Изменчивая судьба - Тэмми Блэквелл

А он уже был совсем близко, и его огромный кулак летел мне в лицо так быстро, что я даже не успела удивиться, как он тут оказался.

Чтобы выпендриться и увеличить расстояние между нами, я рванула вперед, согнувшись для сальто, едва коснувшись земли. Снова встав на ноги, я была уже на другой стороне поляны, а Лиам вновь несся на меня.

Он бил. Я блокировала. Он пинал. Я закрывалась. Удар, удар, удар. Блок, блок, блок. А когда я ожидала пинка, он обхватил меня руками, прижав мои локти к бокам и бросил. Скорее всего, он ждал, что я повалюсь на землю, а он будет гордо стоять надо мной, но не вышло. Я обхватила ногой его лодыжку, и мы оба повалились на землю.

Я ощутила перемену, когда перекатилась. Чувства стали острее, контроль над моим разумом оказался захвачен. Человек-Скаут помнила слова Джэйса, но я не могла отступить.

Волк-Скаут крепко держала руль. И судя по рычанию, Лиам тоже не особо прислушивался к своей человеческой стороне.

Мы катались по земле, как животные. После десяти лет занятия боевыми искусствами я знала около дюжины приемов, которые можно провести из такого положения, но ни одним не воспользовались. Вместо этого в ход пошли зубы и когти. Я чувствовала запах крови Лиама в воздухе, как и своей.

Я не слышала криков, пока меня буквально не сорвали с Лиама. Я пыталась отбиваться, но тут причитания Талли «Прекрати!» и крики Джэйса «Я держу тебя» дошли до меня.

— Все хорошо, Скаут. Я держу тебя, — шептал он мне в ухо. — Держу.

— Да что с вами не так? — спросила я, оттолкнув его, но вместо этого только приземлилась на задницу.

Джэйс смотрел меня и будто не узнавал.

— Ты плакала.

Плакала?..

— Я смеялась, кретин, — я увидела Лиама. Он улыбался, будто узнал, что в этом году будет два Рождества. — Нам было весело.

— Весело? У тебя из губы кровь хлещет!

— И ты что-то сломала, когда врезалась в дерево, — сказала Талли. — Я слышала.

— Единственное, что сломалось, это дерево, и ему не надо было стоять у меня на пути, — я вытерла лицо футболкой. — Новое правило, — крикнула я через плечо Джэйса. — Будем делать это постоянно, или я ухожу, уговор?

Лиам улыбнулся кровавой улыбкой.

— Уговор.

Глава 13

Я едва сдерживала слезы, прощаясь с братом меньше чем через сутки после того, как пыталась убить его.

— Ты все еще считаешь меня вожаком своей Стаи? — мы сидели вдвоем в спальне, где орущий телевизор заглушал наши голоса.

— Так будет всегда, пока я жив, — сказал он без доли иронии в голосе.

— Хорошо. Тогда считай, что это приказ. Можешь делать все, чтобы помочь восстанию Лиама, но твоим приоритетом должна быть наша семья. Защищай их и себя даже в ущерб всему остальному.

Мне не нужно было объяснять, что в семью также входили Талли и Чарли. Джэйс знал.

Он наклонил голову и подставил мне свое горло в знак подчинения.

— Понял.

Я не совсем понимала, как нужно отреагировать — поразительно, но Лиам еще не открыл для меня эту часть нашего мира — но видя, что Джэйс стоит в такой неловкой позе уже несколько секунд, я должна была что-то сделать и сжала его в объятиях.

— Без тебя я потеряна, — пробормотала я, прижимаясь к его плечу.

— Не важно, что там говорит кровь, — ответил он. — Ты моя сестра. Мой близнец. Часть меня, — от его объятий у меня снова чуть не треснули ребра. — Я умру без тебя, поэтому и ты постарайся остаться в живых, черт возьми.

— Я попробую.

Он ослабил хватку, чтобы отодвинуться и увидеть мое лицо.

— Уговор?

В глазах защипало, но я сдержала слезы.

— Уговор, — сказала я, обхватывая его мизинец своим.

***

Как и многие семьи, в отпуск мы обычно ездили на машинах и самолетах, хотя один раз отправились в Новый Орлеан на поезде. Междугородний автобус был для меня в новинку, но в школе я часто ездила этим видом транспорта, и тот, на который мы сели в Лексингтоне, был точно таким же. Ну разве что чуть более липкий пол, более ветхие сидения и более неприятный запах. Если ты видел один автобус, ты видел их все: сидения с высокими спинками в кричащей обивке, тонированные окна и что-то вроде туалета в конце, откуда и доносится весь запах.

Лиам сразу отвел меня назад и заставил сесть у окна. Вокруг было много свободных мест, но он уселся прямо рядом со мной. Я хотела спросить, зачем мы уселись около туалета, если у нас обоих обостренный нюх, но затем заметила, как другие пассажиры проходят в заднюю часть, замечают запах и стараются устроиться впереди.

Пока автобус выезжал из города на трассу, мы не проронили ни слова. Мы оба были рады погрузиться в свои мысли. Хотя мне бы еще хотелось немного личного пространства. Лиам не заваливался на мое сидение, но его размеры и сила заставляли чувствовать себя очень маленькой и плотнее прижиматься к окну.

Мы выехали из Цинциннати, одной из миллиона грядущих остановок, когда Лиам спросил:

— О чем ты думаешь?

Мои брови приподнялись. Лиам сам начал разговор? И это не очередные нотации? Ему интересно, о чем я думаю?

Поскольку я сидела на сиденье с высокой спинкой, вырубить меня дротиком было бы невозможно, но сейчас можно было ткнуть меня чем-то острым, и я бы не заметила.

— На самом деле я думала о тебе, — честно ответила я. Когда он неловко посмотрел на меня, я поспешила уточнить. — О твоем бессовестном предательстве.

— Моем предательстве? — его плечи сгорбились. — Слушай, Скаут, я…

— Я имею в виду, Канада, Лиам? Ты чертов канадец? Как мне теперь с этим жить? — заметив его испуганный вид, мне пришлось приложить усилия, чтобы сдержать улыбку. — Ты тайком слушаешь Селин Дион и Аврил Лавин? Может, поливаешь всю еду кленовым сиропом, пока я не вижу? Может, у тебя в спальном мешке постер Алекса Требека?

Лиам улыбнулся одной из своих настоящих улыбок, и я проигнорировала, что со мной сотворило это зрелище.

— Ты невозможная.

— Хотя, мы можем этим воспользоваться. Ты знаешь Райана Рейнольдса? Потому что было бы клево познакомиться с ним. И поговорить. И может быть, потрогать его…

— Да. Конечно. Все канадцы знают друг друга. У меня номер Эстеллы Уоррен на быстром наборе.

— Кто это?

— Американцы… — картинно вздохнул Лиам.

— И… Брюс? Серьезно?

Это не породило ни капельки веселья.

— Брюс мертв.

— Я просто хочу представить,