Гарвардский баг (СИ) - Вольная Мира

— Давайте я вам кое-что объясню, Наталья, — улыбнулась я сладко-сладко, не меняя позы, — раз никто до меня не потрудился. Хорос, как и почти четверть сотрудников этой компании из исследователей, разрабов и тестеров — это те люди, благодаря которым вы получаете свою зарплату. Это мы приносим деньги вам в клювике. Это благодаря нам ваша зарплата в два раза превышает среднюю по рынку. Давайте к цифрам, Наталья?

— Да, — все еще надменно, но уже с меньшей уверенностью кивнула девчонка.

— Час рабочего времени Хорос стоит, если мне память не изменяет, восемь тысяч. Час вашего — пять. Вы, конечно, не обслуживающий персонал, Наталья, но что-то близкое к этому, — челюсть Дюжевой уехала вниз, а я улыбнулась еще слаже. — Без вас мы справимся, без Хорос — нет. Улавливаете связь? — бухгалтер, прости святой Линус, застыла на месте. Закрыла рот. Снова открыла, бросила взгляд на Пашку, но, не дождавшись поддержки, все-таки кивнула. Через силу, скривившись.

— А раз улавливаете, я хочу, чтобы билеты Хорос вы купили лично в течение следующих десяти минут, в бизнес. А еще через пять я жду от вас письмо с извинениями на почту всем, чье время вы так бездарно потратили, и, конечно же, Эльмире. И, Наталья, следующего раза не будет, — стерла я улыбку. — Более не задерживаю.

— Паш, — повернула голову девушка с губами и голыми ногами. Знаменский только руку ей протянул, помогая подняться.

— Пойдем, — сухо отрезал он. — Извини, Слав.

— Я не твоих извинений жду, — покачала головой. Сашка в этот момент выразительно покосился на свой смарт, я коротко кивнула. Зам тут же выскочил из переговорки, видимо, радовать Эльку. Следом вышли и Пашка с Натальей.

— Строга, — усмехнулся Алексин, когда шаги Знаменского и его протеже стихли.

— Я пробовала с ней по-хорошему. Все пробовали, — вздохнула, расслабляясь. — Не вышло. Что с мальчишкой, Петь?

— Пока выговор сделал, но могу и оштрафовать, если хочешь, — пожал узкими плечами дядька. Алексин был примерно одного возраста с Борисычем. Тоже седой, но шустрый и чуть менее улыбчивый. И косяки у секретарей случались редко. Петр их строил, как солдат, к тому же уже года два как часть секретарской работы тащила на себе Энджи.

— Не надо. Я верю, парень на всю жизнь запомнит сегодняшний день, — покачала головой, собираясь подняться на ноги, но Игорь придержал меня за локоть, и я осталась сидеть. — Вместо Ники взяли?

— Ага, — кивнул Алексин. — Пока она в декрете. Вроде нормальный пацан, а тут видишь как… — развел руками в стороны.

— Со всеми случается, — кивнул Ястреб, что-то снова набрал на трекере. — Мы видели твой план, Петь. Тебе на словах хватит, что согласуем, или в письме?

— На словах пойдет. Я, кстати, выкатил таксистам штраф, думаю, что отпираться не будут, — широко улыбнулся он, поднимаясь на ноги и замирая у двери. — И бизнес покроет, и неиспользованный билет, и еще останется.

— Вот теперь я тобой восхищаюсь, — улыбнулась тоже широко. — Какая формулировка?

— Срыв переговоров, напомнил о пересмотре контракта и новых игроках на рынке.

— Сударь, вы меня покорили, — расхохоталась я.

Алексин приподнял полы невидимой шляпы, махнул коротко Ястребу и вышел из переговорки. А мы с Игорем снова остались вдвоем. И я опять начала задаваться вопросом о том, зачем он тут.

— Зачем все-таки ты пошел со мной, Игорь? — спросила, так и не найдя ответ и поняв, что вопрос беспокоит меня куда больше, чем стоило бы.

— Хотел поговорить. Утром не получилось, — как будто ничего не случилось и он ждал этого вопроса, пояснил Ястреб. А я покосилась на собственный трекер.

Почти двенадцать.

— У меня через пять минут митинг с моими, — поморщилась, понимая, что сегодня все идет не по плану. — Не хочу переносить еще раз. Они и так на нерве. Не понимают, что происходит.

