Ведьма для охотника (СИ) - Чащина Татьяна

Алиса в Стране Чудес какая-то…

Сумасшедший Шляпник… Предлагает решить все твои проблемы. А что хочет взамен?

— Чего ты хочешь от меня, Юра? — эти слова вырываются сами собой, когда уже нет сил терзать утку, игнорируя его настойчивый взгляд.

— Спасти твою шикарную жопу хочу, ведьма, — тут же отвечает он.

— Зачем?

— А почему нет? Может, ты мне нравишься…

— А отдавать чем?

— Найдем способы…

Черт… Маньяк реально…

— Юр, какие способы, о чем ты вообще? — не выдерживаю я уровня бреда и все-таки срываюсь на визгливые бабские претензии, — ты меня обманул. С самого начала обманывал, воспользовался тем, что я заблудилась, была дезориентирована, растеряна… Притащил к себе в избушку…

— Трахнул, — перебивает он мой обвинительный спич, — с обоюдным удовольствием, кстати. И не говори, ведьма, что тебе не понравилось…

— Это к делу не относится! — зверею я, повышая тон и с ужасом слыша словно со стороны в своем голосе истерические ноты, — это — другое!

— Не согласен… — опять перебивает он меня, а затем резко наклоняется и хватает за руку, тянет к себе, припечатывает ладонь к столу, чтоб не дернулась, и начинает говорить тихо и жестко, — не другое! Ты могла мне отказать. Я силой не брал. Сама обнимала, сама лапала, сама смотрела. Я тебе ничего не обещал, я был с тобой честен в этой ситуации. И даже насчет отдаленности от поселка не соврал. Да, не сказал про машину, но ты и не сильно рвалась. Тебе все нравилось. И не смей выставлять меня маньяком и насильником. Не прокатит. А потом ты, вместо того, чтоб поговорить, тупо свалила, перед этим испортив мне транспорт… Это благодарность такая, как я понимаю…

Кирсанов говорит, а я смотрю на него, словно загипнотизированная жутким темным взглядом. Даже слова не с первого раза доходят, будто сквозь толщу воды - глухо и странно.

— Я разозлился, да. И не стал искать даже. Только людей своих отправил выяснить, нормально ли ты добралась до города, все ли в порядке.

— А сейчас тогда что происходит? — шепчу я пересохшими губами, мгновенно растеряв весь пыл и злобу от его напора и жуткого взгляда, — зачем ты все это затеял?

— С чего ты взяла, что это я?

Глава 22

— Не ты? — удивлению моему нет предела сейчас. Даже забываю, что Юра руку мою держит, сжимает. И не сказать, что нежно. Скорее, тут намек на то, что в плен угодила. И фиг выберусь теперь. — А кто?

Вопрос получается глупым, детским каким-то. Недостойным и меня - бизнеследи, и высокого звания переговоров.

— Сама подумай, кому дорогу перешла… — хищно скалится охотник, — я только к разбору полетов успел. И то еле-еле… Еще чуть-чуть, ведьма, и твою сладкую жопку пришлось бы вытаскивать из-за решетки…

— А ты прямо рыцарь… — шиплю я, наконец-то приходя в себя от внезапной атаки и пытаясь выдернуть пальцы из его лапы. Безрезультатно, само собой.

Тяжелая, горячая,грубая ладонь цепко и жестко держит.До того крепко, что не двинешься.

Нет, конечно, можно со скандалом и визгом начать отбиваться, но это как-то… вообще уже…

Потому сохраняю лицо, пытаюсь, по крайней мере, и терплю.

В итоге, ему надоест же?

Сам отпустит.

Его пальцы сухие и властные.

А взгляд - жесткий и пронизывающий. Он ждет от меня чего-то… Прогиба моего ждет. Наверно, расспросов про моих внезапно обнаружившихся недругов.

А вот и не дождется!

Нет, про недругов было бы ужасно интересно, в самом деле, потому что я же по жизни няшка, какие там враги, да?

Но на ум сразу парочка фамилий приходит, кому могла бы помешать…

Раньше, учитывая нашу крышу, добраться до фирмы и меня лично и нагадить было сложновато.

Но теперь, с учетом смены руководства в ведомстве, которое нас курирует, а еще из-за Вики-сучки…

Черт, как все некстати-то!

