосился на открытую дверь, через которую было слышно, как Сара на кухне гремит посудой.

– Вы все помните? – осторожно спросил Беннет. Вынув катушку из магнитофона, он аккуратно держал ее двумя пальцами.

– Да! Конечно! Как может такое забыться! – В ее взгляде отразилась такая же душевная боль, которую он видел на ее лице, когда она находилась под гипнозом в другом образе. – Сколько крови, – шептала она. – Какое мучение было видеть, как умирали те люди. А запах крови? Вам известно, что у крови есть свой особый запах? А еще страх, дурманящий, выворачивающий наизнанку страх! – Она встала и нетвердым шагом подошла к окну. – А тот мальчик, доктор, ему было не больше пятнадцати. Он видел, как убили его отца, а потом… – Голос ее прервался.

Тихо вернулась Сара и поставила поднос на стол. Беннет поднес палец к губам, а сам тем временем внимательно наблюдал за Джо. Откуда-то с улицы донеслись частые, настойчивые гудки, но никто из троих их не заметил.

Джо обернулась, бледная, как полотно, с напряженным выражением на лице.

– Вы записывали все, что я говорила?

Он кивнул. Ее собственный портативный магнитофон продолжал стоять у дивана, а микрофон остался лежать на коврике, там, куда упал.

– Давайте выпьем кофе, – будничным тоном предложил Беннет. – А потом послушаем запись.

– Мне по-прежнему в это не верится. – Джо села и взяла чашку, которая едва слышно звякнула о блюдце в ее дрогнувшей руке. Она крепче стиснула ручку. – Вы каким-то образом настроили меня. Безусловно ненамеренно, но тем не менее. Не может быть, чтобы все это происходило в реальной жизни. Но я никак не могла бы вообразить себе эту низость – смерть того юноши. – Слезы снова были готовы пролиться, и она, часто мигая, с трудом взяла себя в руки. Последовало продолжительное молчание.

Она медленно, маленькими глотками пила кофе, затем подняла глаза и через силу улыбнулась.

– Скажите теперь свое мнение, как я поддаюсь гипнозу?

Беннет отставил чашку. Сидевшая у пристенного столика Сара обернулась и внимательно посмотрела на него. Она еще не вполне пришла в себя, и у нее мелко дрожали руки. Сара сразу заметила его волнение, которое он и не особенно старался скрыть.