Татьяна Шульгина - Проклятие эльфов(СИ)

  -- Это ничего не доказывает, - она улыбнулась и села напротив. - Я всем довольна.

  -- Я тоже, - мрачно ответил Кристиан. Аппетита совсем не было. Он взял кубок и запечатанный кувшин, оплетенный соломой.

  -- Мое платье уже никуда не годится, - продолжала беззаботно жевать девушка. - Просто лохмотья. Может, как Бьянка, нацепить форму?

  Граф ничего не ответил, делаясь все мрачнее. Вино абсолютно не помогало от терзавшей боли в груди.

  -- Почему ты бросил ее? - спросила Ева вдруг, тем же беззаботным тоном, каким рассуждала о платье.

  -- Что? - Кристиан посмотрел на нее. - Ты знаешь.

  -- Я знаю только, что ты принял решение разорвать с ней все отношения, - ответила Ева. - Хотя мог без труда вернуть.

  -- Ей от меня одни беды, - граф оставил ужин и вернулся на кровать.

  -- Если ты заметил, теперь все мы в одинаковом положении, - Ева сидела за столом, наблюдая за собеседником. Кристиан поставил локти на колени и опустил голову на руки.

  -- Теперь ни король, ни твоя бедность не мешают вам быть вместе, - продолжала девушка. - Она, конечно, злится из-за измены и всякой ерунды, но ты же знаешь, что это не главное.

  -- Да, это не главное, - кивнул Кристиан, не поднимая головы.

  -- Так почему? - Ева подошла к нему и села рядом. - Я не поверю, что ради меня.

  Кристиан хмыкнул, подтверждая ее слова.

  -- И не от злости, как ты пытался ей внушить, - продолжала она. - Злодей из тебя, мягко говоря, неважный.

  -- Она слишком хороша для меня, - произнес граф. - Я слишком люблю ее, чтоб обрекать на жизнь с демоном.

  -- Значит, я была права, - сказала Ева задумчиво. - Благородство.

  -- Зачем тебе это? - Кристиан поднял голову и посмотрел на девушку. - Хочешь, чтоб я вернулся к ней? Только не говори, что мое счастье сделает тебя счастливой, иначе я тебя ударю.

  Ева усмехнулась, как всегда лукаво прищурившись.

  -- Бредни, - сказала она.

  -- Я тоже так думаю, - граф поправил подушку и лег на кровать поверх одеяла. - Но со мной у нее нет никаких шансов на нормальное счастье. И у тебя, кстати, тоже.

  -- Вот уж нет, - возразила Ева, присев рядом. - Я вполне счастлива.

  -- Я тебе завидую - граф закрыл глаза. Разговор с Евой помог ему. Больше никому он не мог рассказать того, что рассказал ей.

  -- Давай перейдем на другой корабль, - предложила она неожиданно.

  Граф задумался.

  -- Я попрошу принца. Придумаю что-нибудь правдоподобное, - Ева положила руку на грудь мужчины. - Мы будем там вдвоем и ты забудешь о ней. Да и с Мадленой мы вряд ли подружимся.

  Он открыл глаза:

  -- Хорошо, проси принца.

  Глава десятая

  "Защитник".

  26е. Второй весенний месяц.

  На следующий день Виктор попросил всех пассажиров флагмана собраться на обед в столовой. Во главе стола сидела королева-мать, как самая почетная персона на корабле. По правую руку сел ее сын, по левую новообретенная дочь Ева. Николь Виктор усадил рядом с собой. Около Николь села Бьянка, все еще состоявшая в статусе фрейлины. Напротив Николь сидел граф, а рядом с ним князь Прауд. Мадлена и Джек сидели рядом с князем и Бьянкой. На другом конце стола место занял капитан Морис и его старший помощник.

  -- Я попросил вас покинуть каюты, - начал Виктор, поднявшись, - чтоб сообщить, что корабли наши следуют в Иджу, где мы будем просить временного убежища и помощи в войне с темными.

  Все и так уже знали, куда следует эскадра, но никто не смел ничего говорить вслух.

  -- Все вы, кроме, конечно, нашей гостьи, волшебницы, мои подданные, - Виктор посмотрел на Мадлену. В его взгляде теперь было гораздо меньше враждебности по отношению к ней, но он все еще был холодным и официальным. - Поэтому я отвечаю за вашу дальнейшую судьбу и благополучие.

  Николь не слышала слов Виктора, блуждая взглядом по тарелкам и иногда поднимая его на графа. Кристиан, казалось, не замечал ее. Ева же, напротив, зорко следила за соперницей. Бьянка взяла подругу за руку.

  -- Не сдавайся, - шепнула она.

  Николь неуверенно кивнула и повернула голову к стоявшему рядом принцу. Он опирался на стол, высказывая свои соображения относительно дальнейшего путешествия. Девушка приложила все усилия, чтоб не поворачивать голову в сторону сидящих напротив, и сосредоточила свое внимание на руках брата. Он не носил колец, как богатые феодалы, но руки его были ухоженными, а запястья тонкими и бледными. Николь посмотрела на свои руки, чтоб найти какие-нибудь сходства. Ее рука, безусловно, была меньше, а форма ногтей совсем другая. Принцесса вздохнула, задумавшись, кем могли быть ее настоящие родители.

  -- Но хочу, чтоб вы знали, - Виктор вдруг положил руку ей на плечо, видимо услышав ее вздох. - Мы вернем нашу страну и восстановим погибший город.

  Николь посмотрела на брата и улыбнулась, когда он повернул голову в их с Бьянкой сторону.

  -- Мы знаем, мой мальчик, - королева не выдержала и пустила слезу.

  -- Мы поддержим вас, Ваше Величество, - произнес решительно Гордон. - Прауды всегда к вашим услугам.

  -- Благодарю, князь, - Виктор кивнул, продолжая держать руку на плече сестры. Николь почувствовала себя нужной хоть кому-то. Невыносимое чувство одиночества немного отступило. Она даже забыла о графе, но он напомнил о себе, пообещав принцу свою поддержку.

  -- В Иджу живет много потомков литиатов, - произнесла Мадлена задумчиво. - Вы получите поддержку их всех.

  -- Вряд ли я имею право просить их об этом, - возразил Виктор.

  -- Их не нужно просить, - волшебница говорила мягко, но новый король едва ли нравился ей больше, чем старый.

  -- Мы будем на месте через шесть дней, - продолжал Виктор. - Если ветер будет попутным.

  Он сел, и повар подал ужин. Королева взяла сына за руку.

  -- Ты так похож на отца, - сказала она, все еще промокая набегающие слезы. Николь посмотрела на Виктора. Новый король Вандершира был достойным преемником. Решительный, бесстрашный и властный. Форма и длинные волосы, заплетенные в косу, твердый непреклонный взгляд зеленых глаз всегда выгодно выделяли его среди изнеженных придворных, одетых в кружева и шелка.

  Бьянка тихо вздохнула. Николь повернулась к ней.

  -- Теперь я скажу тебе "не сдавайся", - тихо шепнула она. Фрейлина вернулась к еде.

  -- Он забыл о моем существовании, - сказала она.