Отвергнутая жена. Хозяйка ледяных земель (СИ) - Катрин Алисина

Эйс идет ва банк. Ему во чтобы то ни стало нужно получить мое согласие. Интересно, почему? Почему ему так сильно нужно продать земли?

Ему, Анбере. Да всем. У рода Эдельред проблема с финансами? Не похоже. Слишком они вырывают земли друг у друга из рук.

Мои земли.

Неприязненно смотрю на мужа.

— Шантажировать детьми, это низко, Эйс, — холодно парирую я.

— Покажи земли Хайсу, — ядовито усмехается Эйс. — Он достойный покупатель. Выполни приказ мужа, и я подумаю о твоей встрече с детьми.

Глава 46

Хайс Драгхон да'ар Эдриндир

Вот же… судьба, издеваешься?

За окнами северного замка Ледяного края бушует метель. Покачиваю в руках глиняную чашку с горячим чаем.

Роксана не выходит из головы.

Я заметил ее сразу. Но не из-за внешности. Нет.

Красива? Да. Но этого мало.

В Роксане… нечто большее, чем внешность. Осанка. Спокойствие. Сила.

Прямой взгляд. Сильная речь настоящей хозяйки земель.

Она не заискивает. Не играет. Она — настоящая.

Не просто женщина — женщина, с которой можно жить. Строить семью. Воспитывать детей.

Настоящая. Не как другие. Совершенно… потрясающая. Она смотрит, говорит, движется — и я вижу в ней свою женщину.

И она замужем.

Усмехаюсь. Звучит как насмешка судьбы. Скажи мне кто раньше, что я так буду смотреть на чужую жену, этот кретин бы надолго запомнил, чем чревато оскорбление огненного дракона.

Я бы мог убеждать себя, что мне все равно. Но внутри вскипает. Не ревность — ярость. Она могла быть моей. А значит, могла быть счастлива.

А она — прикована к тому, кто видит в ней трофей. Пытается что-то доказать мужу, управляя опасным Ледяным краем.

Она не просто замужем — она жена Эйс'Драгона да'ар Эдельред. Ледяного дракона. Этого… холодного, как его стихия интригана.

Демон побери.

Но я уважаю, это ее выбор. Хотя и злюсь.

Я не собираюсь соблазнять чужую жену. Измена — это гниль. Не хочу пачкать ее в такой грязи. Даже ее имя.

Это значит стать тем, кого я презираю.

Но как же раздражает…

Что лучшая женщина — уже связана с тем, кто ее недостоин.

Я позволяю себе только проследить, чтобы она не страдала. Вмешаться, чтобы яд был заблокирован. Защитить.

Пусть и от ее собственного мужа.

И если когда-нибудь она придет ко мне не как чужая жена, а как свободная женщина… Клянусь, я заберу ее навсегда.

И никто не посмеет встать между мной и моей семьей.

На мгновение прикрываю глаза, позволяя себе ощутить, что Роксана стала моей. Император позволил ей развод. И никто больше не стоит между нами.

Открываю глаза.

Ловлю себя на том, что улыбаюсь.

С удовольствием отпиваю горячий чай с ягодами и еловыми иголками, ароматный, согревающий.

Поглядываю на потрескивающий огонь в камине.

А затем выбрасываю пустые идеи из головы. Я предпочитаю твердо стоять на ногах, а не утопать в пустых фантазиях. Развод? Смешно. Император не позволит. А я не стану валять имя Роксаны в грязи измен.

Но это не значит, что я отвернусь и не стану действовать.

Я жду.

В покои заходит Дрегор. Мой лучший акрос и моя правая рука. Начинает без предисловий.

— Мы предполагаем, что это начальник стражи леди Анберы, Теобольд, — отчитывается Дрегор. — Он организовал нападение на леди Эдельред. И теперь исчез.

— Это приказ леди Анберы? — я испытываю некоторое недоумение. Они одна семья. Но Анбера уже пыталась вырвать владения из рук Роксаны. Неужели пошла и на такое?

— Нет, — качает головой Дрегор. — Леди не знает о предательстве Теобольда. Лорд Эдельред в ярости. Он тоже ищет нападавшего. Но ему будет сложнее. У нас хорошие связи с местными. Мы раньше найдем этого предателя.

— Хорошо, — киваю я. — Выясните все и отдайте зацепки людям Эйс'драгона. Они разберутся сами.

— Вы уже второй раз хотите отдать всю славу ему? — спрашивает Дрегор.

— Славу? — усмехаюсь.

— Да, в первый раз, без вас, да'ар, леди Эдельред бы упала на землю. И будем честны, да'ар Эдельред не справился бы без вас. Но вы выставили все так, словно вы лишь ассистировали, — едва заметно хмурится Дрегор.

Он, как и я, большой противник лжи и интриг.

— Я не хочу влезать в их отношения, — отрезаю я. — Не хочу вносить еще больший разлад только из-за того… — я замолкаю.

Из-за чего? Из-за чего я вообще в это полез? Приказал искать нападавшего даже не на мою жену, не на моей земле.

Но я не мог иначе. Не переношу подобную несправедливость. Напасть, чтобы запугать и убедить отдать земли. Это… подло. А как только я думаю, что кто-то позволил подобное в отношении Роксаны… внутри закипает настоящая ярость.

Сжимаю кулак. Замечаю, как нагревается чашка чая, которую держку в другой руке. Чай тоже закипает и принимается булькать.

Усмехаюсь.

Успокаиваюсь.

Ставлю чашку на стол.

Устало тру переносицу.

Из-за чего так трепетно отношусь к Роксане?

Из-за того, что она красивая женщина? Из-за того, что хочу забрать ее себе? Хочу, но не должен. Не должен даже хотеть этого.

— Найдите нападавшего и передайте информацию Эйс'драгону, — приказываю я. — И поменьше вопросов, Дрегор.

Глава 47

Роксана да'ар Эдельред

Некоторое время мы еще беседуем с Эйсом. Делаю вид, что просто хочу поговорить с ним, ведь скучаю, но на самом деле пытаюсь получить сведения о себе и своей жизни. Точнее, жизни Роксаны.

Такая яркая реакция на детей заставляет меня беспокоиться. Почему я так реагирую?

Сначала я решила, что дело в инстинктах, я просто хочу их защитить.

Но теперь сомневаюсь. Они ведь не мои дети. А Роксаны и Эйса. Я их даже никогда не видела.

И я кое-что понимаю.

Чем дольше я нахожусь в теле Роксаны, тем сильнее сливаюсь с ней. Становлюсь Роксаной. Слишком яркие чувства, которые она испытывала влияют и на меня.

И если Эйс захочет этим воспользоваться… я не проиграю, нет. Но я должна быть настороже.

А после, когда остаюсь наедине с собой, я собираю информацию воедино, чтобы понять о новой себе чуть больше.

Ниссу выдает замуж император. Потому что ни одна ниса не должна оказаться среди обычных людей. Кровь и сила драконов должны быть переданы новым поколениям. Даже если для этого придется взять в круги аристакратов безродную бастардку.

Император же дает приданое девушке. Ледяные земли — мое приданое. Они принадлежат мне. Да, править ими смог бы тот, кто смог повести за собой народ. Но продавать их, владеть ими, могу только я. И могу передать их кому-то