Девичник в космосе (СИ) - Серебрянская Виктория

Я улыбнулась шире, беря в руки ложку:

— Не расстраивайся. Для начала и это неплохо. Потом можно добавить болтушку.

Обедали мы в тишине, изредка нарушаемой лишь глухими звуками контакта одноразовой посуды и одноразовых бумажных контейнеров для еды. Потом так же молча убрали за собой. И только после этого Шрам кивнул на дверь и спросил:

— Идем? Парни ждут.

Я тоже кивнула. Молча.

Пока шли по коридорам, я пыталась под аккомпанемент наших шагов понять, что меня так напрягало во всей этой истории. Что-то было не так. То ли поведение Шрама выбивалось за рамки привычного. То ли смущало то, что я собиралась сейчас сделать. То ли предложение яоху помочь отомстить. Я как-то привыкла все больше работать в одиночку. Да и готовили меня именно к такому. Может, из-за этого я сейчас испытывала странный, мучительный дискомфорт? Словно моя жизнь снова делала крутой вираж. Как тогда, когда Милата откуда-то притащила в лабораторию рекламную брошюру с информацией о круизе… А вот интересно, что на самом деле сталось с кораблем? Ведь на нем было очень много разумных. Неужели…

— Оля, — неожиданно остановившись и взяв меня за руку, Шрам невольно прервал мои мучительные раздумья, — прошу тебя, не торопись отказываться от предложений Оруэла. Даже если тебе и покажется, что он слишком сильно и слишком нагло вторгается в твою личную жизнь. Дело в том… — Шрам поколебался, вглядываясь в мои глаза. А потом решительно сообщил: — Именно Оруэл единственный из нас потерял очень и очень много после того, как его модифицировали: жену, сына, налаженный и приносящий немаленький доход бизнес, положение в обществе и политическую карьеру. Он долго и очень болезненно это переживал. Строил какие-то планы. Он очень хотел отомстить. Если не вернуть свою прежнюю жизнь. Но потом, видимо, понял, что его планы совершенно нежизнеспособны и неосуществимы. Я думал, он смирился. Но, как оказалось, нет. Не смирился. Или же твоя история разбередила старые раны. В общем, не отказывайся от его услуг. Дай Оруэлу возможность почувствовать себя нужным. Хотя бы в качестве подручного поучаствовать в мести тем, кто так или иначе разрушил его жизнь.

От неожиданности я открыла рот, но не смогла подобрать слова для ответа. Посмотрела на Шрама, внимательно глядящего мне в лицо. Закрыла рот. Подумала. И неловко кивнула. В конце концов, кто я такая, чтобы отбирать у человека мечту? Ладно, не у человека. Но все равно.

В комнате, у которую привел меня Шрам, собрался, наверное, весь свободный от вахты экипаж звездолета. Быстро пробежавшись взглядом по лицам, я с облегчением вздохнула: все, кого я лечила, здесь присутствовали. Один игумар из «моих» даже шутливо отдал мне честь.

Помещение, в которое меня привел Шрам, предназначалось для проведения досуга командой. Мягкие диванчики по периметру комнаты, видео панели на стенах и планшетники на столах. Буканьер заботился о своей команде.

Я глазела по сторонам, чтобы скрыть свою неловкость от присутствующих. Но вышло еще хуже. Пока я разглядывала помещение, Шрам оставил меня на пустом пятачке в центре комнаты, у всех на виду. А сам сел на свободное место слева от входа. И я неожиданно оказалась словно на сцене. От полутора десятков внимательных взглядов по коже пробежал мороз.

Спустя пару десятков секунд неловкой, тяжелой, давящей тишины, в течение которых я не знала, куда деть глаза и вообще старательно давила в себе желание выскочить за дверь и сбежать, подал голос сидящий в самом дальнем углу Оруэл:

