Заключённыий волк - Каролайн Пекхам

на животном уровне, наша связь была бы нерушимой. Мне оставалось только надеяться, что я смогу преодолеть главную проблему — то, что мы заклятые соперники.

Кейн схватил меня за руку и потащил сквозь толпу, выкрикивая предупреждения, чтобы все расступились и пропустили нас. Гастингс боролся, чтобы не отстать, и наконец мы добрались до моста, который вел из блока камер.

Кейн провел меня по нему, прежде чем всем остальным разрешили выйти, и направился к небольшому лифту, стоявшему в центре серого коридора снаружи. Он нажал кнопку вызова, активировал его с помощью магии и втолкнул меня внутрь, когда лифт прибыл.

Я обернулась к дверям как раз вовремя, чтобы увидеть, как заключенные исчезли на огромной лестнице напротив нас и начали подниматься.

Лифт быстро поднимался, и я стала ждать, чтобы узнать, какую новую игру приготовил для меня мой командир.

Двери раздвинулись на втором уровне, и мы раньше всех оказались в столовой. На мгновение я оглядела незнакомое помещение, пытаясь сориентироваться. Кейн протащил меня между рядами металлических столов с сиденьями, в то время как запах отбеливателя обрушился на мой нос, не дав мне шанса все это воспринять.

Он направился в дальний конец огромного помещения и прошел через двойные двери, где воздух наполнял запах овсянки, а около двадцати мужчин и женщин работали над приготовлением пищи.

— Свежее мясо! — воскликнул Кейн, привлекая внимание всей комнаты, полной Лунного Братства. Я еще не заметила Итана, но он должен был быть где-то поблизости. — Присмотри за ней для меня, Шэдоубрук. У меня сейчас свой завтрак.

Я оглянулась на Кейна, когда он выходил из комнаты, его глаза сверкали злобой. Гастингс, казалось, был склонен протестовать против того, чтобы оставлять меня здесь, и я мило улыбнулась ему. Бедный маленький мальчик хорист, уже беспокоится обо мне?

Однако у него явно не хватило духу дважды выступить против Кейна, поэтому он отступил с извиняющейся улыбкой, и двери снова захлопнулись за ними, оставив меня на милость моих смертельных врагов. Не то чтобы они знали об этом, конечно.

В своем стремлении оставить меня здесь Кейн забыл сообщить им, что я — Оскура. А то, чего они не знали, не могло причинить мне вреда.

Я пренебрежительно посмотрела на ближайших фейри, а затем уверенно зашагала на кухню, с волосами, ниспадающими по позвоночнику.

— Можешь начинать резать лук для обеда, — приказала девушка, указывая мне на ведро, полное лука.

Я пробежалась взглядом по символам, пришитым к ее нагрудному карману. Кентавр, водный Элемент, не имеет значения.

— Нет, — ответила я, пренебрежительно махнув рукой.

Она сердито зашипела, но я продолжала идти.

Кухня была огромной, длинные металлические рабочие поверхности занимали всю площадь, духовки и плиты занимали одну стену, а дверь, ведущая в кладовую, находилась в дальнем углу.

Я еще раз осмотрела комнату, изучая фейри, не обращая внимания на любопытные взгляды. Моя аура была достаточно мощной, чтобы заставить их колебаться, вместо того чтобы наброситься на меня, и я могла рассчитывать еще на минуту или около того, прежде чем кто-нибудь из них не возьмется за свои яйца и не попытается приструнить меня во второй раз.

Итана не было видно, поэтому я направилась к единственному месту, где он мог спрятаться.

Дверь в кладовку открылась достаточно легко, и я шагнула в тускло освещенное помещение, не потрудившись постучать.

Раздалось глубокое рычание, и огромная девушка шагнула вперед, преграждая мне путь.

— Убирайся отсюда, щенок, — прорычала она. — Пока мне не пришлось что-нибудь сломать.

Я с интересом рассматривала Бету Итана, ее дреды были убраны в пучок, а мрачные черты лица выражали «не связывайся со мной».

Она, безусловно, обладала доминирующим характером, и я могла сказать, что она Оборотень, даже не глядя на символ на ее груди, но я сомневалась, что она доставит мне много проблем, если мне придется вынудить ее отступить. Но, как всегда говорила тетя Бьянка, с медом приобретаешь больше друзей, чем с лимоном.

— Я просто надеялась, что смогу захватить яблоко или что-нибудь еще, — невинно сказала я. — Я не ела с тех пор, как меня арестовали, и я проголодалась.

Бета разомкнула губы, собираясь устроить мне разнос, но другой голос заговорил раньше, чем она успела.

— У меня найдется кое-что, что ты сможешь обхватить губами, любимая, — позвал парень. — Оставь нас наедине, Харпер.

Харпер раздраженно смотрела на меня еще мгновение, прежде чем выйти на кухню и закрыть за собой дверь кладовки.

Я сделала еще несколько шагов в комнату, пока не обогнула огромный морозильник, и с интересом осмотрела обширную кладовую, обнаружив, наконец, то, что искала.

Итан Шэдоубрук сидел на том, что выглядело как куча картофеля в задней части широкого пространства, и я двинулась к нему, пока мои глаза привыкали к тусклому свету.

Я чувствовала его взгляд, скользящий по мне, и моя внутренняя Волчица подняла голову, словно уловила запах чего-то действительно достойного ее внимания.

Мое сердце забилось быстрее, когда я предстала перед ним. Я окинула взглядом белую майку, в которую он был одет, его комбинезон был завязан на талии, открывая взору руки с замысловатыми татуировками, покрывающими его мощные руки.

Он наклонился вперед, опираясь локтями на колени, оценивая меня так же внимательно, как и я его, отчего несколько картофелин каскадом посыпались на пол у моих ног. Его темно-русые волосы были откинуты с лица, подчеркивая сильные линии челюсти и скул, а его пронзительно-голубые глаза поймали меня в свою ловушку и заманили к себе.

Я чувствовала, как сила наших внутренних Волков поднимается на поверхность нашей кожи, оценивая друг друга, и я медленно выдохнула, когда адреналин хлынул в мои конечности. Он был не просто большой шишкой, созданной для позерства, он был настоящим Альфой, тем, кто мог бросить мне настоящий вызов, тем, из-за кого я могла попасть в беду.

— Ох, ну и ну, до чего же у тебя большие глаза, — поддразнил он, продолжая держать меня в плену своего взгляда.

— Я думала, у тебя есть что-нибудь поесть для меня? — спросила я, борясь с желанием придвинуться к нему ближе.

Это было то, чего он хотел, — завлечь меня, как всех остальных девушек, которых он трахал и бросал. Но это было не про меня. Я ни за кем не бегала.

— Встань на колени, и я дам тебе это.

Я рассмеялась, перекинув волосы через плечо и повернувшись к нему спиной. Это было чертовски трудно сделать, но я не собиралась кланяться этому Альфе. И я готова была поспорить, что обычно никто не поворачивается к нему спиной; я уж