Некромант для изгоев - Ирина Камен

быть просто козлом отпущения, когда у тебя появились союзники... они будут действовать жестче. Кайл будет пытаться сломать тебя физически, а Рейн... он будет бить по тому, что тебе дорого. По твоим ученикам, по Фее, может по мне? - он лающе рассмеялся, прикрыв лицо рукой.

— Я не предлагаю тебе союз, я предлагаю... взаимовыгодное сотрудничество. Ты научишь моих людей не бояться хаоса, а я научу твоих выживать в мире, где все правила написаны против них.

Я встала с холодного камня и отряхнула задницу, поворачиваясь к нему. — Хорошо, я согласна. Доброй ночи, Торин, - я наклонилась, взяла свой меч и направилась прочь.

"Он не лжет, - сказал Разум, - Его мотивация логична и основана на личном опыте. Надежность под вопросом, но искренность - нет". "МНЕ НРАВИТСЯ ЕГО ЗЛОБА! ОН НЕНАВИДИТ ИХ ТАК ЖЕ, КАК И МЫ!". Ярость как всегда кричит у меня в голове.

"Пахнет правдой, - вздохнула Тишь, - И болью. Знакомая боль".

Я вернулась в свою комнату, и лежа на кровати, прокручивала в своей голове его слова о том, что я прекрасна. Это было дико, странно и ново. Я не могла перестать думать об этом, и не заметила, как провалилась в сон.

 

Глава 17

Кайл

Мой день начался как обычно: адская физическая тренировка, завтрак под презрительными взглядами тех, кто считал меня быдлом, и ненавистная лекция по магической теории. Все это время в голове горела одна мысль: она. Ее холодное, бесстрастное лицо. То, как она смотрела на меня, будто ничего не значащее пятно грязи. И этот Торин, который все время крутится рядом. Что он забыл около моей сестры? Меня злило это, и очень сильно. Почему? Да я не знаю!

После лекции я вошел в главный зал, где отдыхали ученики академии, чтобы найти Рейна и обсудить наши дальнейшие шаги. Нам надо выдворить ее из академии, пока не стало слишком поздно. И тут мое сердце екнуло. За одним из столов сидел Торин, а перед ним, на столе, лежал тот самый, черный, грубо сшитый чехол от меча Ириттель. Ее меча. Чехол, который подарила ей бабуля.

Кровь ударила в голову. Это был не просто кусок кожи, это была ее вещь. Часть ее. И этот выродок смел прикасаться к нему? Сидеть здесь, будто он имеет на это какое-то право.

Я не думал, я действовал. Я подошел и схватил чехол, но он перехватил его быстрее, и мы так и стояли, как два осла, тягая кожаный чехол.

— Отдай, - прошипел я, пытаясь вырвать его, - Это не твое.

Торин даже не вздрогнул. Его пальцы сжались на чехле с неожиданной силой. Тупой качок.

— Нашел. Потерянная вещь, - его голос был спокойным, и это бесило еще сильнее, - И я не отдам ее тебе.

— Я ее брат! - выкрикнул я, и зал затих, слушая наш спор, - Я сам ей отдам! Ты не имеешь право трогать его!

— Право? - Торин усмехнулся, и в его глазах вспыхнули злые искры, - Ты давно потерял все права, касающиеся твоей сестры, Гарсия. Особенно – моральные, - он осмотрелся, и начал злобно шептать мне в лицо, - Ты что, баран, думаешь что она простит тебя? Что будет все как раньше? Ну уж нет! Она всю свою жизнь будет помнить и знать, что ее родной старший брат, ее опора, предала ее и отправила гнить в тюрьме!

Я замер, смотря на него, а потом, помотав головой, стал дергать чехол еще сильнее. Она простит меня, она должна... ведь так?

Мы боролись за чехол, как два пса за кость. Я был сильнее, но его хватка была цепкой, подкрепленной магией. И тут из-за колонны вышла эта мышь Фея. Она смотрела на нас с широко раскрытыми глазами, полными недоумения и страха.

Торин, не отпуская чехол, резко развернулся к ней.

— Фея! Держи!

Этот мудак, сильным и точным движением вырвал чехол из нашей общей хватки и швырнул ей. Она инстинктивно поймала его, прижала к груди и отшатнулась, глядя на нас, как на двух сумасшедших.

И по закону подлости в этот момент вошла моя сестра!

Она остановилась на пороге, и ее холодный взгляд скользнул по мне, по Торину, по чехлу в руках Феи. Ее лицо было каменной маской, ни одной эмоции. Лишь безразличная оценка ситуации, как всегда. Достала уже.

Она подошла к Фее и взяла свой чехол, проводя по нему пальцами, а после, посмотрела на Торина.

— Я забыла его у реки, спасибо, что подобрал.

Торин слащаво улыбнулся ей, и проводил ее уходящую фигуру взглядом, а я смотрел на него, сжимая кулаки и дрожа от унижения и ярости. Он подобрал. Она поблагодарила его. А я, я был просто помехой. Крикливым, неадекватным братом, который пытался отобрать ее вещь.

Торин встал со своего места, приподняв бровь.

— Говорил же, - произнес он с насмешкой и пошел прочь, оставляя меня одного в центре зала, под тяжелыми, осуждающими взглядами окружающих.

В тот момент я понял: она никогда не простит. И каждый мой шаг, каждая моя попытка что-то вернуть, только отталкивает ее дальше. И хуже всего было то, что этот чертов Торин, похоже, понимал это лучше меня. Почему он вообще был с ней? Второй день подряд они вместе. Сплюнув на пол, я пошел к классу заклинаний, поджидая кое-кого.

Я ждал ее, прислонившись к стене. Голова гудела, снова эти обрывки. Белое платье Ириттель в саду, потом лицо, но не злое, а испуганное. И потом... резкая вставка, как нож в сознание: ее лицо, искаженное ненависть, руки в крови и алтарь в подвале. Картинка была слишком яркой, слишком кричащей, как дешевая театральная постановка.

Дверь скрипнула и зашла Лейла, увидев меня, она испуганно замерла. Хоть я мысленно и позвал ее, но притаился в нише стены.

— Кайл, что ты хо...

— У тебя тоже есть сомнения? - выпалил я, не давая ей договорить, - Насчет Ириттель, насчет того, что случилось? В моей голове не все сходится, воспоминания, черт, они как будто не мои.. Вставные! Я вижу ее злой, но это не она. Я…Я знаю, что это не она!

Последние слова вырвались у меня почти с рыданием. Я годами строил из себя цитадель ненависти, это было моим фундаментом, моим оправданием. А теперь этот фундамент дал трещину.

Лейла нахмурилась и подошла