— Я — вообще не рыцарь, ведьма, — тихо отвечает Юра, наклоняется через стол ко мне, а, учитывая, что я соблюдаю строгость и величавость и не отшатываюсь при его приближении, получается , что наши лица оказываются на очень близком расстоянии друг от друга. И это… Волнительно. Надеюсь, я не покраснела…

А он… У него глаза стали темные совсем… И смотрит зверем…

Поцелует сейчас?

От одного только предположения о таком развитии событий, становится не по себе.

Сердце лупит в грудь, пальцы дрожат, губы сохнут…

Черт, институтка из девятнадцатого века на тайном свидании с гусаром, ей-богу!

— Да, с рыцарем я погорячилась, — стараюсь говорить спокойно и ни в коем случае не дать понять, каким образом мое глупое тело реагирует на его близость, — ты — просто купец, деляга. И вот я не пойму, долг взыскиваешь, за обиду мстишь? Или покупаешь?

Он пару мгновений разглядывает мое решительное лицо, вполне вероятно, тоже прикидывая результат от своих действий, а потом хищно усмехается:

— Все сразу, ведьма.

— То есть, — тут же развиваю я тему наших не туда зашедших переговоров, — это такие ухаживания сейчас у олигархов? Оригинально…

— Нет у меня времени ухаживать, Юля, — отвечает Кирсанов, — и нет времени прыгать перед тобой. Слушай меня внимательно, Юлия Никитична, сейчас на вас с подружками будут вешать таких собак, о которых ты даже не слышала, которых не видела и не знала об их существовании. Депутат Катышев будет отмываться всеми силами, и те, кого он кормил, сделают всё, чтобы ты села. Я так понял, защищать тебя никто не собирается.

— У нас есть юристы, — стараюсь говорить уверенно, без дрожи. — Мы постараемся выбраться. С какой целью тебе нужны были наши документы? Твоя фирма не имеет к нам никакого отношения!

— Моя фирма имеет ко всему отношение, а я — к тебе. — Спокойно давит Юрий, — Надеюсь, ты не забыла об этом.

— Так, все. С меня хватит. Руки убрал, Георгий Николаевич!И не смей ко мне прикасаться!Если у тебя нет конструктивных предложений, я считаю наши переговоры завершенными.

— У меня есть прекрасное предложение, — отвечает Юра, и не думая убирать руку, наоборот, сжимая ее сильнее и жарче. Большой палец ведет по внутренней стороне ладони, и это заставляет ладонь мелко и неконтролируемо подрагивать, — я вытаскиваю тебя с подругами. Не скажу, что полностью, но , по крайней мере, срок будет условным. В лучшем случае, пойдёте как свидетели. Твоя фирма вливается в мою. Я тебе прощаю твое поведение, и мы начинаем с тобой всё заново, так же, как в лесу,на любовной ноте.

— Боже, Кирсанов, все-таки, ты делаешь мне предложение? — наигранно удивляюсь я. — То есть, сразу с места в карьер?

Он молчит, сверлит меня своими жадными глазами.

Так остро от этого внутри, горячо, что невольно хочется ерзнуть на стуле. Но терплю.

И уже не давлю в себе ярость.

Понятно же, чем закончатся наши переговоры.

Для него, правда, это явно непонятно.

Он ожидает, что я поеду с ним?

А, может, прямо тут, под столом отсосу?

За свободу-то?

— Ну что же, — подвожу итог разговора я, — думаю ты, Юра, уже понял, насколько твое предложение мне не интересно. Теми документами, которые к тебе в руки попали, по прямому назначению воспользуйся,у тебя как раз в Лесном домике туалетная бумага заканчивается, а до автобуса ещё месяц, и МЧС не заглядывает.

— Ты его еще толком не видела, ведьма, моего предложения. Уверен, оно не оставит тебя равнодушным.

Он отпускает мою руку, откидывается на спинку стула, щурит глаза весело…

И становится до того похож на самого себя времен лесной избушки, что мне делается больно.

Очень больно в районе груди. И жаль невозможно ту себя, глупую и наивную, и эмоций своих тогдашних жаль, и сказки, самой себе придуманной. И ночей наших горячих. И леса. И водопада. И голубики на накрытом скатертью столе…

Это все было в моей жизни. Обманом было. Так глупо…

На глаза внезапно наворачиваются слезы, еще чуть-чуть — и позорно разревусь прямо на переговорах, которые вообще не переговоры…

Он пришел сюда просто для того, чтоб показать свою крутость, загнать меня в ловушку. Лицом к лицу.