Улыбающаяся - Тростниковая птичка

  Парни просияли, и мы заключили 'Пакт о ненападении', как назвала его Амели, о том, что не будем поддерживать матримониальные планы наших родителей. Ну, в своих мы были уверенны, правда благородно решили об этом умолчать.

  Домой мы вернулись затемно, грязные, но довольные, и почти не удивились, когда дядьБоря, мой папа и дядя Матье, отец Амели вышли встречать нас на крыльцо. Причем и дядьБоря и отец, увидев нас, выбирающихся из флайбуса, синхронно повернулись к дяде Матье с видом: 'Что мы тебе говорили'. Тот бросил на кузину странный взгляд, выдохнул, и стремительно удалился в дом. Наши отцы последовали за ним.

  - Что это было? - удивилась кузина.

  - А, так, не обращай внимания! - отмахнулся Петька.

  - С отцами такое бывает, - согласился с ним Пашка.

  - Соня, Соня, тебе плохо?! - выдернул меня из воспоминаний голос Мии.

  - Нет, все в порядке... я задумалась, да и слабость, - вынужденно призналась я.

  - Тебе бы поспать, - встревожено откликнулась ... подруга?

  Я покрутила это слово на языке, и призналась - да, Мия за эти два дня стала мне ближе, чем просто знакомая. Это было так странно: на Земле у меня была Амели, в летной школе - Майкл и его друзья, потом Эрик почти на целый учебный год сильно сократил круг моего общения. И вот теперь, на незнакомой планете, среди чужих людей, у меня появилась подруга, которая не имеет никакого отношения к моей семье. И это так непривычно...

  - Да я, кажется, выспалась, - призналась я, - Как твоя книжка?

  - Кончилась, - вздохнула Мия, - ужасно жаль...

  Мы помолчали...

  - О чем ты думала? - нерешительно спросила Мия, - у тебя был такой потерянный вид...

  - Так, вспоминала разное, - улыбнулась я, - Знаешь, это так странно... Я так старалась не быть 'просто невестой', чего-то добиться, стать кем-то в этой жизни... И стоило ли бороться, если сейчас все вернулось к тому, с чего началось - я снова невеста, и мне придется выбрать себе будущего мужа? Может быть, надо было просто показать маме с папой пальчиком и сказать: 'Хочу этого', когда у меня действительно был выбор?

  Мия возразила мгновенно:

  - Ты напрасно драматизируешь - у тебя ведь никто не забрал право выбора. Воины такие же мужчины: мы выбираем , они принимают наш выбор. Никто не посмеет давить на тебя или принуждать силой, это бесчестье - получить бусины такой ценой.

  Я вздохнула - сложно объяснить что-то человеку, с которым ты не можешь быть откровенен.

  - Рано или поздно найдется такой, которому будет проще уступить, чем объяснить отказ.

  Мия только хихикнула:

  - Но ведь ты не собиралась жить одна всю жизнь? Тогда почему бы не сделать свой выбор сейчас? У тебя рядом будет тот, кто сможет позаботиться о тебе, на кого ты сможешь опереться в трудную минуту, ты будешь жить в достатке и почете...

  Я пожала плечами:

  - Мне это напоминает клетку. Золотую, красивую, но клетку, в которую меня запрут, чтобы я не могла летать: да, будут кормить, поить, повесят хрустальный колокольчик и пластиковую купальню, но больше никогда, никогда не откроют дверцу. А я бы хотела, чтобы мы могли летать... рядом... вместе...

  Вздохнув, я прикрыла глаза:

  - Я, наверное, все же посплю... Отвратительно себя чувствую.

  Засыпая, я почувствовала неясную тревогу, словно упустила что-то важное. Вспомнила весь разговор, и чуть не застонала от отчаяния - Мия сама заговорила о бусинах, а я опять упустила возможность узнать, зачем они нужны. Но сил открыть глаза уже не было. "Завтра, завтра, не сегодня, так лентяи говорят", - успокоила я себя.

10

   Когда колонна добралась до места ночевки, то нас долго не выпускали из автобуса, потом подогнали его почти вплотную к крыльцу, и мы по одной проскочили по коридорчику из воинов на крыльцо. Мне удалось увидеть лишь, что здание старое и это не отель. В просторном холле, лишенном окон и залитом таким же неестественным светом, запомнившемся мне по Нашеру, столпились остальные девушки. Мист, который был за главного, пробежался глазами, пересчитывая, и удовлетворенно кивнул:

  - Добрый вечер, дамы. Я Мист, сын Юджина, и сегодня вечером я отвечаю за ваше размещение и комфорт. Сейчас я провожу вас в санитарный блок, где вы сможете освежиться после дороги и воспользоваться ДезУшками. Прошу Вас следовать за мной - здание старое, не стоит устраивать по нему экскурсии в одиночестве.

  Мы покорно побрели вслед за Мистом, а еще один воин, из молоденьких, очень гордый порученной миссией, пристроился в хвост нашей группе. Лестница вверх, прямо, потом поворот направо... наконец-то появились окна. Я насторожилась, узнавая маршрут: "Если мы сейчас повернем налево...", - поворот налево, все, "конечная", санитарный блок. Девушки прибавили шагу, стремясь как можно быстрее насладиться горячей водой, я же, наоборот, приотстала от всех, а потом и вовсе остановилась возле Миста, прислонившегося к стене рядом с дверью.

  - И сколько лет построечке? - спросила я, стараясь, чтобы это выглядело как праздное любопытство.

  - Да со времен колонизации, почитай, стоит, - отозвался Мист, только вот доброжелательность в его голосе была сестрой моему любопытству.

  Не знаю, чем закончился бы этот обмен любезностями, но тут Мист насторожился, как будто что-то услышал, подпихнул меня в блок, закрывая за мной дверь, велел сидеть смирно и не высовываться и тут же отдал приказ молоденькому Кларку встать на посту у двери.

  - Кажется, у нас неприятности, - шепотом сообщила я Мие, усаживаясь на лавку и не делая попыток раздеться.

  Та на секундочку замерла, потом медленно застегнула камиз обратно и уселась со мной рядом.

  - Подождем, - резюмировала она, - все равно в душ первыми нам попасть не суждено.

   Действительно, парочка обнаженных прелестниц уже продефилировала в сторону душевой, еще три, среди которых была Малышка, ожидаемо ссорились из-за очереди к ДезУшке, постепенно переходя на все более повышенные тона. Я вяло прикидывала - стоит ли мне, с моей болезненной слабостью, выступать в роли миротворца, когда ссора закончилась небольшой потасовкой, в результате которой Малышку достаточно агрессивно оттеснили от ДезУшки , кинув ей вслед её же грязной одеждой. Мы с Мией переглянулись, но вмешиваться не стали. Очередь в душ двигалась медленно, мы отчаянно скучали, и наконец мне пришла в голову, как мне казалось тогда, блестящая мысль: я двинулась к стене, у которой аккуратной горкой был сложен наш багаж: остальные девушки в стремлении привести себя в порядок, даже не обратили на него внимания. Пакет из Нашера нашелся сверху, я на ощупь отыскала Эриковский бук, послуживший причиной моих нынешних неприятностей, и даже успела убедиться, что батарея заряжена больше, чем на половину, когда рядом со мной очутилась встревоженная Мия: