Льдинка - Мария Печурина

лица мужчины и понимаю, что видела его раньше… еще будучи человеком.

— Мистер… Найман? — неуверенно спрашиваю я.

— Здравствуй, Марианна, — улыбается он. Хрипловатый низкий голос. От такого иногда девушки падают в обморок… И я когда-то давно начинала дрожать, когда общалась с этим, я бы сказала, загадочным человеком. Вот и сейчас моя кожа начинает зудеть… все тело будто вибрирует. Я не понимаю, что происходит. Наверное, я боюсь и поэтому с опаской наблюдаю за Доком. — Я помню, ты всегда была неразговорчивая.

— Лучше я промолчу, чем выскажу свое мнение по поводу происходящего здесь, — огрызаюсь я.

— Хорошо. Тогда я постараюсь отпустить тебя максимально быстро, — расслабленно произносит Док. Странно то, что Маркуса он будто не замечает. «Они разве не друзья?» — И зови меня Адам. Это мое настоящее имя.

Я лишь киваю, не в силах осознать все происходящее.

— Вы знакомы? — хмурится Маркус.

— Да, — холодно отвечает ему Док и, видя прищуренный взгляд короля, поясняет: — Больше века назад я работал врачом на благо людей. Тогда и познакомился с Марианной, родители которой нуждались в моей помощи.

Я прекрасно помню, как это произошло. Меня забрали из приюта, когда мне было шестнадцать лет. Приемные родители сразу же огласили условия моего проживания в их доме. Я должна была помогать им по хозяйству и ухаживать за ними. В обмен они оставляли мне все свое имущество. Тогда казалось, что мне несказанно повезло, потому что близился день выпуска из стен приюта, а у меня ни гроша не было за душой.

Пожилая пара относилась ко мне хорошо. Но вот когда появился мистер Найман, а на тот момент мне уже исполнилось двадцать четыре года, вся моя жизнь пошла кувырком. Родители недвусмысленно намекали, что я должна присмотреться к молодому человеку, который проявляет ко мне знаки внимания. А меня всегда бросало в дрожь при очередном его визите. Теперь не удивительно, почему — я инстинктивно чувствовала в мужчине хищника. И после скоропостижной смерти обоих родителей, я даже сменила место жительства, чтобы он меня не нашел.

Я передергиваю плечами, ощущая неприятный холодок, пробежавший по спине.

Док же, пока я предаюсь воспоминаниям, берет бумаги со стола и просматривает их. Я догадываюсь, что это результаты моих анализов. С каждым перевернутым листом, я все сильнее сжимаю край каталки, потому что попросту не желаю, чтобы ко мне прикасался этот мужчина.

— Странно, — шепчет тем временем он, — ты принимала наркотики раньше?

— Я теперь всегда под кайфом, — сквозь зубы отвечаю я ему. Его взгляд становится колючим.

— Мне кажется, ты не понимаешь всю важность тех вопросов, которые я задаю, — спокойно, но властно произносит он. «Это так… знакомо…»

— Я редко отвечаю на важные вопросы.

Мой голос тих. Я смотрю ему в глаза, не в силах отвести взгляда. Он меня гипнотизирует, и я уже готова рассказать ему все.

— Может, ты не желаешь отвечать в присутствии короля? Ему выйти?

— Нет, — почти вскрикиваю я.

— Я никуда не уйду, — произносит вместе со мной Маркус.

— Ладно, но тебе придется ответить, — спокойно продолжает Док, игнорируя короля. — Твои анализы показывают, что наркотических веществ в твоем организме столько, что ты даже слов связать не могла бы.

— Да, я принимала наркотики одно время. Потом они перестали на меня действовать.

— Тогда это все объясняет, — сухо произносит он, подходя ко мне. Светит мне в глаза, вертит мою голову, слушает сердце. Я подчиняюсь, сама не зная почему. — Есть какие-то жалобы?

— Да. Я безумна, — серьезно произношу я. «Давно хотела с кем-то поделиться».

— Все мы немного безумны, — улыбается он мне. Я хочу ему рассказать о своем подруге.

— Моя мать была сумасшедшей, так мне говорили. Она оставила меня в приюте. И порой… порой мне кажется, я тоже схожу с ума. Я вижу…

Я замолкаю. Это глупо. Я встречаюсь взглядом с Маркусом. Он, не отрываясь, смотрит на меня. Мне становится стыдно.

— Что ты видишь? — интересуется Док. Его голос без тени насмехки.

— Девушку.

— Когда это началось?

— Через несколько месяцев после того, как я стала такой… Она пришла ко мне и… всегда была рядом.

— А как ты вообще стала вампиром? — интересуется Док, скользя по мне взглядом.

— На меня напали в переулке, — начинаю я, но останавливаюсь, понимая, что рассказывать правду не желаю. Ведь практически никто и не знает, что обратил меня Маркус. Роксана говорила, что вампира обратившего и бросившего человека наказывают. — Больше ничего не помню. Очнулась уже такой.

— И не помнишь, кто тебя обратил? — с каким-то алчным блеском в глазах, спрашивает Адам.

— Не помню, — стараюсь, как можно более убедительней, ответить я.

— Странно… Когда мы были знакомы, я был уверен, что ты обычный человек.

— Я им и была.

— Тебе же уже объяснили, что только человек со определенными генами может стать вампиром? — и подождав пока я кивну, продолжает: — Так вот получается, что в данном случае твои родители были людьми, а значит смертными.

Док впервые переводит взгляд на Маркуса. Тот кивает ему.

— Что? — испуганно произношу я.

— Это не безумие, Марианна. Мы существуем в этом мире. Так почему бы и другим не быть здесь? Призраки…

— Призраки? — переспрашиваю я. — И какое они имеют ко мне отношение?

На последних словах я осознаю то, что Док хочет мне сказать. Мои родители смертны… Моя мать смертна… Она мертва.

— Мама?

— Скорей всего, — кивает Адам. — Сейчас ты ее видишь?

— Нет, — шепчу я. «Мама…Она все время была со мной. Мама…». — Она ушла.

— Давно? Обычно они уходят, когда завершают свое дело.

— После того, как я пришла в себя… она… она просто ушла. Исчезла.

Я не стану говорить им о короне, о наших с ней шалостях. Это мое личное. Возможно, она и вправду была безумна. Вспоминаю ее костюмы, взгляды, жесты. Она ушла, потому что я теперь не одна.

— Вот видишь, значит, все налаживается, — улыбается мне Док. — Я закончил. Думаю, за твое здоровье не стоит опасаться. Ты в отличной форме, а наркотики постепенно уйдут из организма. После пережитого тебе нужен покой и хорошее питание.

— А беременность? — вспоминаю я.

— Беременность? — переспрашивает Док.

— Я хотела убедиться, что не беременна… от тех, кто меня похитил.

— Нет, не беременна, — отвечает он, еще раз просматривая анализы. Я облегченно вздыхаю. Где-то на краю сознания я вспоминаю, что никто ко мне не прикасался. Им это было запрещено. Я так твердо уверена в этом…

Док кивает Маркусу и удаляется. Мы остаемся одни.

— Это правда? О призраках? — спрашиваю я у короля.

— Да.

Я спрыгиваю со стола, снова морщась от легкой боли в костях.