Ведьма для охотника (СИ) - Чащина Татьяна

Ночь прошла спокойно, я даже поприкидывала, как себя буду вести на допросе.

Должен же быть допрос?

Раньше я именно эту стратегию не прорабатывала, просто потому, что даже в голове не укладывалось, что такое может быть…

Не может! Не со мной!

Это довольно странная уверенность, учитывая, чем я занималась, но человек - такая скотина… Себя всегда оправдает.

И вот теперь, когда жареный петух даже уже и не клюнул, он уже на голову влез и там нагадил, я методично всю ночь прорабатывала разные пути вытаскивания себя, любимой, из дерьмовой ситуации.

Как всегда, сама…

На Юру я не надеялась, просто потому, что не привыкла надеяться на мужиков, а уж на тех, кто запросто тебя, как секс-игрушку использовал, тем более.

Он, конечно, на встрече красиво пел, на редкость приятно… Для кого-то. Если прикинуть…

Властный мужик… Подставляется, чтоб тебя, красавицу, из болота вытащить… И предлагает… Ах…

После этого у меня начиналась тошнота, и мысли сворачивали не в ту степь. Например, что у Юры, при его возможностях, таких, как я, должен быть вагон с прицепом, и даже если предположить, что его по какой-то непонятной причине заклинило на мне, то где гарантия, что меня не ждет уютная избушка в жопе мира? Привяжет меня там к кровати и будет трахать в свое удовольствие… Маньячила…

И, к тому же, если так сильно жаждет спасти мой аппетитный зад, то где он сейчас?

Почему не явился комарик за своей мухой-цокотухой?

Вот то-то и оно…

На словах все они - герои. А на деле… Ох… Сама себя за волосы из болота, короче.

По-другому никак.

Глава 24

В камере новые лица.

Прищуриваюсь с порога, оглядываю всех внимательно и, усмехнувшись, решительно топаю в сторону своей полки.

Настороженное молчание, сопровождающее меня всю дорогу, давит и заставляет рефлекторно сжиматься. Голову пригибать.

Ловлю себя на этом дурацком желании, распрямляюсь.

Следователь от меня ничего не добился, протоколы я не подписала, распустила губы еще больше, рассказывая, какая я несчастная и что вообще не могу прочитать напечатанное.

На предложение подписать просто так, ведь там “ничего , кроме того, что вы уже сегодня сказали, нет” , глупо хлопнула ресницами и пожаловалась на ужасную головную боль.

Следак посмотрел на меня своими красными мученическими глазами и, вздохнув, отпустил.

В камеру, само собой.

Что характерно, никакого предписания о задержании и прочего я в глаза не видела…

То есть, у нас тут тянется и тянется нить беззакония…

Мысли очень печальные, на самом деле…

Как и сама ситуация.

Меня взяли вчера ближе к вечеру. Сразу определили в камеру, чтоб прочувствовала все грядущее удовольствие, так сказать…

И сегодня с утра - на процедуры… То есть, на допрос.

Получается, я тут уже больше, чем пол суток.

И вот теперь вопрос на засыпку: где моя подружка Анечка? Я пропала с радаров, а никто не ищет. Никто не спасает… Ну, Юра, понятно, от него и не ждалось, но подруга-то?

Или она дисциплинированно ждет от меня известий?

Кстати, тоже вариант… Мало ли, я же сама запретила мне написывать и названивать… Молодец тоже, да, предусмотрительность сотого уровня…

А если и Анька так же, как Вика…

Ну а почему нет?

Она - бухгалтер, законы знает… И понимает, чем может нам грозить наше маленькое баловство… Может, решила себя обезопасить, и на меня тоже всех собак навесить?

Думать об этом неприятно, очень, просто очень жутко.

Потому что, если это так, то получается…

Получается, что я - совсем пропащий человек. И не умею не то, что в мужиках, а вообще в людях разбираться… И даже самые близкие, казалось бы, подружки оказываются предательницами.

Становится себя жаль до слез.

Смаргиваю непрошенную влагу, стискиваю зубы.

