Инна Юсупова - Поцелуй принцессы - и вся Империя в придачу

Но однажды произошел случай, после которого Корсид был вынужден отправить своего отпрыска обратно в поместье, — от греха подальше. Причиной этому послужила дуэль, на которую Мартьен вызвал брата императрицы Зинзии, графа Реола рэ-Бэркона, в запале прилюдно обозвавшего непотребным словом его мать. Гибкий и подвижный, молодой принц оказался великолепным фехтовальщиком и легко победил довольно таки тяжеловесного графа. Но Мартиан допустил ошибку — вместо того, чтобы убить обидчика, он пощадил его, заставив прилюдно принести извинения. Позору графа было немало свидетелей… Такого оскорбления рэ-Бэркон простить не мог и дал себе зарок когда-нибудь жестоко отомстить унизившему ему малолетке. Целых два года, прошедшие со времени смерти императора Корсида, рэ-Бэркон повсюду искал своего врага. Искали его и многие другие могущественные недруги — ибо после смерти Корсида II и его сыновей Мартиан был первым претендентом на престол. Но после смерти своей матери, тихо скончавшейся во сне за несколько недель до убийства императора и начавшейся вслед за ним гражданской войны, юный принц куда-то бесследно пропал и остальные претенденты через некоторое время скинули его со счетов, сочтя погибшим. И кто же мог предположить, что он в буквальном смысле этого выражения "ушел в тень", примкнув к сообществу вольных рудокопов — своих давних друзей, — и вел жизнь искателя приключений в знакомых ему с детства древних подземельях…

— Жаль прерывать вас, граф, но, надеюсь, вы понимаете, что подарок, который я приготовила моему драгоценному супругу, надо доставить к нему живым? — непривычно властный голос Регины Лаисы едва просочился через багровую пелену ненависти, затянувшую сознание рэ-Бэркона, увлеченного расправой с давним недругом.

Кровопийца, нанеся еще несколько болезненных пинков своему беспомощному противнику, наконец, отвлекся и медленно повернулся к супруге своего господина. Она выглядела вполне удовлетворенной и по-прежнему сохраняла королевскую величественность и спокойствие. Промелькнувшее было где-то по краю сознания графа подозрение, касающееся возможного сговора между исчезнувшей при загадочных обстоятельствах наследницей престола и мятежным принцем, так и не успело сформироваться, развеянное ледяным спокойствием её голоса:

— Я уверена, граф, мой супруг еще предоставит вам возможность расправиться с нашим общим врагом, но не лишайте и его этого удовольствия… — краем глаза Лэйса заметила, как Мартьен, отпущенный солдатами, медленно осел в дорожную пыль, но усилием воли заставила себя смотреть не на него, а в глаза графу. — А сейчас, граф, мне бы хотелось, чтобы вы вспомнили о том, что я утомлена и нуждаюсь в отдыхе…

Рэ-Бэркон был вынужден признать правоту каждого её слова и повиноваться им. Пёс, а ведь раньше он и не замечал в жене своего господина этой властности — в присутствии мужа она всегда казалась ему забитой серой мышкой, не способной на решительные поступки. Ладно, пускай Корилад сам разбирается со своей супругой, а сейчас его дело — доставить её к нему.

— Надеюсь, вы сможете сами держаться в седле, моя госпожа? — как ни странно, но в голосе графа уже не чувствовалось издёвки.

Получив утвердительный ответ, рэ-Бэркон скомандовал солдатам, махнув рукой в сторону до крови избитого Мартьена, неподвижно лежащего на дороге:

— Подберите эту падаль. Да проследите, чтобы он не издох окончательно по пути!

Сейнийский офицер кивком головы подтвердил приказ тэра, и через несколько минут пополнившийся отряд развернулся и, взметая за собой тучи пыли, поскакал в сторону форта.

Глава 10. Форт Сэирмэ

По-южному темная ночь опустилась на Сейнэ по обыкновению быстро. На черном бархате неба зажглись светлые точки звёзд и засиял чистым белым светом тонкий серпик недавно родившейся луны.

В ночной темноте смутно чернели башни форта Сэирмэ, где светилось лишь несколько одиноких окон. Медленно прохаживались по стенам дозорные, время от времени поёживаясь под порывами холодного ветра, налетавшего с гор, у самых отрогов которых и стоял форт. Вокруг было тихо, лишь бессонные цикады по-прежнему трещали в степи, и этот звук на фоне ночной тишины казался гораздо более громким, чем днем.

На втором этаже одной из башен, в просторной комнате, обставленной с достаточной даже для коронованной особы роскошью, на краешке широкой постели, застеленной атласными простынями, сидела молодая женщина в легком белом платье, подаренном ей женой коменданта. Несколькими часами ранее ее привез в форт отряд сейнийской пограничной стражи в сопровождении тэрского вельможи, неделей ранее прибывшего с небольшим эскортом в форт. После продолжительного приватного разговора с комендантом этот вельможа стал пользоваться здесь большими привилегиями и ежедневно ездил вместе с пограничными отрядами в дозор.

Светлые волосы Лэйсы, после мытья вновь ставшие мягкими и шелковистыми, падали ей на лицо, почти закрывая его. Она сидела, подперев голову руками и в глубокой задумчивости глядела прямо перед собой. Рэ-Бэркон хотел вечером поговорить с ней, но она не приняла его, сославшись на сильную усталость. Наверное, это было ошибкой — теперь он точно что-нибудь заподозрит и удвоит свою бдительность. Но беглая супруга принца Корилада не была уверена в том, что сможет рассказать Кровопийце достаточно убедительную историю. Она вообще поражалась тому, как смогла до сих пор не выдать себя. А еще Лэйса была готова самыми страшными словами проклинать свою глупость, заставившую её выйти на дорогу, поверив в то, что в Сейнэ она в безопасности… Естественно, Корилад догадался — или вызнал у её спутников, захваченных им, хотя в это верить не хотелось, — куда она скорее всего направится. И отрядил туда своего верного слугу, чтобы перехватить её, если ей всё-таки удастся как-то миновать перевал. Три из четырёх тэрских рудников в горах Снежного Барса, и несколько островов в океане, считавшихся до этого спорной территорией, были обещаны королю Сейнэ в обмен на обещание вернуть принцессу, если она объявится на своей прежней родине. Корилад слишком поздно понял ценность своей супруги, а осознав её, уже не стал мелочиться. Альдийская принцесса была главным козырем в его игре за престол, и он должен был вернуть её обратно любой ценой.

И как можно скорее.

Теперь её под охраной отвезут в Ву-Тэру… а уж там супруг непременно придумает сообразное её проступку наказание. Но не это сейчас пугало молодую женщину — хотя гнев супруга всегда был страшен ей до дрожи. И даже не то, что из-за ее безумного поступка империя понесла такой огромный ущерб. Молодая женщина сейчас понимала, что остававшаяся в Аль-Шапоре семья не одобрила бы её бегство от мужа, и обвинила бы в малодушии, назвав недостойной той великой миссии, которую они хотели на нее возложить — стать правительницей земель своих предков и вновь привести их к величию и славе. Гораздо сильнее сейчас Лэйсу волновало то, что из-за её беспечности пострадает Мартьен. Мысль о том, что лишь она, она одна виновна в том, что с ним случилось, была нестерпима. Ценой неожиданно удавшейся хитрости ей удалось отсрочить расправу над ним. Но если она срочно что-то не придумает, его судьба будет ещё страшнее — принц Корилад был изобретателен в жестокостях над своими врагами.