Хозяйка приюта для перевертышей и полукровок - Елена Кутукова

class="p1">«Час от часу не легче», — с горечью подумала я, ощущая, как груз ответственности становится всё тяжелее. Нас и так мало, а теперь, возможно, придётся отпустить ещё и Алию. Всё происходящее казалось испытанием — и я не знала, выдержу ли я его.

Но выбора не оставалось. Я аккуратно сложила письмо, провела рукой по лбу, чтобы прогнать тяжёлые мысли, и решила поговорить с Алией: может, она сможет задержаться хотя бы на несколько дней — пока я не найду ей замену.

В этот момент из-за двери донёсся неожиданный звон — резкий, тонкий, металлический. Я вздрогнула, не сразу осознав, что звук доносился с улицы, от калитки. Значит, к нам кто-то пришёл. Сердце забилось чаще: неожиданные гости в такой день не сулили ничего хорошего. Но надо было выяснить, кто стоит на пороге.

Я вышла из кабинета и медленно, стараясь сохранять спокойствие, пошла по коридору. Дети не попадались мне на глаза: кто-то шептался в спальне, кто-то стирал бельё в прачечной, кто-то тихо играл в углу общей комнаты. В доме царило напряжение, будто все затаились, ожидая перемен.

Я вышла во двор. Небо над головой затянули тёмные облака, и всё вокруг казалось ещё более унылым и неуютным. Скрипнула калитка, и передо мной предстал незнакомец. Он был высоким, почти на голову выше меня, с густыми светлыми волосами, падающими на плечи. Его бордовая мантия, отороченная золотом, смотрелась вызывающе роскошно на фоне нашего скромного приюта.

Но больше всего меня поразили его глаза. Они были изумрудно-зелёными, яркими, словно весенние листья на солнце, и в них плясали искорки озорства, лёгкой насмешки — и чего-то ещё, чего я не могла сразу распознать.

Он смерил меня долгим, внимательным взглядом, будто изучая каждую черту моего лица, и только потом заговорил необычайно приятным, немного тягучим голосом:

— Рад, наконец, познакомиться с вами, Джорджина Рауз, — произнёс он, будто уже знал обо мне всё. — Девушка восемнадцати лет, новая хозяйка этого приюта.

Глава 16

— Здравствуйте. Откуда вы узнали об этом? — я не стала скрывать раздражения в голосе, позволив себе даже слегка повысить тон.

Внутри всё кипело. Я сама узнала о трагедии меньше часа назад и до сих пор не могла поверить, что Раданы больше нет. Как человек, которого я впервые вижу у ворот приюта, уже так осведомлён о произошедшем? Его невозмутимость только сильнее настораживала, будто он пришёл не на похороны, а по заранее намеченному делу.

— Удивительные новости, — произнёс он, словно не спеша отвечать. — Ещё вчера у уважаемой ведьмы не было преемницы, а теперь вот вы. Удачно это или нет — не мне решать, но кончина Раданы, согласитесь, произошла слишком внезапно.

В его голосе прозвучала едва заметная насмешка, и у меня внутри всё сжалось. Он обвиняет меня? Или намекает, что я мешаю каким-то его планам? Порыв ветра донёс запах свежескошенной травы и тёплой земли — слишком контрастный с холодком, что поселился у меня внутри.

— Представьтесь, пожалуйста, и ответьте наконец на мой вопрос, — ледяным тоном потребовала я, не желая больше терпеть его намёков.

Даже в такой ситуации обмен именами — вопрос элементарной вежливости. Я скрестила руки на груди, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.

— Прошу прощения, — он чуть улыбнулся, но улыбка эта была скорее формальной, чем искренней. — Рэм Гилберт. Я оказался в курсе событий лишь потому, что давно интересуюсь этим домом и участком. Примите мои соболезнования. Скорее всего, многочисленные заботы просто ускорили уход ведьмы из жизни.

Я почувствовала, как пальцы сжались в кулаки.

— Вообще-то, это было нападение животного, — резко возразила я, с трудом сдерживая раздражение.

— Ужас, — сухо произнёс мужчина, не дрогнув ни одним мускулом. Его равнодушие было почти пугающим. — Надеюсь, этим животным не оказался кто-то из воспитанников?

Я ощутила, как по телу пробежал ледяной укол страха и злости. Неужели он так легко бросается подобными словами? Даже думать об этом неприятно.

— Какова цель вашего визита? — спросила я, стараясь сохранить самообладание. Мой голос прозвучал жёстче, чем я собиралась.

Он медленно оглядел дом, словно оценивая его, затем вновь посмотрел на меня — теперь уже с явным деловым интересом.

— Хотел предупредить о сложностях и опасностях, связанных с приютом, — небрежно бросил он, сделав шаг ближе.

— Спасибо, я в курсе, — ответила я, вжимая ногти в ладони.

— А ещё — предложить помощь, — добавил он после короткой паузы, будто раздумывал, стоит ли продолжать.

— Какую именно? — я приподняла бровь, не скрывая настороженности.

Он задержал взгляд на моём лице, будто оценивая мою реакцию.

— Видите ли, я прекрасно понимаю, как непросто молодой девушке справляться с подобными делами. Именно поэтому хотел бы предложить выкупить этот дом. За детей не переживайте — я о них позабочусь, — добавил он, растянув губы в чуть более широкой улыбке.

В этом выражении скользнула хищная нотка — ничего хорошего оно не сулило. Сердце забилось чаще.

— Каким образом? — спросила я холодно, не отводя взгляда.

— О, я найду им применение, — Гилберт провёл языком по губам, и у меня по спине пробежал неприятный холодок. — А вам лучше задуматься о выгодном браке, о собственной семье. Если потребуется, могу даже помочь.

— Не нужно, — отрезала я, скрестив руки на груди и пытаясь скрыть дрожь.

Он наконец заметил кольцо на моём пальце и усмехнулся шире:

— О, вижу — не требуется. Думаю, вашему жениху не понравится, что вы взвалили на себя такую непосильную ношу. Всё-таки задача истинных — продолжать драконий род.

Очень хотелось сказать, что я вовсе не истинная и со своими делами разберусь сама, но я сдержалась.

— Что ж, мне пора, — коротко сказала я, отступая назад.

— А как насчёт моего предложения?

— Подумаю, — сказала я, хотя внутри всё протестовало, требуя немедленного отказа. Но интуиция подсказывала: если я отвечу «нет» сразу, этот человек станет для меня проблемой.

— Советую хорошенько обдумать, — голос его стал мягче, но взгляд потемнел. — Уверен, вашему жениху вся эта суета не понравится.

Мне захотелось рассмеяться — если бы он только знал, что ни один дракон не обратит на меня внимания даже без приюта, а мнение так называемого жениха меня не волнует.

Я молча кивнула. Гилберт, не переставая улыбаться, протянул мне аккуратный