Все же, нахождение здесь, взаперти, не прошло даром. Нервы , и без того не особо крепкие из-за Юрика и самой ситуации с фирмой и моей глупой личной жизнью, еще больше расшатались. Не зря же плачу…

Ловлю на себе внимательный взгляд одной из новых сокамерниц, отворачиваюсь, шмыгаю, чтоб нос прочистить.

И затем резко вскидываю подбородок, в упор глядя на неопрятную массивную бабу средних лет.

Как там говорила та женщина? Кем я могу стать? “Багдадкой”? Это что-то вроде уважительного звания, как я понимаю… Ну вот и посмотрим сейчас, насколько она права.

— Эй, матрешка, — предсказуемо отвечает на мой немой вызов соседка, — корсет на тебе какой… Дай померить?

— Облезешь, сука, — жестко так, как только могу, отвечаю я и скалюсь злобно, — отвали!

— Че сказала? — моментально заводится баба, — ах, ты…

Я встаю, резко подаюсь к ней навстречу, заставляя отшатнуться.

За время нахождения здесь я уже выяснила, что надо быть как можно более агрессивной, показывать, что будешь до последнего драться, что не боишься ни крови, ни увечий.

В первый раз так и было, кстати, я разозлилась до жути, наложилось одно на другое, и понеслось…

А вот сейчас я вполне осознанно это делаю.

Вполне возможно, что эта баба - просто подсадная, которой нужно вывести меня на эмоции, на мысль, что лучше во всем признаться и ехать себе со спокойной совестью в теплые северные лагеря.

Но так же реален вариант, где эта женщина - обычная любительница забирать чужое…

В обоих случаях мне придется несладко. Комплекция у меня, конечно, такая, что не сразу задавишь, да и со спортом я тоже дружу, несмотря на необъятный зад. Но против ножа, например, нет приема, и я - не терминатор. Просто отчаявшаяся ведьма, готовая на все, чтоб вылезти из болота, сохранив максимальную комплектацию…

Звук открывающейся двери прерывает наше противостояние.

Меня приглашают с вещами на выход.

Учитывая, что вещей у меня - только то, что сейчас надето, то задерживаться не приходится.

В отдельной комнате мне отдают сумочку, позволяют причесаться и умыться, а затем выводят.

К Аньке.

Я стою на пороге, смотрю на свою подругу, тонкую до прозрачности, бледную, с кругами под глазами…

И понимаю, что заключение все же не пошло мне на пользу…

Иначе, с чего бы слезы опять?

Глава 3

Глава 25

Мы выходим с Аней на крыльцо, я жмурюсь на солнечный свет, словно не полсуток отсидела, а десяточку. Лет.

Ощущаю себя старым сидельцем, вышедшим на волю.

Если так дальше пойдет, то скоро при разговорах буду лениво упоминать об этом опыте в своей жизни с видом заправской бывалой… “багдадки”. Надо, все же, узнать, что это за слово такое… А то, может, старая зэчка обозвала меня непотребно, а я и возрадовалась…

Мы находимся сейчас в самом центре города, и почему-то кажется невероятно диким сочетание старинных строгих зданий, привычная европейская красота Питера и то, что буквально в двух шагах, за моей спиной… Вот этот ужас.

Контраст настолько нереален, что я не могу толком ходить, просто чуть отшагиваю в тень, прислоняюсь к стене и дышу, дышу, дышу…

Вокруг привычно шумит город, а за спиной у меня - ад.

— Юляш, давай водички, — суетится рядом Анька, пытаясь привести меня в чувство.

Но мне не нужна вода.

Мне нужно, чтоб этого больше никогда не повторялось в моей жизни.

За спиной — холод стены.

Продирает до костей.

И только-только начинает отпускать, начинает разжиматься сжатая пружина внутри.

Эта пружина заставляла меня быть на взводе, постоянно начеку, мыслить ясно и здраво там, за кругом ада. Отсекать лишние, ненужные эмоции, выбирать правильную стратегию поведения…

А вот теперь, когда это все позади, появляется осознание, где я только что была.

И что я там делала.

Меня начинает трясти.

В прямом смысле этого слова: смотрю на руки и не верю своим глазам. Тремор в пальцах, хочу прекратить — и не могу! Не контролирую себя! Совсем!