Лиза Смит - Одержимость

Кейтлин огляделась по сторонам. Ливень превратился в моросящий дождик, но все вокруг по-прежнему казалось тревожным. Деревья покрывал толстый слой мха цвета мяты, и это настораживало — ветки были не коричнево-серыми, а неестественно зелеными.

— Чем ты занят? — спросил Льюис, и Кейт почувствовала в сети тепло.

Роб стоял с закрытыми глазами и был на чем-то сосредоточен.

— Просто перемещаю энергию. Я буду лучше соображать, если заживет порез.

Он открыл глаза и стянул с головы повязку. Кейтлин с облегчением заметила, что рана у него на лбу перестала кровоточить, а на щеках появился легкий румянец.

— Вот и хорошо. — Роб улыбнулся. — А теперь остальные. Кто-нибудь пострадал?

Льюис пожал плечами; Анна отрицательно покачала головой; Габриель проигнорировал вопрос и смотрел на дорогу.

Кейтлин переступила с ноги на ногу.

— Со мной все в порядке, — сказала она.

Это было не так. Она замерзла, чувствовала себя несчастной, у нее начал болеть весь левый бок. Но ей почему-то казалось, что она недостойна внимания, не заслужила его.

— Кейт… я чувствую, тебе нужна помощь…— начал Роб, но его прервал выкрик Льюиса.

— Машина!

К ним приближался «понтиак» цвета тыквенного пирога.

— Не остановится, — мрачно констатировал Габриель. — Никто не остановится ради пятерых подростков.

«Понтиак» проехал мимо, и Кейтлин мельком сквозь забрызганное стекло увидела за рулем молодую женщину. Потом мигнули задние габариты, и автомобиль остановился.

— Идем! — сказал Роб.

Они подбежали к «понтиаку», водительское стекло опустилось, и Кейтлин услышала карибскую музыку.

— Вас подвезти?

И тут Кейтлин поняла, что за рулем не молодая женщина, а девушка, практически их ровесница: хрупкая, белокожая, с копной густых черных волос, тонкими чертами лица и зелеными глазами.

— Конечно подвезти, — с чувством сказал Льюис, и Кейтлин ощутила по сети его восхищение. — Правда, мы немного промокли, — извиняющимся тоном добавил он. — Ну, не немного. Очень промокли.

— Это неважно, — беспечно отозвалась девушка. — Сиденья виниловые, это бабушкина машина. Залезайте.

Кейтлин сомневалась. Что-то было такое в этой девушке… Что-то скользкое.

«Роб? Я не уверена, что это нам подходит».

Роб удивленно взглянул на Кейт.

«Что не так?»

«Я не знаю. Она просто… Тебе не кажется, что она странная?»

«Мне кажется, она замечательная, — встрял Льюис. — Бог ты мой, вот это девчонка! И я уже закоченел».

Кейтлин все еще сомневалась.

«Анна?»

Анна обходила «понтиак» сзади, но, когда Кейт обратилась к Робу, остановилась.

«Ты просто не оправилась от шока, Кейт, — кротко заметила она. — По-моему, она хорошая девушка, и к тому же мы все поместимся в ее машину».

— Все и поместимся. Как иначе? — вслух сказал Габриель.

Девушка с любопытством посмотрела на него, но ему было все равно.

Кейтлин стало интересно, как они выглядят в глазах этой девушки. Все пятеро стоят молчат, а потом вдруг Габриель со своим риторическим вопросом…

«Ладно, поехали», — поспешила согласиться Кейтлин.

Она смутилась и не хотела больше ни с кем спорить, но, когда Роб открыл дверцу «понтиака», обратилась к Габриелю: «Что ты имел в виду?»

«Ничего. Просто интересное совпадение — останавливается машина, и мы все в нее помещаемся».

Анна и Льюис устроились впереди рядом с девушкой. Кейтлин проскользнула за Робом назад, а следом за ней — Габриель. Белые виниловые сиденья заскрипели под их весом.

— Меня зовут Лидия, — все так же беспечно представилась девушка. — Вам куда?

Ребята тоже представились — точнее, всех представил Льюис.

— Пытаемся добраться до резервации сук-вомишей, — сказала Анна, — это рядом с Пол-сбо… но довольно далеко отсюда. А ты куда?

Лидия пожала плечами.

— Пока вас не увидела — никуда. Решила покататься по округе и отпросилась со школы.

— О, ты учишься в Норт-мейсоне? У меня там двоюродный брат.

Невинный, казалось бы, вопрос Анны Лидия восприняла в штыки.

— Это частная школа, — отрезала она, а потом поинтересовалась у тех, кто сидел сзади: — Вам тепло? Если прибавить обогрев, запотеют окна.

— Просто замечательно, — отозвался Роб.

Ехать в теплой, сухой машине и правда было замечательно. Роб растирал ладони Кейтлин, а та буквально опьянела от неожиданно свалившейся на них роскоши.

Но тем не менее она обратила внимание, что Лидия с любопытством поглядывает на Анну и Льюиса, которые сидели справа от нее, и временами смотрит в зеркало, чтобы проверить, как дела на заднем сиденье. И если Льюису внимание со стороны Лидии доставляло удовольствие, Кейт это настораживало. Особенно когда та начинала хмуриться и задумчиво кусать губы.

— Ну и что с вами произошло? — наконец непринужденно спросила Лидия. — Вы промокли до костей.

— О, мы…— Льюис замялся.

— Пеший турпоход, — не моргнув глазом ответил Габриель. — Попали под дождь.

— Больше похоже, что потерпели кораблекрушение.

— Мы забрели в ручей. — Габриель снова опередил Льюиса с ответом.

— Так вы, ребята, из этих мест?

— Из резервации суквомишей, — сказала Анна, и хотя бы она не соврала.

— Да уж, далеко вы забрались, — заметила Лидия и снова посмотрела в зеркало заднего вида.

Кейтлин обратила внимание, что на ее маленьком носике ровно три веснушки.

Каким-то образом скептицизм Лидии унял подозрительность Кейтлин. Серо-зеленые глаза девушки больше не казались ей такими уж хитрыми.

«Похоже на защитную реакцию, наверняка ее жизнь не сахар», — с сочувствием подумала Кейтлин.

Теперь они ехали через вечнозеленые леса в глубь материка. Кейтлин представляла, что стволы деревьев — это шеренги выстроившихся вдоль шоссе солдат.

Лидия откинула волосы и гордо подняла подбородок.

— Терпеть не могу частную школу, — вдруг сказала она. — Родители меня заставили.

Кейтлин разомлела в тепле, ей трудно было придумать какой-нибудь разумный ответ, но тут Льюис поспешил выразить свое сочувствие.

— Да уж, не позавидуешь.

— Порядок и… скука. Ничего не происходит.

— Я знаю. Мне приходилось ходить в частную школу, — признался Льюис.

Лидия внезапно сменила тему:

— А вы всегда ходите в поход со спортивными сумками?

— Да, — ответил Габриель, он лучше остальных уходил от вопросов Лидии. — Они у нас вместо рюкзаков, — сообщил он.

Его, казалось, забавлял разговор.

— Но это же неудобно?

Габриель ничего не ответил, Льюис только обворожительно улыбался.