Александр Арбеков - О, Путник!

— Всё хорошо, Барон! Всё отлично! — весело крикнул я. — Крепкий сон — залог здоровья! Я хочу ещё некоторое время побыть один, подумать, поразмышлять о судьбе Империи. А, вообще, как там дела, во внешнем мире!? Что там происходит? Есть ли известия от БАРОНА?

— Всё идёт своим чередом, я готов доложить Вам оперативную обстановку, Сир, — несколько напряжённым голосом ответил ШЕВАЛЬЕ.

— Давайте сделаем это немного попозже. Всё-таки на дворе ещё сравнительно раннее утро. Встретимся ближе к обеду.

— Хорошо, Сир!

— Кстати, как там ГРАФИНЯ!? — спросил я и замер в тревожном ожидании ответа.

— Ещё не пришла в себя, Государь. Нам бы собрать врачебный консилиум. Но где взять врачей?

— Ладно, всё обсудим чуть попозже. До встречи!

— До встречи, Сир.

Я некоторое время задумчиво посидел на кровати, идиотски улыбаясь, потом моя слегка дрожащая рука потянулась к кувшину с Можжевеловкой.

— Пить с утра вредно, тем более эту тёплую гадость, дорогой, — вдруг раздался из-под кровати насмешливый голос.

Я от неожиданности подскочил на месте. Ах, чертовка! Ну что за женщина! Какая, однако, прелесть! Я для неё уже просто «дорогой». Правильно, чего мудрствовать и тянуть время!? Быка надо брать за рога сразу, быстро и решительно, иначе получишь под зад этими самыми рогами.

— Что ты там делаешь, моя ненаглядная? — я заглянул под кровать.

— Думаю, — обнажённая девушка лежала на спине, глаза её были закрыты.

— Я забыл тебя спросить об одной вещи, свет моих очей, — пробормотал я, опускаясь на пол и неловко ложась рядом с МАРКИЗОЙ.

— О чём, Мой Король?

— Обожаю, когда ты так говоришь. А можно повторить ещё, но с хрипотцой, и словно в последний раз?

— Я люблю Вас, Мой Король! Я люблю Вас, Мой Король!

Я мгновенно возбудился, попытался залезть под кровать, но у меня это не получилось. Габариты не те. Приподнять кровать не удалось, так как её ножки были крепко прикручены к полу внушительного вида болтами. Не ломать же своё собственное и единственное ложе?

— Что ты делаешь, успокойся, — весело воскликнула девушка, каким-то чудом ловко и стремительно проскочив между мной и ножкой кровати. — Пора перекусить. Я страшно голодна. Очень голодна. Да, — секс с БЕССМЕРТНЫМ, — это кое что!

— И много у тебя было Бессмертных?

— Мало. Один. ПРЕДСЕДАТЕЛЬ… Нас вообще мало. Всего тридцать человек на всю планету, увы.

— О, как, ишь, ты, однако!

— Не люблю, когда ты так говоришь!

— Извини, больше не буду.

— Ты хотел о чём-то меня спросить? — МАРКИЗА подошла к окну, потянулась.

Я залюбовался ею. Она была похожа на девочку-подростка, которая уже вроде бы и не подросток, но ещё и не женщина. Точёная изящная фигурка, стройные, длинные, в меру худые ноги, соблазнительная попка, тонкая высокая талия и узкие, но идеально выточенные бёдра, гладкие, чуть-чуть округлые плечи, красивая шея, миниатюрные ушки. Всё было в её фигуре идеально, доведено до совершенства. Ах, да, я не упомянул ещё о маленькой и упругой груди! Кто же создал такое чудо!?

— Так о чём ты хотел меня спросить?

— Ты неоднократно демонстрировала свои способности к телепатии. У меня они почти отсутствуют. Имеется, правда, какая-то телепатическая связь со ЗВЕРЕМ, но на довольно примитивном уровне.

— Ничего, тебе надо немного потренироваться, вот и всё. Поверь мне, телепат ты намного более сильный, чем я. Кровь, однако…

— И всё-таки, что с моей кровью не так, — снова насторожился я.

— Всё с тобою нормально, не волнуйся, — тяжело вздохнула девушка. — Так мы будем завтракать, или нет?

— Сейчас кого-нибудь кликну. Зря я отпустил ШЕВАЛЬЕ.

— Не надо никого звать. Я хочу побыть с тобой наедине, — страстно прошептала МАРКИЗА, прижимаясь ко мне всем телом. — Только ты и я, и никого более!

Я мгновенно возбудился.

— О, о, о… — улыбнулась инопланетянка, чуть отстраняясь и с восхищением разглядывая мой член. — Однако, ишь, ты, о, как!

— Вот так, — засмеялся я, поднял МАРКИЗУ на руки, стал, задыхаясь, целовать её рот, шею, ушки, грудь, живот, бёдра и коленки.

Она задрожала, застонала. Мы повалились на кровать, продолжили любить друг друга с такой силой и страстью, что перед самым наступлением оргазма ложе не выдержало творимых над ним издевательств и с противным скрипом и треском обрушилось под нами. Мы упали на пол, намертво, как навсегда, сцепившись друг с другом, и стонали и кричали что-то бессвязное, дикое, не сопротивляясь наслаждению и желанию, и всё продлевали и продлевали их, стараясь стать частью сладкой бесконечности. Через некоторое время наступили покой и тишина. Ещё чуть позже мы пришли в себя, посмотрели друг на друга, рассмеялись.

— Да, такого не может быть, потому, что не может быть никогда, — слабо и обессилено произнесла МАРКИЗА.

— Да, уж… — прохрипел я.

— Давай немного передохнём и…

— Снова займёмся сексом? — прервал я девушку.

Она нервно вздрогнула, решительно отодвинулась от меня, насмешливо и укоризненно погрозила мне пальчиком, потом медленно отползла под стол и легла под ним на живот. Я стал лениво любоваться её чудной упругой попкой.

— Ужас какой-то! Немедленно уберите от меня этого сексуального маньяка и извращенца, — слабо сказала МАРКИЗА в пустоту.

— Вспомнишь ещё обо мне, моя дорогая, когда-нибудь и где-нибудь в далёких и холодных просторах Вселенной!

— Возможно, возможно, Мой Король…

— Моя МАРКИЗА, позвольте, я приглашу вас на третий тур нашего прекрасного любовного танца? — немедленно встрепенулся я.

— Нет, нет, нет! Пока хватит! Кстати, — девушка вдруг ожила, села на пол. — А ты подписал соответствующий Указ? Ну, я о моём титуле?

— О, женщины!!! Везде, всегда и всё одно и тоже!!! — с досадой и печалью воскликнул я. — А если бы я был пастухом, свинарём, рыбаком, плотником или поваром, но, само собой, с очень хорошей потенцией, что тогда? Согласилась бы ты стать пастушкой, рыбачкой или ещё кем-либо иже с ними?

— Никогда!

— Я так и знал! Я так и думал! О, горе мне!

— Ну, посуди сам. Вечно пасти коз, возиться со свиньями или ловить рыбу, — это же ужасно! Разве это удел Бессмертных? Да, если человек смертен, то эти занятия для него очень неплохи, а если он бессмертен, то исключено! — устало произнесла девушка.

— Подожди, подожди… Если я тебя правильно понял, то в том случае, если бы ты была смертной, то отдалась бы и стала спутницей жизни любому представителю указанных мною весьма полезных и уважаемых профессий? — ухмыльнулся я.