Ястребов оторвался на миг от планшета, в котором что-то быстро набирал. Взгляд был рассеянным. Казалось, что он не слышал ни слова из того, что я только что ему говорила.

Но… Всегда есть «но», особенно в случае с этим мужчиной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

За пять месяцев работы с Игорем Ястребовым я привыкла к такой манере общения, к постоянному ощущению, что тебя не слушают. Знала, что он все слышал, что слушал. Способности Игоря действительно поражали.

Он мог кодить на собраниях, переговорах, во время телефонных звонков. Говорить с тобой и кодить. И при этом не терять связи с реальностью, не допускать ошибок.

К этой его манере я привыкла на самом деле даже быстрее, чем ожидала. А вот к чему не могла привыкнуть до сих пор — к упрямству.

— Тогда давай пообедаем. Я загляну к тебе в час, — и поднялся на ноги, подавая мне руку.

Не принять протянутую ладонь было бы странно. И я вложила свою руку в его, с неудовольствием и некоторым удивлением отмечая, как дрогнули пальцы, как кайфово ощущать его ладонь.

Работа, Слава, сосредоточься на работе.

— Хорошо, давай пообедаем, — согласилась, коротко кивнув и убирая свои пальцы.

А после просто позорно сбежала на встречу к своим воронятам под пристальным взглядом глаз цвета сумеречного неба, выталкивая и выпихивая из головы опасные мысли.

Мои новости восприняли более чем положительно: очередной челлендж обещал быть пусть и непростым, но интересным. Оля, Костя и Макс взялись курировать новеньких и вводить их в курс дела. Общую встречу уже вместе со свежей кровью решили провести в четыре, как раз молодняку должно было хватить времени, чтобы устроиться и осмотреться.

Я отпустила ребят и вошла в свой кабинет, когда часы показывали четверть второго. Думая о том, что времени на то, чтобы поработать, почти не осталось. Недовольно нахмурилась, уставившись в планшет, и снова врезалась в Ястребова.

— Это начинает входить в привычку, — пробормотала, скривившись и отступая на безопасное расстояние. Ладно, на кажущееся безопасным расстояние. — Ты что-то хотел?

— Обед, — кивнул он, придерживая меня за предплечья.

— Но… — я хотела было возразить, предложить перенести, но не успела, отвлекшись на невыносимое прикосновение.

Да что ж шарашит-то так?

— Никаких «но», нам надо поговорить. Пойдем, — и он ловко вытащил у меня из рук планшет, бросил его на диван, потянулся к моей куртке.

Я скрипнула зубами.

— Игорь, ты командуешь, — сощурилась раздраженно.

— Да, — кивнул царь-и-бог-наших-разрабов невозмутимо. — Потому что ты тормозишь, а времени и у меня, и у тебя сегодня критично мало, — Ястреб расправил куртку, вынуждая принять его помощь, помог одеть. Подал рюкзак и пропустил вперед.

— Мы могли бы поговорить вечером, — не хотела отступать я, следуя за ним по коридору. — Когда все это немного устаканится.

— Вечером, возможно, будет поздно, — непонятно ответил он, входя в лифт.

— Поздно?

— За обедом, Слав, — отрицательно покачал головой, облокачиваясь о зеркальную стену кабины. — Энджи, первый.

— Задача не ясна, переформулируйте, пожалуйста, князь Игорь, — заупрямилась помощница.

— Словари-и-и-и, — пропела я, растягивая в улыбке губы.

— Лифт сорок восьмой, опусти нас на первый, Энджи. — и бровью не повел Ястреб.

А до меня дошло…

— Зачем мы…

— Меня достал наш фудкорт, поедим в Франче, — объяснил Игорь и прикрыл глаза, скрещивая руки на широкой груди.

— Не делай из меня идиотку, пожалуйста, — вышла из лифта первой в холл. Ястреб комментировать никак не стал. Кивнул охране, терпеливо дождался, пока его проверят, дождался, пока проверят меня, снова пропустил вперед к ступенькам огромного крыльца.

До Франче мы шли в молчании. На улице для разнообразия было тепло, дневной город шумел голосами и машинами, спешили по своим делам прохожие, и все это вместе настраивало бы на вполне умиротворенный лад, если бы голова не была забита текучкой и основательно поехавшим на сегодня расписанием.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Игорь еще в пятницу вернул мне доступ к Ирите и Энджи, и я очень хотела покопаться в первой, но… Увы и ах уже не сегодня, скорее всего завтра во второй половине дня. После переговоров с китайцами.