Железная корона - Матильда Старр

Огромный заголовок гласил: «Кто такая Аллиона Брентор?».

Нельзя сказать, чтобы это выглядело пугающим. После той шумихи, которую устроил вокруг моего имени императорский летописец, этот вопрос интересовал многих.

Я стала быстро пробегать строчки глазами и вдруг споткнулась о знакомое имя: Гресильда. По спине тут же пробежал холодок. Вряд ли от злобной тетки, которая отравила несколько лет моей жизни и чуть было не продала меня замуж за старика барона, можно было ожидать чего-то хорошего. Впрочем, что такого особенно ужасного она могла про меня рассказать?

Однако уже через пару минут я поняла, насколько наивно это предположение. Гресильда могла, да еще как.

Оказывается, моя мать меня где-то нагуляла. Это станет очевидным каждому, кто взглянет на портреты четы Бренторов и сравнит их с моим: никакого сходства. И наверняка спуталась с каким-нибудь темным магом, а иначе откуда у меня появился этот демонов дар?

Когда Гресильда по доброте душевной приютила сиротку, она и не предполагала, с чем столкнется. Девчонка, то есть я, дерзила, изводила слуг (боги, каких слуг, их же не было!), воровала вещи. Бедняжка Гресильда не знала, что делать, когда в очередной раз обнаруживала свои пропавшие броши и серьги в моей комнате.

Я возмущенно фыркнула. Ну надо же, какая лгунья. Впрочем, это было еще только начало.

Главные проблема, по словам Гресильды, начались, когда я чуть подросла и у меня проявился мой демонов дар. Однажды, выйдя вечером в сад, Гресильда случайно бросила взгляд на окно и увидела, как за шторами пылают алые всполохи, а я кружусь в каком-то дьявольском ритуальном танце.

Чушь полная. Впрочем, возможно, не такая уж и полная. Похоже, тетка и правда подглядывала за мной и смогла увидеть тот самый маленький огонек магии, который я так бережно хранила. Не поэтому ли она так быстро решила сосватать меня за барона.

Как я раньше не догадалась? В самом деле, какой смысл барону от жены-бесприданницы, а вот темная магесса, как говорила Филая, — вещь в хозяйстве нужная.

Надо сказать, старику-барону в теткиной истории тоже нашлось место. Оказывается, я при помощи колдовских ритуалов приворожила бедного несчастного порядочного вдовца. Да так сильно, что он был готов на мне жениться, несмотря на мой скверный характер. Но в последний момент я передумала, видимо, поставила себе более высокую цель, и какой-то барон мне не подходил. Сбежала из дому, опозорив семью, а несчастная опекунша сбилась с ног и с огромным трудом отыскала меня (ну конечно) в школе чернокнижников. Она явилась туда, по ее словам, исключительно для того чтобы «посмотреть негодяйке в ее бесстыжие глаза». Вот и благодарность за те годы, что бедняжка Гресильда обо мне заботилась. Но никаких угрызений совести в этих самых глазах она не обнаружила. Напротив, она поняла, что бесстыжая девица спуталась с ректором академии.

В этом месте мне пришлось опереться о стену. Воздух словно выбили из моих легких ударом, и теперь я никак не могла снова вдохнуть. На глаза навернулись слезы, строчки поплыли и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы читать дальше.

Ох, эти двое точно были любовниками. Гресильде хватило одного взгляда, чтобы понять. И к тому же, с чего бы вдруг родовитому магу оформлять опекунство над какой-то там нищей девчонкой.

Впрочем, они особенно и не скрывались. Цинично высмеяли бедную старушку, осыпали оскорблениями и вышвырнули из Школы чернокнижников. Гресильда пролила по этому поводу немало слез, сделалась врагом для самых влиятельных людей в родном городке. В общем, хлебнула горя.

Со временем боль утихла, и она решила забыть о чудовище, которое столько времени жило у нее под боком. Но тут прочла в газете, что эта мерзавка собирается замуж за принца. Тут-то ей сразу стало ясно: это не просто так! Наверняка принц не сам по себе в нее влюбился. Охмурила, приворожила своей страшной темной магией. И уж точно в одиночку она такого бы не провернула. Очевидно же — сговорилась со своим любовником и они вместе решили извести бедняжку светлого принца. Тут уж она не смогла молчать. Светлой императрице жизнь и без того подбросила немало трагедий, не хватало добавить к ней еще одну.

Дальше шла целая печатная страница стенаний о том, какая я плохая и как беспечен императорский двор, если позволяет такой негодяйке влиться в их семью.

— И… что же теперь делать?

Я растерянно смотрела на Рилана.

В голове роились десятки вопросов. Читала ли императрица эту статью и не потому ли интересовалась тем, насколько свободно сейчас мое сердце? А если не читала, что будет, когда прочитает? Нас выставят из дворца? Помолвка будет расторгнута? Или император передумает и вообще не станет ее объявлять?

История, которую рассказала Гресильда, выглядела чудовищно, и что самое ужасное, правдоподобно. Ведь действительно многое так и было. Я не похожа на своих родителей, да и они, как выяснилось, и не родители вовсе. Я жила в их доме, у меня проявилась магия и меня действительно сосватали старику-барону. А когда Гресильда явилась в школу чернокнижников, чтобы вернуть свое «имущество», то есть меня, магистр Линард и правда ее выставил прочь.

И эти крупицы правды, приправленные огромным количеством лжи, смотрелись просто убийственно. Даже я, которая точно знала, что все это чудовищная клевета, читала и почти верила. А уж какое впечатление эта история произведет на тех, кто меня и знать не знает, страшно подумать.

— Я не знаю, — растерянно ответил Рилан. — Может, обсудить это с магистром Линардом? В конце концов, она оболгала не только тебя, но и его. Вполне вероятно, он что-нибудь придумает.

Мысль, конечно, здравая. Но стоило мне представить, как мы с ректором обсуждаем сплетню о том, что мы любовники, я поняла, что не хочу. Ни за что! Ну или в самом крайнем случае.

— А других вариантов точно нет? — неуверенно спросила я у Рилана. — Может, поговорим с Филаей или с призраком? Вместе мы наверняка что-нибудь придумаем. А если не придумаем, тогда уже к ректору, — я вздохнула.

Рилан не успел ответить. По коридору размашистым шагом шел Его Высочество принц Дженард. Он улыбался так искренне и беззаботно, что у меня сжалось сердце. Ну вот и как сообщить ему новости о том, что его без пяти минут невеста уже замешана в жутком скандале?

Впрочем, сообщать не понадобилось. Он увидел газету в моих руках.

— О, смотрю, вы уже читали этот гнусный пасквиль? — принц улыбался так широко и радостно, словно не считал случившееся катастрофой, а напротив, оно его забавляло. — Сколько лет ты прожила