— Ольга, все, здесь присутствующие, хотят принять посильное участие в свершении мести. Конечно, у большинства просто не хватит знаний, чтобы делать квалифицированную работу. Но парни согласны даже сдавать кровь для твоих экспериментов, если это поможет. К тому же, среди нас есть один неплохой хакер. А я хорошо знаю структуру бизнеса изнутри. В общем, рассказывай, что ты задумала, мы поможем. Кто-то в благодарность за спасенную жизнь, кто-то в отместку за утраченного друга и побратима, а кто-то и просто из чувства солидарности. — У меня неожиданно навернулись на глаза слезы от чувства щемящей благодарности и переизбытка чувств. А Оруэл продолжал, словно не замечал, что со мной происходит: — Я могу вместе с хакером заняться вопросом тех самых, упомянутых контрактов и завещаний. Пока ты будешь дорабатывать свое изобретение. Если удастся утереть нос этим гадам, это будет праздник. А может быть, у нас вообще получится сделать подлянку Тейту, за то, что пустил нас в расход, не предупредив, что нас ждет. Было бы отлично ему подгадить. Ведь если бы Шрам не привел на корабль тебя, никого из нас уже в живых бы не было.

От долгой и сумбурной речи яоху я расчувствовалась окончательно и не смогла сдержать всхлип. Но спустя пару секунд, сумев слегка успокоиться, я судорожно кивнула:

— Спасибо!.. И… Я подумаю, как можно «подсластить» Тейту жизнь. Так, чтобы она ему больше не казалась медом.

В конце концов, сошлись на том, что я занимаюсь доработкой своей сыворотки. Оруэл с хакером займутся вопросом брачного контракта, завещания и нынешнего положения Стейна в обществе. Где-то на задворках сознания у нас обоих зудела мысль, что что-то со Стейном нечисто. Остальной экипаж будет отдыхать, прорабатывать замену погибших товарищей, приводить корабль в порядок после стычки с засланцами Тейта. Но когда все начали расходиться, я все же перехватила яоху.

Оруэл внимательно посмотрел на меня своими змеиными, желтыми глазами с пульсирующим вертикальным зрачком:

— Что-то не так, Ольга?

Я замялась. Но потом отвесила себе мысленную затрещину: буду ломаться, как девица на выданье, ничего не получится точно. А так, как говаривали у нас на Земле: за спрос не ударят в нос.

— Оруэл, скажи, пожалуйста, а можно хотя бы попытаться узнать судьбу лайнера «Трион»? Почему-то мне теперь кажется, что с этим круизом тоже было не все чисто. Я считала, что Стейн и Милата погибли при захвате лайнера пиратами, Милату я лично в состоянии сильного опьянения довела до ее каюты. А позже начался пожар. И я считала, что она задохнулась в дыму и позднее сгорела. — У меня оборвалось дыхание. Пришлось на пару секунд замолчать, чтобы потом подавленно закончить: — Пока не увидела их обоих на видеозаписи. А ведь рекламу этого круиза именно Милата мне и подсунула.

Оруэл и стоящий рядом со мной Шрам переглянулись. Шрам прищурился:

— Что за круиз?

— На Фалькон -5. Милата откуда-то притащила рекламную брошюру, расписывающую прелести путешествия на планету удовольствий, и я загорелась провести там свой девичник перед свадьбой. — Шрам и Оруэл как-то странно переглянулись. И я просто не смогла не спросить: — Что? Что-то не так?

— Пока не знаю, — Шрам задумчиво потер подбородок. — Но обязательно разберусь, не волнуйся, Оля. — А потом и вовсе, как маленькую, погладил по голове: — Не волнуйся, я разберусь с этим круизом. Что не найду в сети, добуду по своим каналам.

И все же реакция Шрама и Оруэла меня почему-то изрядно напрягла. Наверное, я все же нюхом учуяла, что там не все чисто. Жаль, что это слишком поздно пришло в мою голову.

Наверное, что-то все же отразилось у меня в глазах. Потому что Шрам вздохнул, но расщедрился на объяснения, увлекая меня за собой в сторону нашей каюты:

— Понимаешь, Оля, сотворить подставной круиз очень и очень сложно. Практически нереально. Я вот так, с ходу, и не скажу тебе, какие ресурсы для этого нужны. И уж точно подобные расходы не стоят одного, даже самого гениального ученого. Следовательно, круиз был настоящим. И остальные его участники, кроме банды заговорщиков, как и ты, оказались в руках пиратов. Ну а если я все же ошибаюсь, и круиз подставной, тогда главная его цель явно не ты, прости. Но в любом случае в наших же интересах как можно быстрее с этим разобраться. Лишние козыри еще никому и никогда не оттягивали карман.

А дальше закипела работа. Занятия нашлись для всех без исключения. Хотя, наверное, больше всего нагрузка была у меня.