Елена Колоскова - Целитель и сид

«Помоги мне!»

«Ты уже видела все, что нужно!»

«Мне нужно другое. Причина, путь и цель. Ты показала только результат».

«О, это просто. Ты — и причина, и путь. Видишь цель? Просто сделай это!».

Я все еще держала нити в руках и начала наматывать их на клубок. Вот — переломный момент, другой, третий. Связываю нужные участки, ненужные — безжалостно обрываю. Соединяю в нужной последовательности.

Наконец, меня устраивает результат, и я падаю в изнеможении. Фрида подхватывает меня почти у самого пола.

Я очнулась с тем редким чувством, которое, должно быть, называют похмельем. Фрида влажной губкой смачивала мне лоб и виски. Я отстранила ее руку.

— Что это было, а? — проскрипела я.

— Танец удался. Магда лучше всех! Тебя еще несколько дней могут преследовать видения, так что не удивляйся.

— Хм… предупреждать надо!

Я повернулась набок и посмотрела на лежащую на соседней кровати хитану.

— У меня послезавтра экзамен, между прочим.

— Ты помнишь свой танец? — спросила Магда.

— Да. Нет… Не знаю. Это как сон, который забывается поутру. Только знаю, что все вышло, как надо.

— Тем лучше. Кто знает будущее, попадает в ловушку выбора.

— Опять ты за свое. Я сделала, как ты просила. Возвращайся к Празднику Урожая и больше не шантажируй меня. Это первый и последний раз, когда мы вызывали Ткачиху.

Глава 12

На следующий день я попрощалась с труппой и съехала из гостиницы, а затем попыталась заселиться в альберге для учащихся академии. Попыталась — верно сказано.

Временное разрешение соискателя роли не играло. Оказалось, что там нельзя держать домашних животных, за исключением фамилиаров. Такой же запрет касался и зомби. (Исключение делалось только для крыла некромантов, которое было хорошо изолировано).

Мой кот в любом случае не тянул на фамилиара. Он забирал у меня Силу, а не умножал ее.

Я чувствовала себя глупо, стоя в холле общежития с цветочным горшком в одной руке и сумкой в другой. У моих ног намывал усатую морду виновник проблем. Ну вот, теперь придется или упокоить животное, или подыскивать жилье в городе.

— Может быть, вы знаете, где можно недорого снять комнату? Желательно, поблизости отсюда, — поинтересовалась я у коменданта.

— Попробуйте спросить у господина Асельфра с Цветочной улицы, — ответил он, быстро накарябав на клочке бумаги адрес.

После разъяснений я пошла в нужном направлении и вскоре уже беседовала с хозяином двухэтажного домика. Он сдавал комнаты студентам и разным творческим личностям.

Заселяясь, я познакомилась с соседями. Одним из них был довольно странный менестрель Колин Безголосый. На первый взгляд он напоминал наемника в отставке, а не странствующего певца. Он виртуозно играл на гитаре и пел хриплым, словно надорванным голосом, но его великолепные тексты и рычащий тембр брали за душу. В таверне по соседству каждый вечер собиралось немало народа, чтобы послушать его песни.

Вторым соседом, снимающим мансарду, оказался довольно известный в богемных кругах художник Ойн из Энны. Он редко писал с натуры, чаще просто выходил на площадь и делал эскизы, а заканчивал картины уже в мастерской.

Он явно обрадовался новому знакомству. Мне понравился этот мужчина. Крупный светлокожий северянин с пепельными кудрями, он выглядел мягким, округлым и восприимчиво-тонкокожим. Чуть полноватые пальцы виртуозно выводили линии и передавали переходы цвета, форму и перспективу. Его Искра светилась ярче, чем у обычных людей. Латентный дар?

За несколько дней, прошедших с переезда, я успела сдать почти все экзамены. Травоведение, основы приготовления лекарственных составов, первая помощь, счет и литература.

Особенно интересным оказался экзамен по политическому устройству Империи. Я, не мудрствуя лукаво, почти дословно воспроизвела эссе Гаттавы, дополнив его отсылками к первоисточнику и своими выводами, которые не совпадали с точкой зрения маститого ученого.

Например, мне было непонятно, как можно было полагаться на одну сильную личность и его приближенных в поддержании стабильности системы.

Абсолютная власть всегда балансирует на грани с тиранией. Если подавлять любых несогласных, то неизбежно пострадают и невинные люди. А это послужит поводом для еще большего сопротивления властям. Пример тому — Халифат с его постоянными переворотами, где на смену одному жестокому правителю приходил другой.

Не проще ли терпеть год за годом знакомую оппозицию, чтобы выявлять через нее неблагонадежных людей? С одной стороны, для общества это проявление милости властителя, с другой — знакомый враг лучше нового.

Однако не стоит забывать время от времени почти полностью уничтожать сепаратистов, чтобы не выглядеть слабым перед союзниками и предотвратить гражданскую войну. А что, неплохая практика для поддержания в тонусе войск и тайной службы.

А! Не забыть про то, как Этцель гонял свои войска на более сильную, но разрозненную империю ромов, и они вынуждены были договариваться с варваром. Этот пример давал понять, что империя без внутреннего единства и разумного сочетания заботы о подданных и твердой руки обречена на провал.

Подписав и сдав работу, я неспешно медитировала, залечивая новые кошачьи царапины на руках. Мой питомец не отличался послушанием.

Наконец распорядитель объявил об окончании экзамена.

— Наиболее интересные работы будут направлены в столицу, где с ними ознакомится сам Вечный Император, — сказал распорядитель.

Три раза «Ха!» Сомневаюсь, что Император даже увидит эти работы. Зато у канцелярии и у тайной службы, наверное, смех стоит до потолка при чтении наших опусов.

Спустя неделю объявили результаты испытаний. Я прошла и приступила к занятиям. Расписку гномьего банка на оплату обучения я передала в канцелярию академии.

А в первый день осени я получила свою синюю накидку с меткой студента-целителя. И тут же заказала у портного в торговых рядах еще пару таких же на смену (в том числе и утепленную). Неизвестно, где и как мне придется практиковаться, а ходить грязной не хотелось бы. Ну, вот и первые расходы… сколько их еще будет?

А еще теплая зимняя одежда (я с удовольствием осматривала себя в зеркале примерочной). Дешевая бумага из хлопка и конопли для заметок на уроках, дорогая из Хины — для письменных работ, карандаши и новые кисти. Я так любила все это. Если бы я не была магом Жизни, я бы стала писарем или библиотекарем.

Уроки были довольно интересными. Мне понравилось, что я могла обсудить с учителями все то, что ранее читала в книгах и методом проб и ошибок пыталась применить (иногда — с совершенно неожиданным результатом). Скоро подойдет время практических работ. Я ждала этого с нетерпением, словно ребенок — подарков на Середину Зимы.