Themiscrya - Глупое пари

    - Зена, я говорю тебе правду. И чтобы доказать это... - Амазонка тяжело сглотнула и отбросила свой меч на землю, к ногам воина. - Вот. Я не стану больше подпитывать твою ненависть.

    - Знаешь, а ведь это могло бы сработать... Вчера! - взгляд Зены скользнул к Габриель, стоящей на коленях позади Эйлы. Но единственная вещь, которую видела Королева Воинов, когда смотрела на неё, была картина того, как Эйла склоняется над обнаженным телом барда и слова Габриель “Убей её!”, эхом отдающиеся в её воспалённом сознании. Зена глубоко вздохнула, чувствуя, как красные полосы гнева вновь начинают застилать её глаза.

    - Айяйяйяйяй! - закричала Зена, поднимая меч и с силой опуская его вниз. Острое лезвие без всяких усилий вошло в плоть женщины, ресницы которой удивлённо взлетели вверх, отражая недоверие, которым светились в эту секунду её глаза.

    - Н-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Т! - закричала Габриель, бросаясь вперёд и подхватывая обмякшее тело Амазонки, откидывающееся назад. Зена резко выдернула окровавленный меч из её живота.

Глава 7

    - Зена... она... она... любит тебя... - прошептала Эйла и закашлялась. Из уголка её рта заструилась тонкая струйка алой крови. - ...как и я... мой... мой... мой друг, - на последнем слове она задохнулась и, посмотрев на воина в последний раз, повисла на руках у плачущего барда.

    Габриель сжимала Амазонку в своих руках, медленно укачивая её безжизненное тело. По её щекам струились слёзы. Спустя несколько мгновений она подняла глаза и увидела Зену, рассеянно стирающую кровь Эйлы со своего меча.

    - Будь ты проклята! - ярость, зазвучавшая в голосе барда, поразила даже Зену. - Ну, давай же! Если ты не в силах увидеть правду, если ты не можешь почувствовать в своём сердце любовь, которую я испытываю к тебе, тогда я не хочу больше жить! - пронзительно кричала Габриель. - Ты слышишь меня?! Я тоже не хочу больше жить!

    Девушка прижала Эйлу ещё ближе к себе, проводя дрожащей рукой по её волосам:

    - Я верила в тебя, в нас, и думала, что ты тоже веришь! - Габриель опустила глаза, глядя на мертвую Амазонку и прикасаясь кончиками пальцев к её холодной коже. - Она показала мне, что я могу любить женщину так, как я хотела бы любить тебя. Мне нужно было убедиться в этом, прежде чем... - она перевела взгляд на Зену, которая тоже смотрела на неё, с той только разницей, что глаза воина не выражали никаких эмоций.

    - Зена, это наша собственная ошибка! НАША вина! Мы обе так чертовски боялись что-либо сделать, и вот посмотри, к чему это привело! Ты убила свою лучшую подругу! - кричала девушка, пытаясь достучаться до бесчувственного воина.

    - Ну же, давай, не останавливайся, о Великая Королева Воинов! - насмехалась над Зеной Габриель, которая уже устала бояться, устала нести на себе чувство вины и всепоглощающей скорби. - Убей и меня! - бард осторожно опустила голову Эйлы на свои колени и, потянувшись вперед, ухватилась за меч воина. Расправив плечи и выпрямившись настолько высоко, как только это позволяло ей коленопреклоненное положение, она приставила острие лезвия к своему сердцу. - Давай, я тебе помогу, - после чего она убрала руки и посмотрела в глаза воина.

    Зена тоже пристально вглядывалась в зелёные глаза барда, в то время как в её памяти вновь проносились образы, причинившие ей такую боль. Всё, что она могла видеть, была Эйла, нависающая над обнажённым телом Габриель, и жестокие слова барда, резонирующие в её мозгу и разрывающие её голову изнутри: “Убей её! Убей её! Убей её!” Руки Зены задрожали, когда она подняла меч и занесла его высоко над головой, готовясь нанести удар.

    Воительница кинула ещё один, прощальный взгляд на женщину, которая некогда была её подругой, её спутницей и хранительницей её сердца и души. Габриель тоже посмотрела на неё, пытаясь найти в тёмных глазах Зены хоть какой-то намёк на сомнение, хотя бы малейший признак того, что Зена всё ещё любит её. Но подбородок воительницы упрямо сжался, а на губах вновь заиграла пугающая, хищная улыбка, когда она бросила последний взгляд на беспомощную женщину, стоящую перед ней на коленях.

    - Прощай, Габриель!

    - Стоп! - раздался сердитый голос Афродиты, грозным эхом пронёсшийся через весь Олимп. - Арес!

    В этот момент с высоты Олимпа можно было наблюдать за тем, как время на Земле остановилось. Всё замерло. В том числе и Зена, возвышающаяся над Габриель и держащая над собой меч, готовый вонзиться в сердце барда, чтобы унести в мир мёртвых ещё одну молодую жизнь и вновь поставить воина на тропу войны и всепоглощающей ненависти.

    - Брат, если ты немедленно не покажешься, я иду к отцу! Прямо сейчас! - бушевала Афродита, рассекая небеса в поисках своего злобного братца. - Арес! Я серьёзно! Лучше не доводи меня!

    - Полегче, сестричка, полегче! Ты ведь сама заварила всю эту кашу! - произнёс Арес, материализуясь прямо перед Богиней Любви. Его лицо освещала самодовольная улыбка.

    - Ну, так помоги мне тогда! - голос Афродиты дрожал от волнения и эмоций, которые бушевали внутри неё в этот момент. Она крайне редко испытывала подобные чувства по отношению к кому-то из своих избранных. Для неё это всегда было лишь игрой, желанием поразвлечься над легковерными смертными. Но к этим двум женщинам, которые, казалось бы, испытывали такие сильные чувства друг к другу, она прикипела всем сердцем и проявляла недюжинный интерес к их судьбе. Даже когда её брат положил свой глаз на одну из них, эта женщина яростно сопротивлялась его дьявольскому обаянию, что не могло не поразить Богиню. Для Афродиты это было чем-то непостижимым, тем, на что не был способен ни один другой смертный.

    - А что, собственно, могло тебя так расстроить?! - поинтересовался Арес, беззаботно играя серебряным клинком, который был у него в руках, и изображая всем своим видом крайнее удивление. - Я был немного занят.

    - Почему ты не можешь просто оставить их в покое?! - выпалила Афродита, не сумев скрыть своей досады. - Почему ты не можешь оставить МЕНЯ в покое?! Это не имеет к тебе никакого отношения!

    - Это ВСЁ имеет ко мне отношение, сестра! - прорычал в ответ Арес. Улыбка сползла с его лица, которое мгновенно стало каменным и непроницаемым. - Зена принадлежит и всегда принадлежала только МНЕ! Я больше не позволю тебе наделять её силой, позволяющей бороться против меня. Ты сама заварила всю эту кашу, когда вовлекла в игру эту Амазонку, - произнес Арес, глядя исподлобья на сестру. - Я просто закончил эту игру по-своему.

    Афродита замолчала и закрыла глаза, взывая про себя о помощи. В ту же секунду грянул гром и, излучая яркое сияние, из тумана выступила ещё одна фигура. Это была Артемида и то напряжение, которое исходило от неё, буквально витало в воздухе. Арес мог ощутить его, даже не прибегая к своей божественной силе.