Мэри Дэвидсон - Проклятие Дерика

Что еще лучше, им с Сарой не потребуется заниматься любовью. Для него, Дерика, это, конечно, дерьмово, но для нее хорошо, так что…

Он постучал в дверь и вошел в гостевую комнату как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сара сняла халат и скользнула в постель. Соблазнительно мелькнула молочно-белая кожа, сверкнул поток рыжих кудрей – и она угнездилась под одеялом.

– Вот и ты, – прошептала Сара. – Закрой дверь.

Он закрыл.

– Иди сюда.

Он подошел.

– Ну, давай же.

– Что?

– Давай покончим с этим. – Тут она покраснела до корней волос. – Прости, я не хотела, чтобы это звучало так. Но давай сделаем это, пока у твоего друга не возникло еще больше подозрений. Я, правда, за тебя испугалась, когда он тебя уволок.

Дерик постарался не качнуться назад на каблуках; он не мог изгнать из носа запах роз. Нельзя сказать, что он этого хотел. Разве что он скорее… да. Потому что если бы он не…

– Э-э-э… мы… э-э-э…

Она откинула одеяло, и он увидел ее голую ногу, согнутую в колене, бледную чашечку, зовущую к поцелуям, зовущую к…

– Давай, – сказала она с нетерпением, – пока я не разозлилась или твой друг до чего-нибудь не додумался.

– Ладно! – И Дерик почти мгновенно освободился от одежды.

Он не обращал внимания на уколы – ладно, согласен, не уколы, а сильные, весьма чувствительные пинки – совести. Впрочем, это оказалось легче, чем ему представлялось.

Ее коленка… это она виновата во всем. Коленка действовала на него не менее эротически, как если бы Сара откинула простыню и показала ему груди. И ее запах. Ее удивительный сладкий запах. Она была как… как десерт.

«Ты еще за это поплатишься, – сообщил ему внутренний голос, тот самый, раздражающе похожий на голос Майкла. – Да-да, приятель, и еще как поплатишься!»

Впрочем, в этом Дерик не сомневался. Но ничего не мог поделать. Он был готов пуститься в пляс с самой, вероятно, опасной женщиной в мире…

…и не мог удержаться.

22

«Я сейчас буду заниматься этим с оборотнем. С оборотнем. Опять!» – твердила про себя Сара, но это не помогало. Все было еще более странно, чем когда она проделала это с парнем из «Службы посылок». Тогда это походило на то, как если бы ожил плохой порнофильм.

– Вам посылка, мэм.

– А-а, посылка. Положи ее сюда, парень.

А потом, разумеется, он исчез. Исчез навсегда. Как будто поменял маршрут. Наверное, поменял. Но разве можно сравнивать? Ведь Дерик – оборотень. Оборотень!

Она твердила себе, что все происходящее – составная часть плана спасения мира, но это тоже не помогало. По правде говоря, Дерик был восхитителен до невероятности, и она собиралась получить еще кусочек этого блюда. А то, что они обязаны заниматься любовью, ну, это уже вроде как мороженое поверх торта. Большого, светловолосого аппетитного торта. Большого, мускулистого, сверхъестественно сильного, сексуального, сказочного торта.

Bay!

Он разделся за несколько секунд, и Сара почти не успела рассмотреть его преувеличенно совершенного тела – брюшной пресс как стиральная доска, длинные-длинные ноги, плоский живот, выпуклые мускулы и прекрасный, сказочный член, который торчал, точно некая стремящаяся к оргазму лоза экстрасенса, – а он уже лежал на ней.

– О господи, – выдохнул он, а потом его губы были на ее губах, и он отбросил одеяло в сторону, и его язык был у нее во рту, а потом он покусывал ее шею и глубоко дышал, как будто не мог насытиться ее запахом. – Боже мой.

– Ты собираешься болтать все время? Я ведь уже закрыла глаза и пытаюсь думать о благе Англии.

– Сара, ради бога, прошу тебя, заткнись.

– Трахни меня.

Потом он провел дорожку из поцелуев по ее шее вниз, по ключицам, по грудям. Он теребил ее соски, пока они не затвердели, и теперь она уже сама выдавала разнообразные варианты «о боже мой». Она извивалась под ним, пытаясь ему помочь, цеплялась за его плечи, сделавшиеся каменными от напряжения.

Теперь он целует ее живот, а теперь ее лобок, целует и жадно глотает воздух, и странно, он весь дрожит, как в лихорадке. Потом он снова лег на нее, схватил ее за бедра и положил ее ноги себе на плечи.

– Прости, – сказал он, задыхаясь.

Сара почувствовала его член между ногами, нетерпеливый и безжалостный, а потом он ворвался в нее. Она вскрикнула от удивления, потом закричала опять, потому что он куснул ее за шею сбоку.

– Прости, – снова простонал он.

Вот здесь-то и было нечто странное. Странное и болезненное. Конечно, он причинил ей боль. Он был зверски твердый. И конечно, она привыкла, что вступительная часть длится больше сорока секунд.

Но вместе с тем ей это нравилось. Нравилось, что он брал ее, что он был так явно увлечен ею, что вступительная часть малость подкачала. Он хотел трахнуть ее – и трахал.

А ей нужно было, чтобы ее трахнули, – и ее трахали. Он зарылся лицом ей в волосы и еще крепче обхватил ее бедра. Кровать скрипела и ходила ходуном. Она ощутила перемену – Дерик приближался к оргазму; его мышцы, уже каменные от напряжения, кажется, стали еще тверже на одно мгновение, и вот он уже содрогается на ней, и вот он кончил и боится на нее взглянуть.

– Ну, – сказала Сара, прождав двадцать секунд.

– Ей-богу, – пробормотал он, по-прежнему не глядя на нее. – Ей-богу, обычно я в постели гораздо лучше. Хотя, конечно, ты слышала такие слова и раньше.

Она рассмеялась – ничего не могла с собой поделать.

– Все в порядке. Кажется, тебе действительно это было нужно.

– Еще как нужно. И через десять минут понадобится снова.

– Черт побери, – холодно проговорила она, стараясь не замечать, что от его слов в животе у нее спазматически взволнованно сжалось. – Я почти не могу ждать.

– Хороший подход к делу, – улыбнулся он, соскальзывая с нее и целуя крепко-крепко. Он долго сосал ее язык, а потом добавил: – Но я могу сказать, что тебе нравится эта идея.

– Несносный мерзавец, – пробормотала она.

– Ах, как от тебя хорошо пахнет! Тебе кто-нибудь это говорил? Я хочу сказать – лучше не бывает. – Он потянулся, и кровать затрещала. – Тебя нужно разливать по бутылкам.

– А вот этого – уверяю тебя – мне еще никто не предлагал. Итак, как по-твоему, Джон слышал?

Он замялся:

– Ну… да.

– Вот и хорошо. То есть это, конечно, пугает, и завтра я буду из-за этого расстраиваться, но у тебя хотя бы не будет неприятностей.

Он снова как-то странно смутился.

– Верно.

– Вот посмеемся за завтраком, – улыбнулась она. – Но хотя бы с этим все в порядке, да? Значит, хорошо.

Дерик не ответил, только лег на нее и опять поцеловал, а потом лизал ее соски – Саре казалось, что наслаждение длится вечность. Он обхватил ладонью ее левую грудь и снова и снова проводил языком по соску, лижа и целуя при этом другой, а потом стал крутить его, пока она не застонала и не начала извиваться под ним.