Графиня-служанка (СИ) - Волкова Галина

— Хорошо, сейчас пойдём, — и присев на корточки, стала собирать игрушки.

Я бы давно ушла, надоело мне это змея и её муженёк, сил на них нет, и зла на них не хватает. Ну, куда мне идти? Ведь я для всех я умерла.

— И не забудь переодеться, — подняла на неё взгляд. — А то твои шрамы на шеи напугают детей, — да, что, правда то правда, мои шрамы остались при мне. Но это ещё не всё? Рик меня больше не бил, он держал слово. Дел было в другом, меня это очень волновало и в двойне огорчало. Но от моей красоты не осталось и следа. Я ровно потускнела, стала блеклым пятном, мои золотые волосы, больше не лежали красивыми локонами на плечах, а были забраны в пучок на затылке. А мои нарядные платья остались в прошлом, — остались только серые, коричневые ткани служанки. Я очень сильно похудела. Руки мои огрубели от постоянной работы на конюшне. Пальцы все были в мозолях от мытья полов и столовой посуды. Можно сказать, что постарела на много лет, поблекла. И могу сказать, что от красавицы Эльзы, больше ничего не осталось.

Поднялась и направилась к выходу, в свою комнатушку, там накинула шаль, забрав детей, ушли в сад.

Уже во дворе сада, племянники развесились и стали играть, им вдвоём было не скучно, а я сидела на скамейке под деревом и наблюдала за ними.

Погуляв с близнецами, нужно было их уложить спать, пообедав, увела в детскую.

— Эля, — проговорил Эдрикин, я повернулась к нему. — Расскажи сказку, — я улыбнулась.

— Да, да, расскажи, — прыгал на кровати и радостно кричал Эдрикан.

— Хорошо, расскажу, если вы ляжете по свои кроваткам, — закивали, улеглись и даже укрылись одеялом. — Ну хорошо, тогда слушай- те историю про невероятные приключения отважных пиратов, — они притихли, а я присела на стул и тихонько стала рассказывать им историю. — Давным — давно, — так начинался мой рассказ. Я любила рассказывать им сказки, они были интересные и каждый день разнообразные. И вот дошла до середины истории, мальчики засыпали, потом я улыбалась, и любовалась малышами, и поцеловав, каждого в щёку, уходила.

У меня сейчас в планах было идти не отдыхать после обеда, а идти работать на конюшню, заодно проведаю свою «Лисицу» или на кухню мыть посуду. Выбор не велик. Ну, тут услышала в гостиной, радостные и знакомые голоса. Моё сердце трепетно забилось, мама и отец приехали, и я чуть ли не бегом побежала к ним, чтобы увидеть их. Ну тут остановилась на пол пути, я ведь теперь никто, как я им теперь покажусь, в таком виде? И тут я решительно кивнула и собрала всю волю в кулак, вышла к ним. Родители стояли и обнимали Рика и невестку, а у меня слёзы навернулись на глаза и побежали по щекам. Как же я давно их не видела, и тихонько подошла к ним. Но они даже не обратили на меня внимания.

— Рик, как обстоят дела в графстве?

— Папа, давай дела обсудим позже, ведь вы приехали и это настоящее счастье, — проговорил молодой граф.

— А где наша Эльза? — спросила мама, а я стояла за их ней спиной и тихонько плакала. — Почему она нас не встречает? Я и отец по ней очень соскучились, — а вытерла щёки от слёз и проговорила.

— Мама, мамочка я здесь, — женщина и граф- старший оглянулись и их глаза расширялись от удивления. — Матушка, папенька, это я ваша Эльза, — мама всплеснула руками и подошла ко мне, обняла и заревела. Так горько, так безудержно.

— Рик, я жду объяснений? — грозно прорычал отец. — Что ты сделал с Эльзой? В кого ты её превратил? — рычал он. — Я сказал тебе оберегать её, как зеницу ока, а ты сделал из неё служанку и она теперь вам, — глянул на невестку. — прислуживает в собственном доме?

— Отец, я тебе сейчас всё объясню, — начал было оправдываться братец.

— Молчи, я и так всё вижу, без твоих объяснений, — папенька гневался. — Ты мне писал письма и говорил, что всё в порядке? — а я вытерла слёзы и снова не сдержалась и заплакала. — Значит, ты мне врал?

— Отец, — папенька его снова перебил.

— Вон с глаз моих, — и брат, взяв жену за руку, ушёл.

