Две жизни некромантки (СИ) - Олие Ольга

— Ответ один: второй советник оказался живучей тварью. И обо всем доложил принцу Арлахонскому, — влез в мои размышления Таймар. Я досадливо скривилась.

— Это я и сама поняла. Вопрос все же в другом: у кого столько силы, что не только скрыли дворец, но и поставили чары иллюзий и ментального принуждения. Явно не у второго советника и даже не у принца. Да, он силен, но не настолько. Получается, им помогает кто-то более могущественный? Тот, который и подселил в тело Ридрека второго духа, — пояснила я свои сомнения и размышления, в которые так некстати и вмешался первый советник. — А еще меня интересует вопрос: с чего вдруг ты кривиться начинаешь, когда на меня смотришь? Шарахаешься, как от прокаженной.

— Я сам не могу понять, — отвернулся Таймар. — Странное наваждение накатывает, когда я смотрю на тебя, все время убить хочется. Мне кажется, что ты чудовище. Я с огромным трудом сдерживаюсь.

— Все интереснее и интереснее, — я сдвинула брови. Попыталась вспомнить, что это за эффект такой, от чего он бывает, как заклятие попадает в тело. Но в голове крутились обрывки мыслей, не желая формироваться в одну общую идею. А потом стало и вовсе не до размышлений. К нам вышел сам правитель. Голова высоко поднята, взгляд стеклянный, он смотред будто сквозь меня. Проверив его внутренним зрением, облегченно выдохнула, в нем духов-умертвий не было.

— Не спеши радоваться, — правильно поняв мой вздох облегчения, произнес первый советник. — Посмотри на его ауру. А еще не мешало бы проверить его на…

— О чем вы все время беседуете? Вместо того, чтобы приветствовать правителя, — громко, немного визгливо поинтересовался разан Дихеи. Я усилием воли сохранила на лице непроницаемое выражение.

— Ваша Светлость, мы с ученицей пытаемся понять, какого рода помощь вам нужна была от Фейсалии? Город словно вымер, на улицах энергетические ловушки, отводящие глаза чары. А где народ? Почему даже ворота распахнуты настежь? — поклонившись, поинтересовался Таймар. Разан гневно сверкнул глазами. Упер руки в бока.

— Вот поэтому я и обращался ко всем королям за помощью. Но никто не откликнулся. Мы не можем понять, что происходит. Стали пропадать люди, многие боятся выходить на улицу. Самые запасливые с кристаллами через порталы ходят закупаться продуктами в ту же Кардию. Потому что у нас лавки закрыты, ярмарки пусты. Мы голодаем, нас некому кормить. Слуги от страха бегут в другие королевства, — гневно выдал свою тирану монарх.

— Ваша Светлость, но здесь не некроманты нужны, а магическая служба зачистки. Вы не против, если мы ее вызовем из Фейсалии? Они очень быстро со всем разберутся и наведут порядки, — попытался успокоить разана первый советник.

— А почему сразу этого не сделали? — снова начал заходиться разан. — Зачем же вы сюда пожаловали? Если ничего не можете сделать.

— Нам нужно было проверить, что происходит. Заодно узнать по поводу принца Арлахонского. Он ведь был здесь? — осторожно спросил Таймар, стараясь не вызывать подозрений.

— Почему был? — перед нами оказался Хараз. Мы с Таймаром быстро переглянулись. — Он и сейчас здесь. Приветствую вас, льер Таймар, дьяра Рида. Или вас лучше пока называть Райна? — ехидно прищурился дядя Шьеля. Я же крутила головой, пытаясь понять, где он сам. Снова появилось чувство опасности.

— Не принципиально. Называйте как хотите, мне все равно, — отмахнулась я от него. — Все эти опустошения и кражи людей — ваша работа? И вы так спокойно расхаживаете по дворцу? Получили, что хотели от разана? Или все пока только в проекте? И вы все еще пока пытаетесь подмять под себя Дихею? — я язвила, вызывала льера на откровенность. Но он открыто насмехался над нами, показывая превосходство. Я заметила, как первый советник разбирается с регалиями, которые вдруг оказались на нем. И когда успел?

Но разбираться с этим не было времени. Таймар словно случайно перебирал пальцами регалии. До меня дошло: в них скрыт амулет вызова подкрепления. Манипуляции первого советника вызвали у Хараза ярость. В остроте ума ему не откажешь.

