Эдриан Феникс - Взмах крыльев

Второй смертный двигался вместе с ними, одной рукой все еще сжимая бедро, а другой скользя между их телами, чтобы расстегнуть ремень Данте.

Мышцы Ронина напряглись, дыхание стало тяжелым и быстрым. Рот приоткрылся. Он почувствовал щетину под своими губами, вкус горячей крови, хлынувшей в горло. Закрыл глаза, слушая оглушительный стук собственного сердца.

Истинная кровь. Судьба.

Открыв глаза, Ронин улыбнулся, затем присел на корточки. Позволь мне увидеть Истинную кровь, дитя, выпусти ее здесь, в переулке…

Смертный, которым пировал Данте, внезапно начал сопротивляться. Его глаза распахнулись. Он поднял дрожащую руку, схватился за плечо Данте и толкнул его. Но тот даже не сдвинулся.

— Энди, — нечленораздельно произнес человек, в хриплом голосе звучала паника, — помоги мне. Энди...

Легко дернув плечами, Данте разорвал наручники. Металл звякнул о камень и кирпич. Его руки схватили смертного и удерживали, пока клыки погружались все глубже в горло, разрывая плоть.

Когда Данте сломал наручники, другой смертный, Энди, отскочил назад с потрясенным видом.

— Что за...

Поняв, что у фаната Сэйнтс, который рухнул на землю кучей костей, глаза уже остекленели, Данте слизал кровь с губ, повернулся и взглянул на Энди. Он поднял руки и многозначительно посмотрел на браслеты от наручников на запястьях.

С пронзительным криком Энди развернулся и побежал…

Прямо к Данте.

Ронин покачал головой, восхищенный такой скоростью. Он задался вопросом: есть ли у мальчишки еще сюрпризы?

Данте схватил Энди, притянув к себе рукой, вонзил клыки ему в шею. Ноги Энди подкосились, и они оба осели вниз, смертный растянулся на мокром асфальте переулка. Данте сидел верхом на его животе, прижав руки к бетону, питаясь, глоток за глотком поглощая горячую кровь.

Ронин понял, что стоит на одном месте уже некоторое время, и неосознанно двинулся в переулок. Его взгляд пожирал напряженное жилистое тело, разум наполнил лихорадочный голод, жажда горячей крови, текущей по венам Данте.

Ронин резко остановился, отчего грязь вылетела из-под его сапог из змеиной кожи. Он затаил дыхание, надеясь, что мальчик этого не услышал.

Но он услышал. Данте посмотрел вверх, его темный взгляд скользнул по Ронину. Вытерев кровь с губ тыльной стороной ладони, он слез с тела смертного и встал. Энди дернулся и затих позади.

Ронин поймал на мгновение, которое, казалось, растянулось, горящий враждебный взгляд, а затем мальчик переместился.

Ронин отпрыгнул в сторону, используя специальную технику перемещения тела, взметнувшись словно вихрь. Данте прошел мимо так близко, что сетка прошуршала по джинсам, и тепло наполнило ночную прохладу рядом с Ронином. Запах Данте заполнил ночной воздух: насыщенный аромат крови и темной земли, пьянящий, резкий. И опасный. Ронин заставил себя сосредоточиться. В ожидании следующей атаки он расслабил натренированные в айкидо мышцы.

— Эй... — послышался низкий хриплый голос справа.

Обернувшись, Ронин снова встретился с темным взглядом Данте. Мальчик остановился менее чем в пяти футах на другом конце переулка. Он смотрел из-под опущенных ресниц, сжимая руки в кулаки, напрягая мышцы. И принял позу уличного бойца, обманчиво спокойную. Его боевой стиль будет подлым, грязным и жестоким, но с ним легче справиться, чем с невозмутимой сосредоточенностью айкидо.

— Кто ты, мать твою, такой? — Данте запрокинул голову, и вдруг осознание загорелось в его глазах. — Ты был в клубе прошлой ночью, ты тот, о ком рассказывали мне Люсьен и Вон.

Ронин улыбнулся, кивая головой в подтверждение.

— Это был я.

— Где твой смертный приятель?

— Ты имеешь в виду моего помощника? — спросил Ронин. Кулаки Данте все еще не расслабились. — Я дал ему сегодня выходной.

— Помощник? — Губы Данте изогнулись в полуулыбке. — Это что-то новое.

— Я журналист, — сказал Ронин, — криминальный журналист на самом деле.

Достав свой бумажник, он посмотрел в темные покрасневшие глаза. Теперь, стоя на расстоянии около фута, Ронин понял, что не слышал, как Данте двигался, не чувствовал его. Он достал черную карточку из бумажника и протянул мальчику, зажав между двумя пальцами.

Данте забрал ее и прочитал серебряную надпись.

— Томас Ронин, — пробормотал он. — Так что ты здесь делаешь, Любопытный Том[25]?

Он щелчком выкинул карточку в заполненную дождем сточную канаву.

Ронин смотрел, как намокшая карточка плавает в канаве, наполовину зацепившись за канализационную решетку. Он встретился с взглядом Данте и выдержал его. В тот момент жалея только об одном: Джоанна нашла этого ребенка, рожденного матерью, которая ненавидела вампиров, раньше.

Каким бы он мог его сделать?

Было ли слишком поздно? Возможные сценарии вертелись в голове с невероятной скоростью.

— Эй, Любопытный Том, еще не уснул? — теперь голос Данте раздался сзади.

Ронин обернулся. Все еще на расстоянии фута, Данте изучал его немного отсутствующим взглядом черных глаз.

— Прости, — сказал Ронин, покачав головой. — Я работаю над делом Странствующего Киллера. И хотел бы поговорить с тобой, потому что тело было обнаружено во дворе пиццерии, а теперь...

— Как ты нашел меня здесь? — спросил Данте спокойным голосом.

— Чисто случайно, — ответил Ронин. — Я шел в клуб, но он был закрыт. И, ради забавы решив заглянуть в «Harrah’s», увидел тебя. — Ронин пожал печами и развел руками. — Подумал, какого черта? И решил проследить.

Руки Данте все еще оставались плотно прижатыми к бокам, взгляд был настороженным.

— Ты зря потратил свое время, M’sieu[26] Любопытный Том, — сказал он, на мгновение отвернувшись, но прежде Ронин успел заметить выражение его лица — боль, страдание, может быть, и то, и другое.

— Я знаю, мы не с того начали, — сказал Ронин. — И я полностью понимаю твое нежелание говорить со мной... сейчас. Но через день или два ты передумаешь. Я действительно хочу увидеть, как арестуют этого сукиного сына.

— Мы вообще ничего не начинали, — отрезал Данте. — И я не собираюсь говорить с тобой через день, два, пять или вообще когда-либо. — Он отступил назад, поворачиваясь, но все еще следя за Ронином. — Foute ton quant d’ici[27].

— Ты выгоняешь меня из города? — спросил Ронин напряженным голосом, изгибая бровь.

Данте засмеялся.

— Черт, нет! Иди куда хочешь. Можешь даже катиться в ад. Только оставь меня в покое.

Ронин сделал несколько больших шагов к нему, затем остановился.