Перемещение - Лидия Орлова

И, вскочив со своего места на отяжелевших ногах, я хотела отойти вглубь салона. Но остановилась на месте и обернулась к политику. Все-таки, мне нужно было договорить:

— Если вам важны ваши маги, слушайте мои условия. Во-первых, не смейте больше присылать ко мне Ксению Олеговну и сами приходите как можно реже. Во-вторых, переговорщиком путь будет хорошо знакомый мне человек, кто-то из моих одноклассников: Колян, Алекс или Рома. Можете даже прислать всех троих вместе. В-третьих, и не рассчитывайте, что я кому-то буду мыть и вытирать ноги. И длина моих волос — это идеальная длина. Потому что я сама ухаживаю за своими волосы. И не ворую для этого чужих детей, чтобы превратить их в рабов. В-четвертых, я сама выберу себе мужа, для этого вы будете приводить к моему автобусу своих женихов. Мне нужно с ними поговорить. Еще, — я попыталась собрать так и не оформившиеся мысли, — в-пятых, когда я выберу себе мужа, перед тем как я выйду из своего убежища, вы соберете здесь горожан из Оруэлла, хотя бы человек сто, и дадите мне слово при свидетелях, что я не раба и все вещи, что я вынесу из автобуса, принадлежат только мне. И, в-шестых, это не все мои требования. Я еще подумаю над своими условиями. И, помните, мне до ваших магов дела нет. Если они все умрут, мир только станет чище. Но я на коленях жить не стану.

Я отошла от выхода, но не смогла сесть ни на сиденье, ни на пол. Мне казалось, что я не все сказала. Я не смогла выразить всего, что во мне кипело. И даже материться в тот момент было бы не стыдно. Пить и есть мне больше не хотелось, но пару глотков теплой воды из пластиковой бутылки я все же сделала.

И быстро передвигаясь по автобусу, я думала, что скоро увижу моих одноклассников. Мы с ними обязательно придумаем, как нам выбраться отсюда. Не может эта ситуация быть безвыходной, просто не может.

17. Супруги

Мне было сложно отвлечься от тяжелых мыслей, расслабиться и смотреть на будущее позитивно никак не получалось. Из-за отсутствия у меня заряда в телефоне я не могла послушать музыку, полистать электронную книгу, самоутвердиться хоть в какой-то игре. А у меня же судьбоносные перемены назревали. Я постаралась сосредоточиться мыслями на парнях. Даже если они не смогут мне чем-то помочь, хотя бы своими шутками меня развлекут. Раньше я считала их юмор примитивным и их самих нередко называла неандертальцами. А сейчас мне нужно было хотя бы увидеть их. Странно, конечно, но встречи я ждала именно с Коляном, Алексом и Ромой, а не Жанной, на данный момент моей лучшей подругой. Может, это потому что она пыталась выманить меня из автобуса, в то время как Колян дал необходимые подсказки?

Когда со стороны автобусных дверей раздались шаги, я даже не стала ждать, пока меня позовут. Я сама понеслась навстречу гостям. И разочарованно застыла на месте.

В гости ко мне пожаловала Ксения Олеговна. И не в гордом одиночестве, а с одним из магов из рода Магикир. Тем самым, который называл меня убийцей. От ожогов на его лице и руках также не осталось следа. Надо отдать должное, пластическая или магическая хирургия здесь развила на высочайшем уровне.

— Соломина, не стоит смотреть так пристально на чужих мужей. — Сказала мне Ксения Олеговна.

И я уже внимательнее посмотрела на эту парочку. Элегантная, строгая и скромная когда-то учительница была наряжена в новое длинное белое платье. И, как елочка, обвешана золотыми украшениями. А самым броским из них был золотой шлем. Странный такой. Слишком роскошный, и даже с виду тяжёлый.

Но о шлеме я быстро забыла, когда осознала, что моя классная руководительница повисла на руке этого мага. Она по-хозяйски принималась к нему с боку, и слова про чужого мужа уже обретали смысл. Но тешить чье-то самолюбие своей понятливостью я не собиралась.

— Я на чужого мужа только смотрю, — сказала я, посмотрев на Ксению Олеговну, — а вы на нем повисли. Это, между прочим, верх развращенности. Плохой пример подаете своей ученице.

И я, не дожидаясь ее реакции, сразу перевела взгляд на прищурившегося мужика и спросила уже у него:

— А ваша жена знает, что вы с безродной старой иномирянкой под руку разгуливает? В нашем мире эта тетка спроса не имела.

— Закрой рот, мерзавка, — прошипела Ксения Олеговна. — Я его жена! Нас только что поженили.

— И кто же вас поженил? — Я постаралась выразить больше недоверия. — Злые духи?

Мужчина медленно расплылся в улыбке и, чуть отодвинувшись от своей новоиспечённой жены, продолжил внимательно нас слушать.

— Ксения Олеговна, вы не могли выйти замуж за этого молодого человека. Он же во внуки вам годится! — Я даже прикрыла рот в ужасе. — Даже не все звёзды эстрады себе такое позволяют! Как же вы могли забыть о своем возрасте?

Я, конечно, сильно преувеличивала. Ксения Олеговна было около пятидесяти лет. Но была она всегда ухоженной и выглядела очень хорошо. А сейчас поле лечения от ожогов она буквально скинула несколько десятков лет. А маг, ее муж, примерно на тридцать лет и выглядел. Он был высоким и, может быть, даже красивым. Брюнеты мне никогда не нравились, а именно этот маг был мне неприятен, как виновник похищения нашего класса. Он и Ксения Олеговна, две гадюки, были очень гармоничной парой.

У Ксении Олеговны губы от злости стали узкими, как ниточки, а в глазах засветилась настоящая ненависть. А ее спутник между тем открыто веселился. Счастливого молодожена он мне не напоминал, он не срывал пренебрежения своей иномирной женой.

— Не смей, Соломина, указывать на мой возраст. Мне нет и сорока лет.

Но у меня тоже настроение было не самым радужным.

— Ксения Олеговна, а раньше вы говорили, что ваш педагогический стаж сорок лет. Или тридцать? Не с детского же садика вы в школе работаете? — И хоть мне было безразлично семейное счастье мага, выкравшего наш класс из родного мира, но я, все же, обратилась и к ему. — Колдун, вам же не могла приглянулся эта пожилая женщина? Она страшная и скучная. До огненного пилинга в автобусе и вашего магического лечения она была морщинистее, чем сушёный чернослив. Или у всех жителей Оруэлла наблюдаются своеобразные извращения? Мне нужно точно об этом знать, так как мне тоже вроде как мужа выбирать из местных жителей придется.

Маг, нервно дёрнув