Лучший способ спрятаться - 2 - Екатерина Майская

не слышала внешних раздражителей в виде Самуила Яковлевича. Только почувствовав в руках стакан с ледяной водой, и размеренное биение в висках до меня начало доходить физическое ощущение «здесь и сейчас».

Половину информации я, конечно, прослушала, поэтому пришлось просить повторить. А что? Я не стеснительная: и попрошу, и выслушаю, и скажу «спасибо».

- Тогда передай эти экспертизы Ярославу Александровичу. Когда смог, тогда смог...

- Спасибо.

Благословляя бюрократию, благодаря которой бланки экспертиз не менялись последнее десятилетие, спустя десять минут в приемной я сравнивала два документа: один из дела родителей, другой – выданный мне только что.

Но не верю я, что тогда не было даже намека на взрывчатые вещества! Пусть их не могли определить, но какой … ворлохи зеленые! это износ двигателя! Мне лекций Никки хватило, чтобы понять, что двигатель из-за износа крыжевой тяги не мог так взорваться, что от тел практически ничего не осталось!!! А я – не техник! А тут – эксперт, мать его… И кому это мне надо сказать такое большое спасибо за экспертизу? Вот прямо есть и спать не смогу, так хочется с ним пообщаться!

Даа, корявая роспись без фамилии… Может, конечно, человек торопился, он же не знал, что кто-то через несколько лет будет так сильно хотеть с ним поговорить о старом деле. А может это сделано намеренно. Самуил Яковлевич сказал, что не знает, кто написал заключение. Но он работал в другом месте в то время. Его Вяземский с предыдущего места работы привел.

В любом случае у нас есть человек, который работает здесь последние лет тридцать и знает все обо всех!

Убедившись, что Ярослав опять сорвался во дворец и, захватив с собой коробку конфет, я направилась в святая –святых службы кадров – к Лилечки Ивановне!

- Лилечка Ивановна, ну очень нужна ваша помощь!

Добрые, но цепкие глаза внимательно изучили меня, коробку не дешеых конфет у меня в руках и их хозяйка мгновенно приняла правильное решение.

- Я рада помочь. Что случилось?

- Понимаете, Ярослав Александрович, сказал подготовить аналитическую справку по одному старому делу… Для этого мне надо поговорить с экспертом, который по нему работал, но в документах кроме неразборчивой подписи ничего нет…

Сожаление в моем голосе было абсолютно не наигранным. Рилли прислала еще одну успокоительную волну. Такими темпами я скоро к ним совсем привыкну…

- Я просто не знаю другого такого специалиста, который сможет мне помочь в этом трудном деле…

- Не преувеличивайте ваше сиятельство. Давайте посмотрим…

Интересно, сиятельством она меня как будущую графиню Вяземскую называет или до нее донеслась информация, что я все же графиня Чернышева? Просто девицей Бельской оставаться , конечно, пока проще, но после поездки в поместье… Это Самуил Яковлевич просто об этом не задумывался, его внимание было настолько поглощено системой безопасности и ловушками, что на людей внимания просто не осталось… А вот наш всезнающий кадровик такой информации не упустит…

Хотя с другой стороны, это уже не важно… Пора привыкать к публичности…

- Оу… Это Андрюша Ермаков писал. Он у нас уже лет пять не работает. Перевелся в какую-то лабораторию секретную.

- Секретную?

- Ну это вам, Ариадночка, лучше у жениха спросить.

Про невесту знает, про графиню пока не понятно. Девочки в бухгалтерии про помолвку уже знают, так что мимо Лилички Ивановны это точно пройти не могло!

- Спасибо большое. Обязательно у него спрошу. Андрей Ермаков? А по отчеству?

- Юрьевич.

- Большое спасибо.

Ну-с, Андрей Юрьевич Ермаков – я иду искать!

***

Жениха пришлось ждать долго. Рабочий день уже закончился, а я все еще сидела в приемной. Подозрение, что про меня просто забыли росло пропорционально темноте на улице. Мысль вызвать извозчика, дойти пешком или нагло попросит дежурную машину, конечно, появлялась, но потом исчезала как набежавшая на берег волна. Я обещала Ярославу, что дождусь его, а обещания надо выполнять.

К тому же непонятная тревога наматывала вокруг меня круги. А вдруг что-то случилось? Да, на нем дополнительная родовая защита, а вдруг расстояние между нами настолько большое, что я просто не почувствую, если с ним что-то случится? Или Рилли не справится? В прошлый раз ведь по грани прошли.

Верхний свет я выключила, остался свет в коридоре, лампа на столе и еще одна лампа над дверью в кабинет Вяземского. Неяркая с рассеянным светом. Она вообще практически никогда не выключалась. Дежурный свет. А вот желтый круг от настольной лампы светил ярко. Потом гас. Потом опять включался, каждый раз сопровождая это действие щелчком.

Я не баловалась – я нервничала.

Щелк-щелк, щелк-щелк… В голове крутились варианты обнаружения Ермакова Андрея Юрьевича.

Появления жениха я не пропустила. Шаги в пустом коридоре было хорошо слышно, да он и не скрывался. Зачем ему это?

Так, стоп. Я узнала его по шагам или просто очень хотела, чтобы это был он?

«Защиту ты родовую чувствуешь, она же все еще на нем…».

- Спасибо, Рилли. А я –то надеялась, что это моя интуиция…

Кстати, интуиция говорила, что с Вяземским поиски загадочного эксперта будут быстрее, чем без него. Логика тоже была с ней согласна. Не часто они приходят к общему мнению, не часто…

Вяземский выслушал меня спокойно. В полутьме приемной он стоял, слушал все, что я на него вываливала и молчал. В какой момент он просто приобнял меня за плечи – я даже не заметила. А я рассказывала, рассказывала… Как ходила в лабораторию, как сравнивала два отчета, как потом беседовала с мадам Сиротской (да, такая интересная фамилия у Лилички Ивановны).

- Говоришь, Ермаков? Пошли в кабинет.

Свет, включенный в кабинете больно ударил по глазам. Все-таки к сумраку я уже адаптировалась, а тут… Освещение у Вяземского в кабинете не хуже чем на болу, или в операционной. Раньше не обращала внимания. А тут никак не могла проморгаться. Прямо до слез. Поэтому не сразу поняла, что Ярослав усадил меня в свое кресло.

Сам присел на угол стола. Рядом с невзрачным телефоном специальной связи. Номер тоже был какой-то необычный. Всего из двух цифр. Обычно четыре, а тут две...

- Алекс?

- Ярый? Ни днем, ни ночью от тебя покоя нет! Ты же только что уехал! Что-то случилось?

- Помнишь то оружие из которого меня чуть не убили? Из самой-самой секретной лаборатории? Что-нибудь по ней нашли?

- Ничего криминального. Только мелкие грешки сотрудников. Кто за кого пропуск отмечает при опозданиях и кто с кем спит.