Леща, Ваша Светлость? (СИ) - Юлия Арниева

– Ценю вашу заботу, – сухо ответила я. – Но предпочитаю разделять деловые и личные вопросы.

– Лесса, – вмешался Тобиас, – господин олдермен просто хотел помочь. Он мог бы поспособствовать и твоему продвижению в гильдии. Возможно, даже место в совете гильдии через год-другой…

Теперь всё стало ясно. Они предлагали мне своего рода сделку – брак с Тобиасом в обмен на продвижение в гильдии и городское покровительство. Вероятно, надеялись, что амбиции возьмут верх над гордостью. Но они плохо знали меня – точнее, ту новую личность, которой я стала.

– Мои амбиции в гильдии, – ровно сказала я, – основаны исключительно на качестве моей работы и пользе, которую я приношу сообществу. Любые другие способы продвижения были бы… неэтичными.

Лицо олдермена потемнело, а Тобиас выглядел разочарованным.

– Вы напоминаете мне вашего отца, госпожа Хенли, – процедил Морган. – Он тоже был… принципиальным человеком. И видите, к чему это привело?

В его словах явно звучала угроза, и я почувствовала, как внутри всё похолодело. Но внешне сохранила спокойствие.

– Мой отец был честным человеком, – твёрдо сказала я. – И я горжусь этим наследством больше, чем его лавкой или положением в обществе.

– Что ж, – олдермен откинулся на спинку кресла, – вы ясно выразили свою позицию. Конечно, это ваше право. Но помните, госпожа Хенли, в Мареле не принято отвергать руку дружбы. Особенно протянутую с высоты моего положения.

– Я ценю вашу… дружбу, господин олдермен, – ответила я, поднимаясь. – И обещаю тщательно обдумать ваше предложение о помощи рыбакам. А теперь, если позволите, у меня ещё много дел в лавке.

– Я провожу тебя, Лесса. – Тобиас тоже вскочил и суетливо задвинул кресло. Я хотела отказаться, но под тяжёлым взглядом олдермена решила не обострять ситуацию.

– Благодарю.

Глава 14

Стоило нам покинуть ратушу, Тобиас схватил меня за руку и, не скрывая обиды, заговорил:

– Лесса, зачем ты так? Олдермен хотел помочь! И я тоже…

– Помочь? – я высвободила руку. – Тобиас, ты действительно думаешь, что я поверю в бескорыстие олдермена? Того самого человека, который разорил моего отца?

– Это всё в прошлом, – отмахнулся он. – Сейчас у тебя есть шанс изменить своё положение, стать частью элиты Мареля, получить влияние и защиту…

– Ценой брака по расчёту? – горько усмехнулась я. – Нет, спасибо. Я лучше сама построю своё будущее.

– С этим рыбаком? – неожиданно бросил Тобиас, и его лицо исказилось. – С Марком Хольтом? Думаешь, я не вижу, как ты смотришь на него? Как бегаешь к нему каждый день после шторма?

Я застыла, потрясённая его тоном и словами:

– Ты следишь за мной?

– Не я, – он слегка смутился. – Просто город маленький, все всё видят. И говорят. – Он вздохнул и взял меня за плечи, заглядывая в глаза. – Лесса, подумай головой. Что может дать тебе простой рыбак? Жизнь в постоянной тревоге, когда каждый шторм может сделать тебя вдовой? Скромное существование без каких-либо перспектив?

– А что может дать мне брак с тобой? – прямо спросила я. – Покровительство олдермена, который, возможно, причастен к смерти моего отца? Показное уважение людей, которые за моей спиной будут шептаться о нищей сиротке, удачно выскочившей замуж?

– Не говори глупостей, – поморщился Тобиас. – Олдермен не имеет никакого отношения к смерти твоего отца. Харлон умер от лихорадки, это знает весь город.

Я пристально посмотрела на него, пытаясь понять, лжёт ли он намеренно или просто не знает правды.

– У меня есть основания думать иначе, – тихо сказала я. – И однажды я узнаю всю правду.

Тобиас побледнел:

– О чём ты говоришь? Какие основания?

– Неважно, – я отвернулась. – Мне пора возвращаться в лавку. Спасибо, что проводил.

– Лесса, постой! – он догнал меня в несколько шагов. – Я не понимаю, что происходит. Ты изменилась, и я не узнаю тебя. Прежняя Лесса никогда не говорила так… не отталкивала меня.

– Прежней Лессы больше нет, – твёрдо сказала я. – Она умерла вместе с отцом. А я… я новый человек, Тобиас. И у меня новые цели, новые мечты и новые чувства.

С этими словами я развернулась и быстро пошла прочь, оставив его стоять посреди площади с растерянным выражением лица.

Возвращаясь в лавку, я не могла отделаться от тревожного чувства. Разговор с олдерменом и Тобиасом всколыхнул все мои подозрения и опасения. Если Морган действительно замешан в контрабанде, если он действительно причастен к смерти Харлона… что помешает ему избавиться и от меня, если я стану слишком опасной?

И что делать с предложенными пятьюдесятью флоринами? Отказаться – значит лишить рыбаков столь необходимой помощи. Но принять – связать себя и кооператив обязательствами перед человеком, которому я не доверяла.

Задумавшись, я не сразу заметила человека, преградившего мне дорогу – невысокого, худощавого мужчину средних лет в потрёпанном дорожном плаще.

– Госпожа Хенли? – тихо спросил он, оглядываясь по сторонам. – Мне нужно поговорить с вами. Наедине. Это касается вашего отца… и Джеремайи Фолсома.

Я вздрогнула, услышав знакомое имя из письма, найденного на чердаке.

– Кто вы? – напряжённо спросила я.

– Друг, – коротко ответил незнакомец. – И у меня есть информация, которая может вас заинтересовать. Но не здесь. За нами могут наблюдать.

Я колебалась лишь мгновение. Этот человек знал о Джеремайе, знал о связи с моим отцом. Возможно, он мог пролить свет на тайну, которая не давала мне покоя.

– Где и когда? – тихо спросила я.

– Сегодня в полночь, – так же тихо ответил он. – У старой лодочной станции на южном берегу. Придите одна и никому не говорите о нашей встрече.

С этими словами он накинул капюшон и быстро скрылся в переулке, оставив меня в смятении и с гулко бьющимся сердцем.

День тянулся мучительно медленно. Я механически выполняла привычные действия – обслуживала покупателей, вела учёт, готовила новые блюда – но мысли мои были далеко. Предстоящая тайная встреча, угрозы олдермена, признание Тобиаса в слежке – всё это складывалось в тревожную картину, от которой не удавалось отмахнуться.

Вечером я, как обычно, навестила Марка, принеся ему свежий рыбный пирог и новости о делах кооператива. Он выглядел заметно лучше – впалые щёки порозовели, в глазах появился прежний блеск, а движения стали увереннее.

– Завтра выхожу на работу, – заявил он, с аппетитом уплетая пирог. – Хватит бездельничать.

– Доктор Янис сказал неделю покоя, – напомнила я. – А прошло только…

– Десять дней, – перебил он. – Более чем достаточно. Я схожу с ума от безделья, Лесса! К тому же я нужен на верфи – там восстанавливают лодки, а я лучший плотник среди рыбаков.

Я вздохнула, понимая, что спорить бесполезно:

– Хорошо, но обещай не переутомляться. И никакого выхода в море ещё как минимум