Бессмертный принц - Кэролайн Пекхам

Он что-то прокричал мне, и я наклонил голову, чтобы посмотреть на него. Он примостился на ветке, и я понял, что это Хеймдалль, любимый Фамильяр Фабиана. Опустившись на землю, я сел спиной к дереву и стал ждать, когда он придет.

Наступила темнота, и по земле разлилась тишина: животные улеглись спать, а я бодрствовал, затаившись в ночи. Через некоторое время подул восточный ветер, и я уловил в воздухе запах крови. Я провел языком по клыкам, голод во мне требовал утоления.

Я закрыл глаза, прогоняя желание, и клыки заныли от желания пронзить мягкую плоть.

Я не буду монстром, каким меня сделал Андвари.

Кровь приближалась все ближе, — группа из пяти человек, возможно. Их запах был каким-то знакомым, но боль в основании моего черепа заглушала любой шанс понять, почему.

Они приближались бесшумно. Слишком тихо для людей, понял я.

Мои чувства обострились, и я встал, вглядываясь в темноту вокруг. У меня было острое зрение, и ночью я видел так же хорошо, как и днем. Лес у подножия холма скрывал их, но я знал, что они там. Я чувствовал их запах на ветру.

Резкий шум заставил меня отшатнуться в сторону, и стрела вонзилась в дуб позади меня. Я зарычал, когда группа вырвалась из-за деревьев и бросилась вверх по холму, одетая в боевую кожу.

Истребители.

Я был неосторожен во время своего путешествия сюда и не проверил, нет ли за мной слежки. Прошли месяцы с тех пор, как я в последний раз сталкивался с такими, как они. Они были местью Идун нам за преступление Андвари против нее. Мужчины и женщины, наделенные силой сражаться с нами. Итак, для меня они были врагами. Врагами, которых я не выбирал, но все равно был проклят. Их предки когда-то были двоюродными братьями моей родни, и я был желанным гостем в их чертогах. Теперь все, что они видели во мне, было монстром, созданным Андвари.

Проливать их кровь было опасно, но я был слишком голоден, чтобы заглушить эту потребность, когда они быстро побежали в мою сторону, принося мне пищу, которой я жаждал.

В тот момент я почувствовал слабость. И когда они с боевыми кличами и обнаженными мечами взобрались на заснеженный холм, я понял, что проклятие вот-вот снова настигнет меня.

— Остановитесь! — Я взревел, но они не остановились.

Две женщины и трое мужчин.

Первым ко мне приблизился мужчина, совсем юноша, которому едва минуло двадцать лет.

Он сделал выпад своим мечом, и я сместился в сторону, схватив его за запястье и развернув его, пытаясь сломать кость. Он с вызовом взревел, ударив меня ногой в грудь со своей божественной силой, и я отшатнулся, обнажая клыки. Он был силен, но ни одно существо на этой земле не было сильнее меня, и с жаждой крови, бушевавшей в моем черепе, и звуком их колотящихся сердец вокруг меня, я погрузился в хаос.

Я столкнулся с мужчиной, когда он нанес мне еще один удар своим мечом, и я едва избежал удара на огромной скорости, подкрадываясь к нему сзади и нанося жестокий удар в позвоночник. Он рухнул на колени с криком агонии, затем перекатился и ударил лезвием по моим ногам, лезвие рассекло мне бедро, прежде чем я успел нанести резкий удар ногой по его голове, от которого он упал неподвижно. Ожог от этого лезвия заставил меня зарычать, кровь, смачивающая мою ногу, говорила о том, что я только что заработал свежий шрам.

Второй истребитель налетел на меня сзади, и я отбросил его назад, ударив локтем в нос, когда он попытался вогнать кинжал мне в спину. Он упал на землю, а я повернулся к нему, схватил его за горло и поднял вверх, когда он выпустил из рук свое оружие.

Меч со звоном рассек воздух справа от меня, и я отскочил в сторону с новой скоростью, пропустив смертельный удар, когда трое других истребителей бросились на меня.

Тот, кого я держал, извивался и бился, потянувшись за другим клинком у своего бедра, и яростным усилием я сломал ему шею, швырнув его в снег, пока его сородичи кричали в ужасе от того, что я сделал.

Все трое одновременно набросились на меня, и жгучая боль пронзила мой бок, когда лезвие истребителя коснулось моей кожи. Женщина, которой он принадлежал, сражалась с мастерством, превосходящим всех остальных, и я вырвался из рук двух других истребителей, когда бросился на нее, схватив ее волосы в кулак. Она отсекла их своим лезвием, оставив прядь светлых волос в моей руке, когда нанесла еще один удар.

Я выругался, отскакивая в сторону, лезвие скользнуло по моему бедру и обожгло, как огонь. Я бросился на нее со всей силы, отбросив ее от себя, и она рухнула на землю, ее голова ударилась о камень, и вздох потрясения слетел с ее губ.

Пролилась кровь, и безумие усилилось, когда я почувствовал ее вкус в воздухе.

Девушка похожей внешности закричала, увидев, что я сделал с другой женщиной. Но это не имело значения, потому что она была моей следующей жертвой. Она сражалась с яростью и сердцем, но вскоре ее тело обмякло в моих руках, когда последний мужчина схватил меня сзади за шею, приставив свой меч к моему горлу. Прежде чем он соприкоснулся с кожей, я ударил его головой в лицо, повалив нас обоих на землю.

Я ничего не чувствовал. Я был никем.

Я перекатился на него и впился клыками в его горло, чтобы выпить то, чего я так отчаянно жаждал, насыщая злобного зверя, который поселился в моем теле. Истребитель царапался, его меч упал на землю и затерялся в холодных глубинах снега.

Белый мир вокруг меня покраснел. Монстр во мне питался до тех пор, пока не насытился.

Кровь пропитала мое тело и потекла по подбородку, когда я выплюнул остатки своего напитка. Меня мало заботила их потеря, но больше всего я заботился о своей бессмертной душе. Душе, теперь снова запятнанной кровью.

— Брат!

Я обернулся и увидел Фабиана, который мчался ко мне вверх по холму. Через мгновение он оказался рядом со мной, схватил за руку и поднял на ноги.

— Я услышал драку и примчался так быстро, как только смог, — сказал он, встряхивая меня, когда я не ответил.

Боль в спине стала острее, и я зажал самую глубокую рану, которую получил, пока мое тело пыталось исцелиться от порезов этих благословенных клинков.

Я посмотрел