Катя Зазовка - Садовница (СИ)

— То есть вы хотите сказать, что все эти рекомендации не шутки? — мои брови поползли вверх.

— Да.

Прежде, чем я успела толком задуматься о нормальности Розалии и сделать скидку на то, что она все-таки человек творческий, женщина сказала:

— Виолетта, вы все поймете позже. Когда непосредственно приступите к работе. А пока просто не отступайте от своего обещания. Это ведь не трудно, да?

Садовница одарила меня долгим серьезным взглядом.

— Да, конечно, — обещания я привыкла держать.

— Вот и замечательно. Хотите отдохнуть?

— Я еще погуляю, можно?

— Конечно. Чтобы не потеряться, просто не сходите с аллей. Кстати, может, желаете посмотреть на ваш домик? Липок вас проводит.

— Да! — оживился горбун. Веснушчатое лицо по-детски засияло. И я снова почувствовала к нему жалость.

— Свой домик?

— Именно, — подтвердила Розалия. — Липок вам все расскажет. И если захотите, покажет сад. В домике есть все необходимое, кроме кухни. Кушать будете у меня. Обед в час, не опаздывайте.

— Спасибо, — немного рассеянно ответила я и проводила взглядом женщину, скрывшуюся за остроконечной туей. Затем повернулась к юноше. — Ну, что ж, давай еще раз знакомиться, нам ведь так толком и не удалось. — Виолетта.

— Липок, — парень залился краской и, словно стесняясь своих непомерно больших ладоней, несмело протянул одну из них.

— Очень приятно, — улыбнулась я, пожав руку. — Ли-ипо-ок, необычное имя. Никогда прежде не слышала. А что оно означает?

Юноша покраснел еще гуще и, глядя себе под ноги, расшифровал:

— Цветок.

— Как интересно. Значит, когда тебя брали сюда на работу, тоже требовали цветочное имя.

Парень помотал большой головой:

— Нет, я сюда не нанимался.

— А как же тогда? — при всей своей несуразности, он мне понравился сразу. Парень не производил неприятного впечатления, не пугал. Наоборот. Чем-то притягивал. Казалось, что он очень добрый и честный. У плохого человека просто не могут быть такие чистые глаза.

— Ну, сколько я себя помню, я всегда тут был.

— А-а-а, так Розалия твоя родственница?

— Нет, я сирота. Родители отказались от меня еще во младенчестве, — пожал узкими плечами юноша. Я почувствовала себя отвратительно. Полезла в чужую душу. Заставила лишний раз вспоминать о предательстве родных людей.

А интересно сколько ему? Восемнадцать? Девятнадцать?

— И никогда никуда не хотел уехать?

Юноша опустил голову и проговорил скорее мелким листикам, похожим на ряску, чем мне:

— Куда мне? — глубокий вздох пояснил все намного лучше слов. — Мое место здесь.

Я страшно пожалела о своих вопросах. Ведь совсем не хотела обидеть его. И, кусая губы, постаралась перевести разговор в другое русло:

— Да разве по собственной воле захочется уехать из такого сада? Меня тоже не назовешь путешественницей. Но я абсолютно точно могу утверждать — немногое сравнится с этим чудным местом.

Липок как-то странно посмотрел на меня.

— Я что-то не так сказала?

— Нет-нет, — снова залился краской юноша. — Тут действительно очень красиво. Хотите, я вам покажу ваш домик?

— Только при двух условиях, — с притворной серьезностью потребовала я.

— Каких? — насторожился Липок.

— Во-первых, давай на «ты», — горбун кивнул, но все еще подозрительно поглядывал. — А, во-вторых, только, если поведешь меня к домику самой красивой аллеей.

Я рассмеялась. Липок выдохнул с явным облегчением и широко улыбнулся. Он вообще с первой нашей встречи напоминал нескладного мышонка, готового в любой момент спрятаться в норке.

— Кстати, а где ты живешь?

— В большом доме. Но чаще всего ночую в саду.

— Под открытым небом? — изумленно уточнила я. Ну ладно летом, все же осень на дворе. Хотя, чего удивляться, тут нет и намека на осень, словно сад неподвластен временам года.

— Да. Ночью сад особенно прекрасен, — он сказал это с таким видом, что я не усомнилась в правдивости слов ни на секунду и даже пожалела, что до ночи еще больше, чем полдня.

Древесная аллея повела нас к домику. Причудливо переплетенные ветви, украшенные пушистым зеленым лишайником, образовывали арочный коридор. Под ногами стелился мягкий мох. Ну, точь-в-точь как в сказке! Не хватало только фей и гномов.

Липок оказался приятным собеседником. Без устали показывал дивные растения. И мы вместе ими восхищались. Как я уже призналась ему ранее — моя жизнь не была наполнена заграничными поездками и путешествиями. Но я всегда стремилась всесторонне развиваться. Читала книги, смотрела передачи про неизведанное и необычное. Старалась идти в ногу со временем и быть в курсе достижений современной науки. Но во время прогулки поняла, что никогда в прошлом и вряд ли в будущем мне удастся увидеть что-то более необычное. Даже воспоминания о доисторических рептилиях и инопланетянах из одной научно-популярной программы казались серым облачком против изумрудных цветов-ежиков, фиолетовых кактусов, дрейфующих сухопутных водорослей, сморщенных кулачков и еще уймы диковинок. Мысль о премировании уже не казалась странной. Наверняка эти цветы стоят баснословных денег. В голове даже промелькнула лихая идея: не основать ли со временем собственный садик, основанный на премии?

Гефра пришла в себя, как только тоненькая алая струйка коснулась ее губ. Рефлекторно приоткрыла рот и стала втягивать жизненно необходимую силу. Нет, больше она не будет так глупо растрачивать энергию. Этот выход из себя чуть не стоил ей возвращения в безвременье. Глоток, еще глоток. Кончики пальцев рук и ног закололо, словно Гефра их отлежала. В тело возвращалось тепло, клетки насыщались силой, но ползущая струйка все не заканчивалась. Видимо, на этот раз жертвой стал не один человек. Когда женщина поднялась с ритуального ложа из ясеня, то обнаружила вокруг себя три сморщенные мумии, контур из маргариток стал им мал. Друиды, выстроившиеся у каменных изваяний, смотрели на нее расширенными от восхищения глазами. Не каждому, даже самому преданному слуге удается узреть и мимолетный знак от любимой Гефры. А тут, спустившись с небесных чертогов, богиня предстала собственной персоной! Вот, что значит истинная вера! За спинами в белых балахонах переминались еще три фигуры: Гал, Хильд и Двалин. Искреннее волнение на их лицах тут же согнало остатки недовольства нерасторопными слугами.

Женщина устроилась поудобнее. Пришло время исполнения желаний. Вот только полностью сконцентрироваться никак не удавалось. Перед глазами вновь и вновь представал образ Брисингамена. Нет, Двалин не мог ошибиться, ведь он один из мастеров, создавших его. Как же волшебное ожерелье попало к девчонке? Она не имеет на него никакого права! Гефра заплатила достаточно, чтобы получить украшение в вечное пользование. Неужели Од? Неужели это его рук дело?