Буря и ярость - Дженнифер Ли Арментроут

меня к тебе вопрос, — сказала я. — Ты ведь смотрел «Игру Престолов», верно?

Вспышка замешательства промелькнула на его лице.

— Да?

— Помнишь Короля Джоффри? — Я мило улыбнулась. — Ты мне его напоминаешь.

Джада издавала такие звуки, словно умирала.

Чересчур очаровательная улыбка померкла. Клей очень долго пристально смотрел на меня.

— Я понял.

— Что понял?

— Тебя.

Я подняла брови.

— Какие-то проблемы? — внезапно позади Клея появился Миша. — Потому что я хорошо помню наш с тобой разговор.

— Да, припоминаю, — Клей снова усмехнулся, поворачиваясь. Он посмотрел на Мишу и похлопал его по плечу. — В один прекрасный день.

С этими словами Клей отошёл. Он вскинул руки и откинул голову назад, издав рев, который никак не походил на человеческий.

Я перевела взгляд на место, где сидели Зейн и Дез. Оба смотрели сюда, и мои плечи поникли. Конечно же, они всё это видели.

— Он осёл, — проворчал Миша, оглядываясь на Клея через плечо. — Не могу поверить, что у него хватило наглости поговорить с тобой.

— Ну, так… так что случилось? — спросила Джада.

Я ответила, прежде чем Миша рассказал бы всё за исключением того, что я вышвырнула Клея в окно.

— Это, да, я немного шокирована, что он вообще заговорил со мной.

Джада свирепо смотрела в сторону Клея.

— Тьерри перенёс его Чествование?

Я кивнула.

— Хорошо.

— Это очень важно, — Тай наклонился вперёд. — Не пойми меня неправильно. Клей заслужил это и даже больше. Но как бы мне не было больно признавать это, на самом деле он действительно хороший и опытный Страж. Его почти невозможно уложить в классе. Он быстр, и не только в форме Стража.

— Ну, он сам навлёк это на себя, — подавив очередной зевок, я встала и протянула свой коктейль Джаде, чтобы она допила его. — Я собираюсь домой.

— Почему? — беспокойство исказило черты её лица. — Из-за Клея? Если так, то не позволяй ему испортить тебе вечер.

— Нет, дело не в нём. Я действительно очень устала, — я честно ей ответила.

Джада выглядела так, будто не поверила мне, но промолчала.

— Хорошо, — сказал Миша. — Только дай мне попрощаться с Алиной.

— Нет. Останься.

Я протянула руку и погладила его по голове. Он попытался замахнуться на меня, но я ловко отскочила в сторону от его руки.

— Я всего лишь возвращаюсь в дом. Мне не нужна нянька.

Миша колебался.

— Я напишу тебе, как зайду в дом, хорошо?

— Хорошо, — согласился он через мгновение.

Я не стала терять времени, Миша в любой момент может передумать и оставить Алину сидеть возле огня. Попрощавшись, я обошла диван и оглянулась через плечо на гирлянды.

Дез и Зейн всё ещё были там, и я быстро отвернулась.

Я пошла в сторону дома. Хорошо, что Миша не знал о моей вчерашней встрече Зейном.

Или то, что я сказала Зейну.

Я до сих пор ругала себя за это, но если бы Миша знал, он бы сейчас шёл рядом со мной, вместо того, чтобы наслаждаться обществом Алины.

Пока я шла домой по тротуару, я думала о том, что сказал мне Клей. Это было… странно. Ясно-понятно. Но что он имел в виду? Дело в том, что он не понимал этого.

Слышал ли Зейн Клея? Я вздохнула. Наверное. Не то, чтобы это было постыдным или…

— Привет.

Моё сердце подпрыгнуло в груди при звуке голоса Зейна. Казалось, будто я вызвала его из тени. Я остановилась и обернулась, не обращая внимания на то, как забился мой пульс.

— Ты не пыталась меня ударить, — под мягким светом уличного фонаря, Зейн остановился в двух футах от меня, засунув руки в карманы. — Начнём с чистого листа?

— Ха-ха, — проворчала я. — Может быть, ты просто позвал достаточно громко, чтобы на этот раз я услышала.

— Возможно, — у него появилась лёгкая улыбка. — Так скажи мне, что же там произошло?

Я понимала, о чём он говорит, но прикинулась дурочкой.

— О чём это ты?

— Тот парень, — ответил он. — Кричал, чтобы ты принесла ему выпить или типа того.

— Ты услышал, — я вздохнула.

— Уверен, что его услышал весь штат Западная Вирджиния.

Покачав головой, я вскинула руки.

— Ничего особенного.

— Не похоже, что ничего особенного, раз ты ушла сразу же после этого.

Я опустила руки.

— Ничего себе. А ты весьма наблюдателен.

— Именно.

Удивление на мгновение лишило меня дара речи.

— Но почему?

— Я увидел тебя там, так что был внимательным.

— Ты даже не взглянул на меня, пока Клей не выставил себя идиотом.

Когда он прикусил губу, вернулась лёгкая, дразнящая улыбка.

— Значит, ты тоже наблюдала за мной.

Тепло разлилось по моим щекам.

— Нет.

Он улыбнулся, заправляя прядь светлых волос за ухо.

— Ты смешная.

— И надоедлива?

— И это тоже, — он взглянул налево, а потом снова посмотрел на меня. — Что у тебя произошло с этим Клеем?

— Он просто… Он просто придурок.

Легкий ветерок приподнял кончики моих волос. Странная лёгкая дрожь пробежала по моему позвоночнику. Ветер усилился, отбросив мои волосы на лицо. Я сделала шаг назад.

— Мне нужно вернуться домой.

— Я могу проводить тебя.

Внутренний голосок шептал «да», движимый почти отчаянной потребностью в чём-то большем, чем мимолетное внимание, но эта потребность была безответственной, безрассудной и интересной.

— Я всё равно иду туда, — сказал он, кивая в сторону моего дома и Большого зала за ним. — Ничего такого.

Тихо вздохнув, я кивнула.

— Конечно. Как тебе угодно.

Зейн улыбнулся.

— Ты смеёшься надо мной?

— Вроде бы.

— Тогда я передумала, ты не пойдёшь со мной.

Я повернулась и пошла прочь.

Зейн с лёгкостью догнал меня.

— Нет. Не передумывай.

Я боролась с улыбкой и победила.

Мы шли в тишине, а потом Зейн спросил:

— Каково это, жить здесь?

— Что ты имеешь в виду?

— Другие Стражи обращаются с тобой так же, как и Клей или они хорошо к тебе относятся?

Я взглянула на него.

— Почти все они приняли мое присутствие здесь, если ты это имеешь в виду. Клей, он просто… Ну, он осёл, но я росла со Стражами намного младше. Даже Клея.

— И ты училась вместе с ними? Каково это было?

— Пожалуй, хорошо. Я узнала о Гражданской войне на одном из уроков, и про демонов на следующем. И это, вероятно, более интересный образовательный опыт, чем у большинства людей, — сказала я.

Все общины были оснащены собственными школами. Они, конечно, были намного меньше, чем многие школы в человеческом мире. В одном здании размещался К-12[6], и в каждом классе обычно было не более десяти-пятнадцати учеников.

— А что насчёт тебя? Ты вырос в одной общине?

— Я родился