Бекка Фитцпатрик - Молчание

— Опусти нож, — тихо скомандовала я.

Патч перевел взгляд от меня на нож и обратно. Минуту спустя он положил его перед собой. — Я не собираюсь ранить тебя, Нора.

«Это… успокаивает.», — хотела сказать я, но у меня пересохло и сжалось горло.

Он развернул нож ручкой ко мне. — Иди сюда. Я научу тебя готовить тако.

Я не пошевелилась. В его глазах вспыхнуло что-то такое, отчего, подумалось мне, я должна была бы его бояться… и я боялась. Но этот страх в то же время притягивал. Было что-то пугающе необъяснимое в том, чтобы находиться рядом с ним. В его присутствии я не доверяла самой себе.

— Как насчет… сделки? — Он опустил лицо, на него упала тень, и он посмотрел на меня сквозь ресницы. Это произвело на меня успокаивающий эффект. — Помоги мне приготовить тако, а я отвечу на несколько твоих вопросов.

— Мои вопросы?

— Я думаю, ты знаешь, что я имею ввиду.

Я точно знала, что он имел ввиду. Он приглашал меня в свой внутренний мир. Мир, где он мог говорить со мной мысленно. Он снова знал, что именно и когда сказать.

Я молча придвинулась к нему. Он положил передо мной разделочную доску. — Сначала, — сказал он, подходя ко мне сзади и кладя руки на стол рядом с моими, — выбери помидор. Он наклонил голову и его рот оказался у моего уха. Его теплое дыхание слегка щекотало мне кожу. — Отлично. Теперь выбери нож.

— А повар всегда стоит так близко? — спросила я, не зная точно, понравилось или испугало меня то волнение, которое я испытывала внутри от того, что он стоял ко мне так близко.

— Когда раскрывает секреты приготовления, то да. Держи нож, как держала.

— Я держу.

— Хорошо. — Отступая назад, он внимательно — будто выискивая несовершенства — рассмотрел меня, — его глаза исследовали меня вдоль и поперек. И в какой-то момент мне показалось, что я увидела на его губах скрытую улыбку одобрения. — Готовке не научить, — сказал Патч, — Это дар от природы. Либо есть, или нет. Как и влечение. Как ты думаешь, ты готова его испытать?

Я надавила на нож, разрезая помидор на две половинки, которые мягко упали на разделочную доску. — Это ты мне скажи. Я готова к нему?

Патч издал глубокий звук, который я не смогла понять и усмехнулся. После ужина он отнес наши тарелки в раковину. — Я мою — ты вытираешь. Порывшись в ящиках у раковины, он отыскал полотенце для посуды и игриво кинул его мне.

— Я готова задать тебе эти вопросы, — сказала я. — Начиная с вечера в библиотеке. Ты преследуешь меня…

Я замолчала. Патч небрежно облокотился на стол. Из-под его бейсболки выбились волосы. На губах блуждала улыбка. Внезапно мои мысли куда-то улетучились и на поверхность всплыла одна единственная.

Я захотела поцеловать его. Немедленно.

Патч поднял брови. — Что?

— Библиотека… ничего. Ничего интересного. Ты моешь, я вытираю.

Чтобы покончить с тарелками, понадобилось совсем немного времени, и когда мы закончили, то оказались зажаты на маленьком пространстве рядом с раковиной. Патч двинулся, чтобы забрать у меня полотенце для посуды, и наши тела соприкоснулись. Никто из нас не пошевелился, удерживая ту хрупкую связь, которая сейчас была между нами.

Я отступила первая.

— Испугалась? — тихо спросил он.

— Нет.

— Врешь.

У меня подскочил пульс. — Я тебя не боюсь.

— Нет?

Я говорила, ничего не соображая. — Может, я просто боюсь… Я проклинала себя за то, что вообще начала говорить. И что мне теперь сказать ему? Я не хотела признаваться Патчу, что все, что с ним связано, пугало меня. Этим я бы дала ему разрешение на то, чтобы он и в будущем провоцировал меня. — Ну, может, я просто боюсь… боюсь.

— Любить меня?

Успокоенная тем, что мне не пришлось заканчивать свое предложения, я на автомате ему ответила: — Да.

И слишком поздно поняла, в чем именно я призналась. — Я имею ввиду, нет. Точно нет. Это не то, что я пыталась сказать!

Патч мягко засмеялся.

— Правда в том, что часть меня определенно чувствует себя не лучшим образом рядом с тобой, — сказала я.

— Но?

Чтобы устоять, я крепко ухватилась за стол у себя за спиной. — Но в тоже самое время, меня с ужасающей силой тянет к тебе.

Патч усмехнулся.

— Ты слишком много о себе возомнил, — сказала я, отталкивая его от себя рукой.

Он перехватил мою руку у своей груди и, опустив рукав, схватил меня за запястье. Также быстро он проделал тоже самое с другим рукавом. Теперь он держал мои руки, сжимая их поверх манжет. Я открыла рот, чтобы запротестовать.

Притягивая меня ближе, он не остановился до тех пор, пока я не оказалась прямо перед ним. Внезапно он рывком посадил меня на стол. Наши лица оказались на одном уровне. От его мрачной завораживающей улыбки я не могла пошевелиться. И в этот момент я поняла, что именно об этом были все мои фантазии на протяжении последних нескольких дней.

— Сними свою кепку, — сказала я; слова вырвались у меня прежде, чем я смогла их остановить.

Он развернул ее козырьком назад.

Я дернулась к краю стола, и мои ноги оказались по бокам Патча. Внутренний голос говорил мне остановиться — но я заглушила его.

Он уперся руками о стол, положив их рядом с моими бедрами. Склонив голову в сторону, он придвинулся ближе. Его запах, запах влажной, темной земли после дождя, совершенно ошеломил меня.

Я сделала два резких вдоха. Нет. Это неправильно. Не так, не с Патчем. Он пугал меня. В хорошем смысле, да. Но и в плохом тоже. В очень плохом.

— Ты должен уйти, — выдохнула я. Ты определенно должен уйти.

— Уйти сюда? — его губы были на моем плече. — Или сюда? — Он переместил их вверх, на мою шею.

Я была не в состоянии о чем-либо думать. Губы Патча поднимались вверх, к моему подбородку, нежно посасывая кожу.

— У меня затекли ноги, — пробормотала я. Я не совсем соврала. В теле то тут, то там вспыхивала приятная покалывающая дрожь, и в ногах тоже.

— Я мог бы с этим справиться, — руки Патча сомкнулись на моих бедрах.

Внезапно зазвонил мой сотовый. От его звука я подпрыгнула и неуклюже вытащила его из кармана.

— Привет, солнышко, — бодро сказала мама.

— Я могу тебе перезвонить?

— Конечно. Что происходит?

Я закрыла телефон. — Ты должен уйти, — сказала я Патчу. — Немедленно.

Он развернул свою бейсболку, закрыв лицо козырьком. Все, что я могла из-под него видеть — это его рот, расплывшийся в озорной улыбке. — Ты не красишься.

— Должно быть, я забыла.

— Сладких снов сегодня ночью.

— Конечно. Без проблем. — Что он сказал!?

— Насчет вечеринки завтра вечером…

— Я подумаю об этом, — ответила я.