Ева Никольская - Золушка для Cнежного лорда

— Кэтти, нет… Катти… или все же Китти? — бормотал мужчина, пробираясь в башню, где жила женская половина слуг.

«Назови „Котенком“ — не ошибешься!» — ехидно курлыкнул нагнавший его Ариго.

«О! Ты кстати. Выяснил что‑нибудь про Гертруду?» — мысленно спросил его лорд.

«Да тут почти все спят. А кто не спит, сильно заняты».

— Чем? — сорвалось у Дигрэ.

«А чем взрослые неженатые люди занимаются по ночам? Мне ли тебе рассказывать, о, великий и могучий топтун местного курятника», — отрывистое карканье, похожее на воронье, сильно походило на издевательский смех.

«Сам ты петух белохвостый, — огрызнулся лорд. — Будешь задираться, станешь петухом бесхвостым», — беззлобно пообещал он другу, на что дух благоразумно промолчал.

Комната горничной, имя которой начиналось на букву «К», оказалась незапертой. И, осторожно толкнув дверь, мужчина прокрался внутрь, чтобы тихо позвать:

— Котенок, это я, твой снежный лорд. Ты спишь уже?

В ответ раздалось томное:

— М — м-м… Гидеон?

Дигрэ понимающе хмыкнул, решив, что у его старого приятеля на самом деле рыльце‑то в пушку, раз девица так реагирует на ночного гостя.

— Ах, я совсем раздета, — пролепетала хозяйка комнаты странно мелодичным голосом. Затем последовал короткий щелчок, зажигающий ночник. И в голубоватом свете настенного бра Кайл увидел самую восхитительную незнакомку на свете, которая сидела на кровати, прижав к груди одеяло, и широко раскрытыми глазами смотрела на визитера. А в следующий миг красавица заорала. Да так, что у мужчины заложило уши, а успевший присесть на его плечо Ариго рухнул за спину, словно снесенный звуковой волной.

Не прошло и десяти секунд перед тем, как в комнату влетели соседки перепуганной девушки. И первой среди них была та сама горничная, раньше проживавшая в этой комнате и носившая имя Кони, которое наконец вспомнил лорд.

Глава 4. Снежный лорд

Я привычно очнулась на рассвете, сладко потянулась под невероятно легким, но теплым одеялом и, едва приоткрыв глаза, тут же резко их распахнула, с удивлением уставившись на серебристый узор, просторным коконом окружавший меня вместе с кроватью.

— Ч‑что это? — сорвалось с моих дрогнувших губ.

— О! Очнулась, — с легкой усмешкой сказала какая‑то женщина, а в следующий момент все это сверкающее великолепие, в окружении которого я ощущала себя, как в хрустальном гробу, растаяло от прикосновения чужой руки. — Как себя чувствуешь, фея? — спросила снежная леди, разглядывая меня с не меньшим любопытством, чем я ее.

— Хорошо… вроде бы, — пробормотала, прислушиваясь к собственному телу. Оно было отдохнувшее и полное сил, ничего нигде не болело, энергия бурлила в крови, и воспоминания о том, как я вчера устала и замерзла, теперь казались всего лишь плохим сном. А, может, так оно и было?

— Ты несколько часов проспала под восстанавливающим куполом, — пояснила блондинка. Среди волос ее были и темные пряди, но все же выглядела она именно блондинкой. — Гидеон опасался, что простудилась.

— Гидеон? — сев на постели, я подтянула к груди тонкое одеяло, и с сомнением покосилась на женщину. — А это кто? Целитель? — спросила, пытаясь вспомнить, как вообще сюда попала. Последнее, что всплывало в памяти — это заснеженная лестница, к которой я шла и… чья‑то темная фигура метнувшаяся ко мне. Гидеон?

— Нет, что ты, он не целитель, — рассмеялась собеседница. — Он страж. Так же, как и я. Кстати, меня Ирмой зовут. Мы с ним в одной пятерке работаем, — начала рассказывать она, а я слушала, не перебивая, мысленно снова и снова возвращаясь к силуэту на скале. — Меня после последнего дежурства на сутки в лазарет упекли отдыхать и восстанавливаться. А ночью явился Рид с тобой на руках и, разбудив Азара, начал убеждать его, что ты едва ли не присмерти, и тебе срочно требуется купол. Короче, весело было, — подвела итог она.

— Извини… те, — в свою очередь ответила я.

— Стражи хоть и леди тоже, но не из этих… — блондинка скривилась, сделав непонятный жест рукой. — Так что обращайся на «ты».

— Извини, Ирма, — повторила я, чувствуя к этой женщине все большее расположение, — за то, что тебя из‑за меня побеспокоили.

— Глупости. Я как раз проснулась и страдала тут от скуки. А так и с Ридом парой слов перекинулась, и Азара убедила, что бы отпустил меня сразу, как ты очнешься. Так что все отлично, фея, учитывая, в какую рань ты встала, — широко улыбнулась она.

— А кто такие Рид и Азар, — на всякий случай уточнила я, подозревая, что один из них точно целитель, а второй, скорей всего, загадочный Гидеон, но для пущей уверенности спросить не мешало. — И почему ты упорно зовешь меня феей?

— Потому что ты до сих пор не представилась, а Рид, который мой друг и сослуживец, не знал твоего имени. Азар, в замке которого мы находимся, тоже. Весь первый этаж здесь, — она обвела рукой комнату, похожую на палату в лечебнице, но более богато обставленную, что ли, — своеобразный лекарский корпус. Мы с тобой в лазарете. Свободных комнат, конечно, полно, но Гидеон хотел, чтобы кто‑то за тобой присматривал, а мне все равно не спалось.

— Спасибо, — поблагодарила ее я. — И да, меня Гертрудой зовут. Для друзей Герта. Спасибо тебе, Ирма за все.

— Ерунда, — отмахнулась она. — Ну, ты проснулась. Так что я могу с чистой совестью отправляться восвояси.

— А я? — и тут до меня дошло, что дом Азара никак не может быть замком Кайлина, и значит, я нахожусь непонятно где, и как буду добираться до своей башни — неизвестно. — А как же я? — вырвалось жалобное прежде, чем я успела прикрыть ладонью рот.

— Так тебе бы полежать еще, отдохнуть, — озадаченно почесав затылок, проговорила стражница.

— Нет, что ты! — возразила я. — У меня полно работы. Если хозяин… хозяйка… одним словном, если хозяева узнают, что я плохо выполняю свои обязанности… мне не поздоровится, — выпалила я, в последний момент изменив готовое сорваться с языка «моей сестре не поздоровиться».

— Ладно, — немного подумав, приняла решение леди. — Сейчас разбужу Азара, он тебя осмотрит, а потом пойдем вместе. Скажешь, у кого работаешь — провожу.

— У Кайлина Дигрэ, — со вздохом ответила я.

— А чего так грустно? Он у нас парень хоть куда. И девок симпатичных любит.

— Угу, любит. И так любит, и эдак, а вот когда девка против он очень уж сильно… не любит, — пробурчала я мрачно, а Ирма, наоборот, расхохоталась.

— Ладно, — отсмеявшись, она вытерла выступившие на глазах слезы и с хитрой улыбочкой посмотрела на меня: — про твои взаимоотношения с Кайлом понятно. А что у вас с Гидеоном?