Елена Колоскова - Сид и император (СИ)

— Если что-то написано высшими Силами, то не нам, простым людям, менять линии судеб. Пряха держит все нити вот так, — крепко сжал он кулак и осклабился. — И ткет свое полотно. Нельзя спорить с судьбой и бороться с неизбежностью.

Второй маг замолчал, получив пищу для размышлений, а я опять задумалась, смогу ли изменить то, что уже предрешено.

Наконец вдали показались белоснежные стены Ламары, до того нагретые на солнце, что даже издали виделся дрожащий ореол над раскаленной каменной кладкой. У меня все просто запело в груди! Неужели конец путешествия?! Прямо не верилось…

Конец жаре и пыли, которая покрывала все вокруг, скрипела на зубах и забивалась в глаза и нос. Конец тряске на лошади. Конец приевшейся солонине и жесткому вяленому мясу, которое невозможно разжевать. В пути все незаметно сузилось к таким примитивным, чисто телесным потребностям.

Внезапно я подумала, что уже два месяца ничего не читала…

Когда мы подъезжали, нас встретил патруль. Декурион Хью переговорил с их главным, и нас проводили за крепостные стены.

Как только мы въехали, опережая нас, верхом на лошади помчался гонец с вестью о возвращении.

Оказывается, уже готовили вторую группу, но Оракул сказала, что скоро все разрешится само. Так и оказалось.

— Сам Вечный Император пожелал возглавить отряд, — рассказывал один из стражников.

Ну и ну! Столько чести — мне одной? Не верю. Почему? Ответа я не находила. Я знала, что Император отчего-то интересуется мной. Но чтобы настолько? Рисковать собой ради моего спасения… Вопреки расхожему мнению, он тоже был смертен и мог умереть насильственной смертью. И сотни неудачных покушений — тому пример.

Наша взмыленная и грязная компания наконец добралась до городской управы. Не успели мы подъехать, как навстречу с радиальной улицы вылетело несколько скакунов. Во главе был сам Император Джедия в светлых парадных одеяниях и золотых фибулах, придерживающих плащ с двух сторон. Казалось, он сорвался с места посреди какого-то торжества или приема. Его окружала аура власти.

Бледный, с лихорадочным румянцем на скулах, горящими темными глазами под ровными дугами бровей и строго сжатыми губами, знакомым тонким носом с горбинкой… Эта картина, казалось, навеки запечатлелась в моей памяти.

«И все-таки — похож!» — кольнула сердце предательская мысль.

А Император резко осадил своего скакуна рядом со мной, неверяще глядя на меня, словно не узнавая под многодневным слоем грязи и пыли. А потом перегнулся, снял меня с лошади и усадил в седло перед собой.

— Жива!

Глава 14

Меня разместили во временной резиденции Императора, в роскошном здании на окраине города, принадлежащем отставному военному, господину Гальего. Тому самому, с которым я раскланивалась на том достопамятном приеме у герцогини и даже немного потанцевала…

Он с трудом узнал меня, но когда узнал, не сдержал удивления. Отставной военный, он говорил, как есть. Но чаще многозначительно молчал, хотя его мнение и так было ясно. Похоже, моему императору это даже нравилось.

Господин Гальего не одобрял присутствие в доме посторонних, хотя и не высказывал в открытую недовольство самоуправством Императора. Впрочем, когда меня отмыли и переодели, он сменил гнев на милость.

Его сын тоже меня узнал. Он повзрослел и, как я узнала от него, даже участвовал в недавнем военном конфликте с Тета. Внешне он все тот же, но робость ушла, и он теперь больше напоминает отца. Сильные переживания закаляют личность.

Мне не дали вернуться домой, чтобы переодеться, но здесь было все необходимое. По моим меркам подгоняли готовые платья и шили обувь. Служанки помогали мне причесываться, купали, мазали какими-то особыми маслами, отбеливали «плебейский» загар и подпиливали тонким рашпилем ногти… В общем, делали все, чтобы я вновь стала похожа на женщину. А я охотно отдалась в их знающие руки, потому что давно позабыла о такой роскоши.

Дюжина новых платьев и никакой домашней работы! Что еще нужно женщине, чтобы стать счастливой? Но я отчего-то не ощущала довольства жизнью. Такие милые сердцу мелочи не могли меня отвлечь. Если бы только мой ум был проще организован, возможно…

Я завтракала и обедала в своих покоях, принадлежащих ныне покойной жене господина Гальего, а ужинала в компании владельца дома. Меня явно решили откормить, предлагая самые изысканные блюда. Иногда я ела прямо на кухне в компании слуг, узнавая последние новости из города.

Стража не разрешала мне сделать и шага за ворота особняка. Даже прогулки ограничивались внутренним двориком… Скука!

Я разведала все, что было интересного в этом доме. В библиотеке преобладали труды по военному делу. От нечего делать я начала читать хроники первого вторжения в Ламару. В конце концов, это мне пригодится, когда я прибуду на место. Я все еще не оставила идеи вернуться в прошлое.

Когда Император привез меня в этот дом, я удивилась.

— Разве вы не остановились во внутреннем городе? — спросила я, полуобернувшись к нему, хотя это было непросто сделать, сидя на лошади.

— Сначала — там, а теперь здесь, — вот и все, что он ответил на мое любопытство.

Наверное, переселение как-то было связано с герцогиней и всем случившимся. Или ему просто надоело продираться через все посты охраны внутреннего города.

Когда он усмехнулся, я вновь вздрогнула от чувства узнавания. Как такое может быть? Спросить?

— Мой император… — начала я.

Как хорошо, что толком не видно его лица, да и моего тоже.

— Что?

— Вы мне напоминаете одного мужчину. Я никак не могу отделаться от этого ощущения…

Император ослабил поводья, и его свита остановила своих лошадей вслед за ним. Я что-то не то сказала? Отчего-то мне стало очень страшно.

— И кто же это? — вкрадчиво, обманчиво ласково спросил повелитель.

— Мой муж.

Он резко выдохнул… А потом крепче прижал меня к себе левой рукой, свободной от поводьев. Силы! Даже прикосновение похоже. В животе у меня порхали бабочки.

— Я даже догадываюсь, какой по счету, — сказал он, очевидно, чем-то очень довольный.

Я-то думала, что обидела его, а он уже знал. Ну, конечно! Его не могли не посвятить в подробности моей личной жизни. Я знала, что у повелителя на меня целое досье, и он даже сделал запрос в Рэнс. И все равно мне непонятно… Ручаюсь, что в нем есть малая толика крови волшебного народа. Иначе как объяснить такие странности.

Наверное, я слишком громко вздохнула, так что Джедия рассмеялся и снова тронул лошадь, не считая нужным что-то объяснять.