— Эльза! — взглянула на отца. — Милая моя девочка, почему ты мне ничего не сказала? Почему даже мне не писала?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я столько писем отправила вам, что я надеялась, хоть на какой ни будь ответ, — у меня задрожали губы. — Я знала прекрасно, что вы их не получили, потому, что ваш сын не допускал этого, — мама горько поджала губы. — И это ещё не всё. Рик всем сказал, что я погибла, — родители в недоумении рот открыли.

— Как такое возможно?

— А вот так? Что не сделаешь ради наследства? — судорожно вздохнула. — И ещё Анджелику отлучили от двора, — отец был в шоке, в потрясение. — Ирдж Карсадский постарался, чтобы Рик вышел из состава совета короля.

Папенька подошёл ко мне и обнял, прошептав.

— Прости меня моя девочка, прости меня за всё, — и я снова заплакала, а папенька прижимал меня к себе и успокаивал в своих отцовских объятьях.

Не много позже, когда все эмоции были пережиты, мы расселись на диванах, а брат с женой пришли и присели напротив, я на них старалась не смотреть, так как было противно и неприятно.

— Отец, ты нас всех собрал, чтобы нам сказать что-то? — поинтересовался братец.

— Да, сын, сразу же после нашего разговора, я поеду к кролю, — опустила взгляд. — Ты меня очень сильно разочаровал и я понял, что ты не способен управлять нашими землями и графством, — братец хотел возразить. — Хватит Рик, хватит, я не хочу тебя слушать, потому что я вижу всё-то, что ты натворил. И доказательство это твоя сестра. Моё решение таково, ты и твоя жена в наказание за свои злодеяния, отправишься немедленно- же в загородный дом на побережье, — тот кивнул. — За морем и мои внуки останутся здесь со мной.

— Нет? Что вы? — воскликнула Анджелика. — Вы не имеете права отбирать у меня детей, — и невестка впервые заплакала.

— А ты дорогая невестушка, имела ли вы право рушить жизнь моей Эльзе? М? Имела право разрушать её счастье? — заорал он. — Я тоже виноват перед своей дочерью и признаю это, — и строго проговорил. — Ты мне подчинишься, а если воспротивишься моей воле? Ты никогда не увидишь своих детей, — Рик приобнял за плечи свою жену. — Поняла? — та кивнула.

— Отец, прошу тебя, ни будь с нами строг, они ведь мои сыновья? — взволнованно прошептал он.

— Вот именно, я беспокоюсь о своих внуках, и я воспитаю их так, как надо, — удивлённо распахнула глаза. — И я постараюсь вырастить их человечными людьми, чтобы для них слово «честь» было не пустым звуком, — поднялся. — И на этом всё, я всё сказал, — и подал мне руку, вложила пальцы в его ладонь. — Эльза пойдём, поговорим наедине.

Уже в отцовском кабинете, отец увидел свой стол с аккуратно разложенными бумагами, я присела на диван, а папенька рядом со мной.

— Эльза, — подняла на него уставший взгляд. — Милая моя девочка, я даже не могу себе представить, что ты пережила за эти три года? И в этом виноват только я.

— Нет, папенька, это всё я, — и грустно вздохнула. — Я испортила себе жизнь, и теперь по сути меня нет, — он приобнял меня, а я положила голову ему на плечо.

— Дочка, мне нужно восстановить тебе титул и наследство, — и погладил меня по голове. — Я сегодня поговорю с его величеством на эту тему.

— Папа, я так рада, что вы с мамой приехали, я вас так ждала, — и обняла отца. — Я вас так люблю.

— И тебя люблю, моя девочка, всем сердцем, и мама тебя обожает, — и поцеловал в висок.

— Папа, могу я тебя попросить? — он кивнул. — Давай немного подождём с моим возвращением со статусом графини.

— Почему?

— Потому что, я думаю, что нужно постепенно входить в светское общество, — проговорила я. — А то опять репутация и честь семьи будет под вопросом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Хорошо, как скажешь милая, — прошептал отец. — Но к королю я поеду, попрошу аудиенцию. Наверное, за эти три года, многое изменилось, и произошло нечто важное. И мне надо узнать все новости в королевстве, — улыбнувшись, кивнула.

Глава 24

Я вернулась в свою комнату, а мама на меня наглядеться не могла. Милли радостно прибиралась в моей старой спальне. Пришли и другие девушки, но мне было не много грустно. Ведь мои годы прошли и теперь я уже не такая молодая и красивая. А всего- то мне 24 года. Жаль, что молодые годы пролетели незаметно.