— Льер Таймар, могу я поинтересоваться, что вы только что сделали? — тихо, с угрозой в голосе, поинтересовался Хадаз. Его глаза метали молнии.

— Как и обещал разану, вызвал магических стражей, чтобы они навели здесь порядки, — улыбаясь во весь рот, спокойно ответил первый советник. Сам разан стоял застывшей статуей, смотря в одну точку перед собой. Его успели зачаровать, чтобы он пока не мешал нашей «дружеской» беседе.

Архаз! Но где же Шьель? Я ведь чувствую, что-то здесь не так. Еще раз обвела взглядом зал. Принюхалась. Чувство опасности завопило с новой силой. Я тревожно глянула на Таймара, но он всецело был поглощен беседой с хриплым. Только я хотела придвинуться к нему ближе, как почувствовала толчок. Поздно я сообразила, что к чему.

— Хараз, нам пора. Уходим! — хватая меня за талию, рядом со мной оказался Шьель, плотоядно оскалившись. Я и слова не успела сказать. На моих запястьях защелкнулись браслеты, а мир померк. Меня отправили в сон. Что происходило дальше, я уже не видела.

Просыпаться было больно. Голова гудела, язык распух. Тело словно ватное. По нему будто иголками тыкали. Что происходит? Я попыталась пошевелиться и не смогла. Глаза распахнулись сами собой. Я вздохнула, оглядевшись.

Пещера, до половины заполненная водой. И она все прибывала. До меня пока не доходила. Я стояла на возвышении, подо мной алтарь, к нему крепились мои ноги. Так вот почему я не могла ими пошевелить. А сама я, с поднятыми вверх руками, была прикована цепями к потолку. На одной из стен светилась начертанная пентаграмма. Ее свет пока не доходил до меня, но я заметила, что он, будто подкрадывался: медленно и почти незаметно. И снова чувство тревоги заполнило душу. Несмотря на свет, исходящий от пентаграммы, я хорошо ощущала исходящую от нее угрозу. Что же это такое? Я никогда таких не видела.

На стене был выбит круг, а внутри него семиконечная фигура, углы которой вместе с кругом и давали яркий свет. В центре находился клинок, перевитый растением, рисунок больше напоминал вязь, но я отчетливо видела на растении острые, как нож, листья. Изображение ни в одной летописи мне не встречалось ни разу. Сути данной пентаграммы я тоже не знала. Но наверное это и к лучшему, так как исход заранее предположить не могла.

— Очнулась? — возле меня на краю алтаря появился Шьель. Хотелось размазать его мерзкую ухмылку по гадкой физиономии. Но у меня даже возможности пошевелиться не было. Я отвернулась. — Молчишь? Ничего, скоро ты не только заговоришь, но еще и стонать будешь.

— Мечтатель, — выплюнула я, не глядя на бывшего друга. Он вызывал стойкое отвращение и омерзение.

— Зря ты отказалась стать королевой, теперь тебе дорога только в рабыни. Как только я с тобой наиграюсь, отдам другим и буду смотреть, как ты падаешь все ниже, подстилаясь под каждого, — делая ко мне маленькие шаги, произносил Шьель. Я старалась держать голову ровно и не показывать своего страха. Пришло осознание, что этот гад явно что-то задумал отвратительное, иначе не был бы так уверен.

— Ты зачем пожаловал? И что это за пентаграмма? — я кивком головы указала на стену. Свет стал еще ближе.

— Ты уверена, что хочешь узнать об этом? — вкрадчиво осведомился он, приблизившись ко мне вплотную и проводя пальцем по моему лицу, шее, разрывая рубашку и касаясь груди. Я сцепила зубы, чтобы не закричать от мерзкого ощущения. По мне будто слизняк ползал. Фу!

— Не хотела бы — не спрашивала, — с трудом выдавила из себя. — Так что это за рисунок? Каково его предназначение?

— Раз уж я не могу нацепить на тебя рабский ошейник, он рассыпется прахом от твоей и советника защиты, то с этим прекрасно справится пентаграмма. Тот, на кого падет ее свет, становится рабом желаний. Ты всегда будешь испытывать жар и неимоверное возбуждение, будешь молить, чтобы тебя трахнули, — плотоядно усмехнулся принц. — Мне даже рабский ошейник не понадобится. Всего-то подождать сутки, и ты будешь целиком и полностью в моей власти.