Чудесные куклы барышни-попаданки. Книга 2 - Василиса Мельницкая

Тайну семейную открыл, на балу помог. Артефакт изучает Марьянин.

- Надеюсь, - тихо произнес Влад. – Если ты на стороне батюшки…

- То что?

- Ничего. Приму это к сведению. И более беспокоить не буду.

Влад встал, кивнул Добрыне, мол, уходим.

- Сядь, - велел Владимир. – Я не отказал. Какой помощи ты ждешь?

- Во-первых, мне сигнальную азбуку учить некогда. А с Балором пообщаться хотелось бы. Ты же можешь…

- Нет.

- Володя…

- Мой ответ ты слышал. Толмача найди.

- Но почему?! Ты умеешь, я знаю.

- Одного умения недостаточно. – Владимир плеснул в чашку кофе из кофейника, глотнул и поморщился. – Остыл.

Едва заметное движение пальцев, и по комнате поплыл кофейный дымок.

- Провалы в памяти были? – спросил Владимир. И сам же ответил: - Были.

Влад насторожился. И матушка о них твердила. Не сговорились же они!

- Истощение недавно, опять же, было. И дрянь к тебе всякая липнет в последнее время, - перечислил Владимир. И обратился к Добрыне: - Вот хоть ты ему скажи, что при таких вводных мозги набекрень съедут.

- Может, меня тогда? – предложил Добрыня. – У меня провалов не было.

- Благодарю покорно. – Владимир допил очередную чашку кофе. – Не хочется умирать в расцвете сил.

Влад фыркнул, оценив шутку брата. Добрыня, несомненно, богатырь, боевой маг… и всякое такое. Но если с ним что-нибудь случится, его хрупкая миниатюрная матушка превратится в настоящую фурию. И всем причастным только и останется, что молить богов о защите.

Кстати… если их с Владимиром матушка из вил, то и Аглая Кузьминична Ромашкина, возможно, не совсем человек?

Добрыня насупился, но промолчал.

- Что-то еще? – напомнил Владимир. – Ты сказал «во-первых». Значит, есть «во-вторых».

- Совета спросить хотел, - вздохнул Влад. – Марьяна вот… задумала куклу делать. Другую оболочку для фейри. Я рассудил, что беды в том нет. Но, возможно, я чего-то не знаю?

- Пожалуй, что и нет беды, - ответил Владимир. – Фейри это не освободит, а поговорить с ним ты сможешь. Опять же, если у нее получится. Я так понимаю, ее ведовству никто не учил?

- Разумеется, нет. Я обещал помочь. И вот…

Влад взглянул на Добрыню. От друга секретов нет, но батюшка… Батюшка, если прознает, то запрёт, пожалуй. Для усмирения непослушного отпрыска все средства хороши.

- Не нравится мне, что вокруг Марьяны творится, - все же решился Влад. – Может, ну его, этот конкурс? Забрать ее, дочку, да уехать далеко-далеко?

- Сбежать и спрятаться? – уточнил Владимир.

- Спрячешься тут, как же, - проворчал Влад. – Марьяну в безопасное место отвезти, да намерения обозначить.

- И где оно, это безопасное место?

Хороший вопрос.

- Если я правильно понимаю, интерес во мне. И если я покажу, что отказался от престола, то оставят в покое и Марьяну.

- А если нет? То есть, то, что от тебя избавиться хотят, ясно. Но что, если и от Марьяны тоже? Но по иной причине.

- Дочка? – предположил Влад. – Кстати, есть еще и «в-третьих». Как печать снять, что магию крови сдерживает?

- К целителям обращаться надо, я в этом деле не помощник. – Владимир достал из кармана знакомый браслет и положил его на стол. – А вот и другая причина.

- Палач? За ним все же охотятся?

- Охотятся, пожалуй. Только это не Палач. Во всяком случае, не тот камень, что описан в летописях.

Добрыня подался вперед, силясь рассмотреть браслет. Владимир сделал приглашающий жест рукой, мол, бери и смотри, коли есть охота. Влад же, полагая, что ничего нового не увидит, уставился на брата в ожидании объяснений.

- Хорошо бы Пронских расспросить, но, боюсь, семейными тайнами они делиться не захотят, - сказал Владимир. – А, может, и нет никакой тайны, и камень попал к ним случайно. Хотя я все же склонен думать, что кто-то из рода знал правду о свойствах сего артефакта, и отчего-то придумал сказку о Палаче. Чтобы боялись? Возможно…

- Так что там за артефакт? – в нетерпении спросил Влад. – Черное ведовство? Или…

- Черное. На крови рода замешанное. Цель его не убить, а оживить.

- Так оно… полезное? – поинтересовался Добрыня.

- Смотря для кого. – Владимир забрал у него браслет, погладил камень подушечкой большого пальца. – Артефакт нельзя отобрать у владельца. И передать его нельзя. Только унаследовать. Этот пункт… ясен?

Влад кивнул. Тот, кто искал браслет, не мог отобрать или украсть его у Марьяны. И купить не мог. А у мертвых наследовать проще.

- Теперь о действии, - продолжил Владимир. – Допустим, умер кто-то из твоих близких…

- Типун тебе на язык! – возмутился Влад.

- Это так, фигура речи. Чтобы понятнее было, - пояснил Владимир. – И человек этот так дорог, что ты захочешь его оживить.

- Не захочу, - перебил его Влад. – Это ж против природы. Это… Да будто ты сам не знаешь!

- Что, и Марьяну не захочешь? – коварно поинтересовался Владимир. И продолжил, глядя на окаменевшее лицо Влада: - Бывает и такое, когда чувства застят разум. И никакие доводы рассудка не помогают. Так вот, в таком случае нужна жертва. И есть обязательное условие. В жертве должна течь кровь двух родов. Первый род – создатель артефакта. Полагаю, это Пронские. Второй – того, кого хотят оживить.

«Александр! – бухнуло в голове. – И Василиса…»

- Ты уверен? – спросил Влад вслух. – Что все именно так?

- Увы. – Владимир развел руками. – Хочешь узнать, почему я уверен? Раб камня. Не душа и не личность. Так… искра разума. И разговорить ее было непросто. Так что, мой милый брат, я тебе помог?

- Да, - уверенно ответил Влад. – Спасибо, Володя.

- Держи в курсе, по мере возможности, - сказал Владимир. – К батюшке я наведаюсь. Уж не знаю, что ты там понял… - Он многозначительно подвигал бровями. – Но умоляю, не поступай опрометчиво.

- Постараюсь.

- Хотя бы до вечера, - добавил Владимир. – Увидимся в театре.

Еще недавно казалось, что дел невпроворот. И нужно куда-то бежать, что-то решать. Но после визита к брату Влад осознал, что спешить, собственно, некуда. И что делать дальше, он не представляет.

Глава 23

в которой Марьяна снимается в рекламе

Марьяна 

Прогуляться в сад я не