Themiscrya - Глупое пари

    Бог Войны вздохнул и с досадой махнул рукой

    - Эффектный выход! - после чего развернулся и устало опустился в появившееся из ниоткуда кресло, глядя на двух взбешенных Богинь. - Надеюсь, это не займёт много времени?!

    Артемида проигнорировала вопрос Бога Войны и с вызовом посмотрела на него:

    - Арес, ты знаешь, что этому не бывать. Мне нет дела до твоей драгоценной Зены, по мне так она просто высокомерная и претензионная дура, раз ведёт себя таким образом, но Габриель – моя Избранная!

    Арес продолжал изображать беззаботность и абсолютное безразличие ко всему происходящему. Афродита скользнула в сторону и встала рядом с Артемидой, в ответ последняя одарила её лёгкой улыбкой.

    - Арес, оставь их в покое! - потребовала она, чувствуя мощную поддержку сестры.

    Очевидно, Бога Войны порядком позабавило подобное требование, поскольку на его губах заиграла шаловливая улыбка:

    - Гммммм, дайте-ка мне подумать об этом. Значит так: у меня есть Зена, и она на пути к тому, чтобы уничтожить единственное препятствие, которое стоит между нами. Но, разумеется, я непременно просто отойду в сторону и оставлю их в покое, - голос Ареса становился всё громче и громче по мере того, как темнели зрачки его глаз. - НЕТ! - прогремел он, и с его лица вновь исчезла улыбка.

    Артемида сердито выбросила вперёд правую руку, и из неё на бешеной скорости вылетел яркий, пылающий огнём шар, который врезался в окружающую их небесную синеву, оставив за собой длинный след.

    - Арес, - предупредила она, делая ещё один шаг в сторону Бога Войны. Афродита боялась даже шелохнуться. Физическая борьба была отнюдь не её коньком. Арес вскочил с кресла, готовый встретить следующий удар Артемиды, который, несомненно, на этот раз уже был направлен на него.

    - Довольно! - над головами враждующих Богов грянул гром, и они ощутили сильный порыв ветра, который чуть не сбил их с ног. В следующее мгновение они увидели Всемогущего Зевса, возвышающегося над своими ссорящимися детьми. - От вас троих больше хлопот, чем от всех этих надоедливых смертных, - его голос гремел подобно земле, сотрясающейся от извержения огромного вулкана.

    - Зевс, - Арес быстро подошёл к отцу, желая показать ему всё в своём свете и убедить в своей правоте.

    - Тихо! - прогремел Зевс. - Я не хочу слышать ни слова от любого из вас. Молчать, я сказал! Я наблюдал за тем, как вы играли с этими никчёмными людишками. Это было забавное зрелище, но меня порядком утомила ваша мелочность, - Зевс повернулся к Афродите, и его ярость начала потихоньку утихать, по мере того, как он умиленно смотрел на её чарующую красоту. - Неужели это действительно так много значит для тебя, малышка?!

    Гнев Афродиты мгновенно испарился, и она рассеянно уставилась на руки, не решаясь поднять глаза:

    - Да, отец. Они так сильно и так долго сражаются с любовью, которую испытывают друг к другу, что я просто не могу этого понять. Их мысли друг о друге так удивляют меня и наполняют таким благоговением, что я просто не могу представить себе их врозь.

    Зевс утвердительно кивнул и перевёл взгляд на Артемиду:

    - Ну, а ты, мой милый, маленький воин?! Я знаю, что вы с Аресом вечно не можете ничего поделить, но ведь ты обычно не вмешивалась в проделки Афродиты. Расскажи мне, какой у тебя интерес в этом деле?!

    Прежде чем дать ответ, Артемида сделала глубокий вдох. Ярость и ощущение схватки, которая закончилась, так фактически и не начавшись, всё ещё будоражили её сознание и держали её в сильном напряжении:

    - Ну, ты ведь знаешь, что Габриель – моя Избранная, она призвана вести моих Амазонок. Эта низкая похоть, которую Арес испытывает к Зене, заставляет Габриель так сильно страдать, что я просто не могу стоять в стороне и смотреть на её мучения. Ведь она не в силах противостоять могуществу Бога, - губы Артемиды задрожали при мысли об Аресе, её вновь охватила ярость. - А вот я могу! - сердито добавила она.

    Бог Войны сделал ещё один шаг в её сторону. Их ненависть друг к другу пропитала воздух, окружающий их, и вокруг вновь воцарилась напряженная обстановка, предшествующая обычно началу схватки.

    Зевс с силой хлопнул ладонями и оглушительный звук, разнёсшийся, казалось бы, по всему Олимпу, заставил враждующих Богов замереть на месте.

    - Вы двое испытываете моё терпение, - предупредил их Всемогущий Бог.

    - Арес, а что мне скажешь ты?! - произнес Зевс, приближаясь к Богу Войны.

    - Не я начал это, - Арес выкинул вперёд руку, указывая на Афродиту, но его глаза ни на секунду не покидали Артемиду. - Она. Это сделала она. Зена была моей с самого начала, но потом вмешалась эта ненормальная и начала пудрить ей мозги, - ответил Арес, всё ещё раздумывая над тем, насколько сильно может разозлиться Зевс, если он всё-таки решит атаковать Артемиду. - Так нечестно! Говорю же тебе, она моя!

    Какое-то время Зевс сохранял молчание, обдумывая спор, возникший между его детьми. Он и сам всегда проявлял большой интерес к прекрасной смертной женщине, поэтому не мог винить Ареса в том, что тот был настолько увлечён ею. Она и вправду была очень хороша! Однако он не мог позволить, чтобы подобная вражда нарушила спокойное течение жизни на Олимпе. Он должен был что-то предпринять.

    - Отец, - осторожно начала Афродита, используя в качестве оружия свой бархатный голосок.

    Зевс обернулся, чтобы посмотреть на свою любимицу:

    - Что, Афродита?!

    - Арес позволяет Зене видеть лишь определённые картины, сильно искажая её воспоминания о Габриель, - Афродита скользнула немного вперёд, чтобы быть ещё ближе к отцу. - Разреши мне хотя бы вернуть ей те воспоминания, которые пойдут в пользу Габриель.

    - Нет! - завопил Арес. - Она использовала эту Амазонскую сучку - Эйлу! У неё уже был шанс! Так нечестно!

    - Но, дорогой брат, ведь Эйла мертва. Это будет только справедливо! - ответила Афродита, намеренно мягко и спокойно, прекрасно сознавая, что своим ангельским голосом и обликом может манипулировать Зевсом.

    Всемогущий Бог задумчиво потёр подбородок:

    - А ведь она права, Арес. Со смертью этой женщины спало и её влияние, - затем Зевс повернулся к Афродите и, протянув руку, ласково поправил непослушную прядь её волос. - Я согласен с тобой, дитя. Можешь вернуть ей эти воспоминания. А потом позволь смертной самой сделать свой выбор, - убрав руку, он вновь посмотрел на Ареса. - Такого моё решение! Оно окончательное и обсуждению не подлежит! Ты меня понял?!

    Отвернувшись от пристального взгляда Зевса, Арес пробормотал что-то себе под нос и процедил сквозь зубы: