Елена Колоскова - Сид и император (СИ)

Наверное, я слишком громко вздохнула, так что Джедия рассмеялся и снова тронул лошадь, не считая нужным что-то объяснять.

А теперь он уехал. В Ламаре собиралась армия из Хефе Примо, в которую влились наемники этого мира и маги Гильдии. Они отправились по цепочке миров Империи, мобилизуя резервы для «дружественного визита» в Тета. Пора было им напомнить, как надо чтить Договор.

Люди живут мало и быстро забывают… Стоит смениться нескольким поколениям, как они думают, что можно наплевать на договоры и слово, данное предками.

Господин Гальего сетовал, что уже стар, а его единственный сын слишком молод, чтобы участвовать в военной кампании. Он получил наследуемый титул от герцога и не хотел, чтобы линия на нем же и окончилась и род пресекся.

— Хотя, в мое время это никого не останавливало, — ворчал он. — Если бы Диего был женат и имел сына, я бы поддержал его во всем. Но я не хочу рисковать нашей династией.

Конечно, он мог бы жениться снова и завести еще детей, но воспитать их так, как полагается, в силу возраста уже не успевал.

Ну а я… Я, к своему удивлению, немного волновалась за Императора. Не потому, что провал его миссии чреват для всех нас поражением и оккупацией. И не потому, что испытывала благодарность за спасение из застенков.

Просто я увидела за вывеской «повелитель» простого человека. Нет, не так! Вовсе не простого. Но человека и личность, мне симпатичную.

В Халифате говорят, если гора не идет к пророку, то пророк идет к горе.

Раз меня не выпускают в город, я решила послать весточку своим друзьям и пригласить их в гости. Просто до меня, хоть и с запозданием, дошло, что это не домашний арест, а просто повышенные меры безопасности.

На другой день ко мне на ужин пришли Ингибьорг, Кольр, Линдси и Хельги. Также заявилась Флори, хотя ее никто не звал.

Она довела охрану до белого каления, и, если бы я не велела пустить, выпила бы всю кровь караульным. Я даже порадовалась, что она пришла. Может быть, удастся узнать последние сплетни, что донесла ее «разведка».

Друзья обрадовались, что со мной все в порядке. Конечно, я безнадежно отстала в учебе, и практику мне придется проходить в конце лета, но конспекты они мне дадут переписать. Я их поблагодарила и не стала разубеждать. Не сказала, что никакой практики — у меня лично! — не будет.

— Ингибьорг, можешь принести сюда кое-какие вещи из дома? — попросила я подругу на прощание. — Я передам записку для домовладельца и составлю список.

— Хорошо, а как срочно?

«У нас ведь впереди вечность?» Да, наверное…

— Думаю, не очень срочно. Здесь мне выдали все необходимое на первое время. Когда появится свободное время — тогда и сходишь, — ответила я.

Заполучив свою, более привычную одежду и бесценный кофр, а с ним и артефакты с дневником Хьюго, я призадумалась, что делать дальше. Подумала — и отправила записку Хельги. Северянин явился на другой день, не подозревая, что его ждет.

Раз уж господин Хьюго меня избегал, то я решила проконсультироваться у Хельги. Может, он знал меньше, чем Хьюго или магистр Ульфр, но с ним можно было поделиться своими секретами. Отчего-то я была уверена, что его клятва нерушима.

— Хельги, можешь создать купол анти-магии? — спросила я.

— Э… да, а тебе зачем? — удивился северянин.

— Сейчас увидишь.

Никто из Гильдии не должен знать, что у меня в руках осталась их реликвия. Я дождалась, пока Хельги закончит чертить мелками на полу и стенах нужные глифы и руны, а потом накачивает их Силой, и достала из кофра дневник.

— Что это? — спросил Хельги, протянув руку к переплетенным листам, но не коснувшись.

— Та самая книга, о которой я спрашивала в библиотеке Гильдии, — ответила я.

— Что?!!

— Ну, да. Я ее забрала с собой, — смущенно сказала я.

Всегда неловко признаваться в своих проступках, например, в банальном воровстве. Хотя можно сказать, что просто позаимствовала.

— То есть, я тебе нужен только для того, чтобы прочитать книгу? — уточнил маг.

— Не совсем. Надо, чтобы в Гильдии не знали, что книга у меня. Для того и щит. Я хочу скопировать ее и вернуть на место, — ответила я. — А еще мне нужна твоя помощь и совет…

Хельге не подвел и помог. Ради Ингибьорг или своего предсказания — не знаю. Да и знать не хочу. Если пытаешься объяснить и обосновать помощь, она превращается в сделку.

Мы долго пыхтели, переписывая координаты закрытых миров на заранее приготовленные пустые тетради.

Кругом валялись огрызки яблок, а на чайном столике громоздились пустые чашки от кофе и тарелочки со сладостями. Надо было как-то подстегивать умственную деятельность…

Я благоразумно использовала «корабельную» бумагу и несмываемые чернила и грифели, а также герметичный футляр, чтобы обезопасить копию от случайностей. Как знать, с чем придется столкнуться в другом мире! А без записей я не смогу вернуться обратно.

— Твигги, а зачем тебе это нужно? — поинтересовался Хельги.

— Я отправляюсь в путешествие, — честно ответила я.

— А совет?

— Надо рассчитать маршрут, чтобы не нарушить ход истории. Я хочу исправить кое-что, но при этом не должны пострадать другие люди.

— Ладно. Как ты себе это представляешь? — северянин на мгновение оторвался от рукописи и взглянул на меня.

Я изложила свои соображения.

Мы с Хельги наметили несколько ключевых моментов, которые я наметила.

— Чем ближе событие — тем легче его изменить, потому что последствия еще не проявились и не стали необратимы, — сказал маг. — Значит, надо начать с того, что было недавно, а потом вернуться к истокам.

«Необратимы?» Кажется, он и сам до конца не понимал. Это что-то вроде естественного сопротивления вселенной вмешательству людей.

Значит, надо начать с моего похищения, смерти Битайе и избиения племени уруков. Я должна замкнуть кольцо. Вернуться в тот день и час, когда меня похитили. Тогда никто меня искать не будет. Потом уруки меня вернут, но этот вариант вселенной и истории будет существовать самостоятельно, без моего участия.

— А это не опасно?

— Ну, раньше считалось, что один из вариантов перестанет существовать, иначе наступит гибель вселенной. Но этого не происходит. Эксперименты показали только расщепление истории и образование колец времени, — ответил он. — К тому же, посторонние вовлеченные лица тоже сохраняют воспоминания. Как я.

— То есть я никуда не исчезну?

«Какое облегчение». Было бы печально, если бы та, другая Твигги вернулась из плена, а я пропала навсегда. Но и то, что будет, не лучше. Тут и так немаленькая петля времени, а теперь в ней будет другая. И так круг за кругом.